Главная > 4 эпохальное >


           
(137-187)
       
Иисус. От Крещения до Креста. 





       
       
       Ожидание в Галилее (док. 137)
        

                            1. Избрание первых четырех апостолов.
                            2. Избрание Филиппа и Нафанаила. 
                            3. Посещение Копернаума.
                            4. Свадьба в Кане.
                            5. Возвращение в Капернаум.
                            6. События субботнего дня. 
                            7. Четыре месяца подготовки. 
                            8. Проповедь Царства. 
       Ранним утром в субботу, 23 февраля 26 года н.э., Иисус спустился с гор и вновь присоединился к сторонникам Иоанна, обосновавшимся неподалёку от Пеллы.
       Весь этот день Иисус провёл в гуще людей. Он ухаживал за мальчиком, который поранил себя при падении, и побывал в соседней деревне Пелле, где передал его родителям.
       
       1.   Избрание первых четырех апостолов.
       
       В течение этой субботы два лучших ученика Иоанна много времени провели с Иисусом. Из всех последователей Иоанна наибольшее впечатление от Иисуса осталось у человека по имени Андрей; он сопровождал Иисуса в Пеллу, куда они отвели раненого мальчика. Возвращаясь в лагерь Иоанна, он задал Иисусу много вопросов, и перед самым лагерем они ненадолго остановились, чтобы поговорить. Во время этого разговора Андрей сказал: «Я наблюдаю за тобой с того дня, как ты появился в Капернауме, и я верю, что ты являешься новым Учителем; и хотя я не понимаю всех твоих учений, я твёрдо решил следовать за тобой; я хотел бы сесть у твоих ног и узнать всю истину о новом царстве». И Иисус радушно и убеждённо пригласил Андрея в качестве первого из своих апостолов – той группы из двенадцати человек, которой предстояло трудиться вместе с ним над установлением нового царства Бога в сердцах людей.
       Андрей был молчаливым наблюдателем и искренним сторонником всего того, что осуществлял Иоанн, и у него был весьма способный и полный энтузиазма брат Симон, являвшийся одним из выдающихся учеников Иоанна. Надо сказать, что Симон был одним из главных поборников Иоанна.
       Вскоре после возвращения Иисуса и Андрея в лагерь, Андрей разыскал своего брата Симона и, отведя его в сторону, сообщил ему следующее: он пришёл к выводу, что Иисус является великим Учителем и что он торжественно обещал стать его учеником. Он сказал далее, что Иисус принял предложенную им службу и посоветовал, чтобы он (Симон) также пошёл к Иисусу и предложил себя в члены братства служителей нового царства. Симон ответил: «С тех пор, как этот человек появился в мастерской Зеведея, я уверовал в то, что он послан Богом, – но как же быть с Иоанном?  Придётся  ли нам покинуть его? Можно ли так поступать?» После этого они решили сразу же отправиться к Иоанну и посоветоваться с ним. Иоанн был опечален сознанием того, что он теряет двух способных помощников и самых многообещающих учеников, но он мужественно ответил на их вопросы: «Это только начало; вскоре мой труд подойдёт к концу, и все мы станем его учениками». После этого Андрей знаком попросил Иисуса отойти в сторону и объявил ему, что его брат также желает присоединиться к нему в служении новому царству. И принимая Симона в качестве своего второго апостола, Иисус сказал: «Симон, твой энтузиазм достоин похвал, однако он опасен для провозглашения царства. Я призываю тебя быть более осмотрительным в своих речах. Я бы изменил твоё имя, назвав тебя Петром».
       Родители раненого мальчика, жившего в Пелле, упрашивали Иисуса провести у них ночь и считать их дом своим домом; и он пообещал им это. Прежде чем покинуть Андрея и его брата, Иисус сказал им: «Ранним утром мы отправляемся в Галилею».
       После того, как Иисус вернулся на ночь в Пеллу, и пока Андрей и Симон обсуждали характер своего служения в установлении грядущего царства, Иаков и Иоанн, сыновья Зеведея, вернулись в лагерь после долгих и тщетных поисков Иисуса в горах. Услышав, как Симон Пётр рассказывает о том, что он и его брат Андрей стали первыми советниками нового царства и что наутро им предстоит отправиться вместе со своим новым Учителем в Галилею, Иаков и Иоанн опечалились. Они давно уже знали Иисуса и любили его. Они искали его много дней в горах, а теперь, вернувшись, они узнают, что предпочтение отдано другим. Они спросили, куда отправился Иисус, и поспешили к нему.
       Когда они добрались до жилища Иисуса, он спал, но они разбудили его со словами: «Как же так: мы, так долго жившие с тобой, ищем тебя в горах, а ты предпочитаешь других и выбираешь Андрея и Симона своими первыми товарищами в новом царстве?» Иисус ответил: «Успокойте свои сердца и спросите себя, кто направил вас на поиски Сына Человеческого, пока он занимался делами своего Отца?» После того, как они подробно рассказали о своих долгих поисках в горах, Иисус дал им ещё одно наставление: «Вы должны учиться искать тайну нового царства в своём сердце, а не в горах. То, что вы искали, уже было в ваших душах. Вы действительно являетесь моими братьями: вам не требуется моё разрешение – вы уже принадлежите царству, и вам следует возрадоваться и быть готовыми отправиться завтра вместе с нами в Галилею». После этого Иоанн решился спросить: «Но, Учитель, будем ли мы с Иаковом твоими товарищами в новом царстве, так же, как Андрей и Симон?» И положив каждому из них руку на плечо, Иисус сказал: «Братья мои, в духе своём вы пребывали со мной в царстве ещё до того, как остальные попросили принять их. Вам, моим братьям, не нужно просить о вхождении в царство; с самого начала вы были вместе со мной в царстве. Людям может казаться, что другие опередили вас, однако в моём сердце вы были в советах царства ещё до того, как пришли ко мне с этой просьбой. Вы могли бы точно так же быть первыми и в глазах людей, если бы не отсутствовали, по собственной воле отправившись на поиски того, кто не терялся. В грядущем царстве не обращайте внимания на то, что усиливает вашу тревогу, но постоянно беспокойтесь только об исполнении воли небесного Отца».
        Иаков и Иоанн восприняли упрёк подобающим образом; впредь они никогда не завидовали Андрею и Симону. И вместе с двумя своими собратьями-апостолами, они приготовились отправиться на следующее утро в Галилею. С того дня «апостолами» стали называть избранную семью помощников Иисуса, в отличие от огромных толп уверовавших учеников, которые впоследствии сопровождали его.
       Поздним вечером того же дня Иаков, Иоанн, Андрей и Симон встретились с Иоанном Крестителем, и – со слезами на глазах, но твёрдым голосом, – этот мужественный пророк из Иудеи отпустил двух своих лучших учеников, чтобы они могли стать апостолами галилейского Князя грядущего царства.
       
       2.   Избрание Филиппа и Нафанаила.
       
       В воскресенье утром, 24 февраля 26 года н.э., Иисус покинул Иоанна Крестителя у реки вблизи Пеллы и уже никогда не встречался с ним во плоти.
       В тот день, когда Иисус со своими четырьмя учениками-апостолами отправился в Галилею, в лагере последователей Иоанна поднялось сильное волнение. Назревал первый крупный раскол. За день до этого Иоанн выразил Андрею и Ездре свою уверенность в том, что Иисус является Избавителем. Андрей решил следовать за Иисусом, однако Ездра отверг этого кроткого назаретского плотника, заявив своим товарищам: «Пророк Даниил провозгласил, что Сын Человеческий явится с облаками небесными, в могуществе и славе. Этот галилейский плотник, этот капернаумский корабел не может быть Избавителем. Может ли такой дар Бога выйти из Назарета? Этот Иисус является родственником Иоанна, и по огромной доброте своего сердца наш учитель был обманут. Будем же держаться подальше от этого ложного Мессии». Когда Иоанн упрекнул Ездру за эти слова, тот увёл с собой многих учеников и поспешил на юг. Продолжая крестить именем Иоанна, эта группа со временем основала секту, члены которой верили в Иоанна, но отказывались принять Иисуса. Остатки этой группы сохранились в Месопотамии по сей день.
       Пока в лагере последователей Иоанна назревали неприятности, Иисус со своими четырьмя апостолами приближался к Галилее. Они собирались пересечь Иордан и направиться через Наин в Назарет, когда Иисус увидел, что навстречу им идёт Филипп из Вифсаиды вместе со своим другом. Иисус знал Филиппа, который был также хорошо знаком каждому из четырёх новых апостолов. Филипп направлялся в Пеллу со своим другом Нафанаилом на встречу с Иоанном узнать подробности о провозглашённом приближении царства Бога, и был рад приветствовать Иисуса. Филипп был поклонником Иисуса ещё с тех времён, когда он впервые пришёл в Капернаум. Однако Нафанаил, живший в Кане Галилейской, не знал Иисуса. Филипп подошёл поприветствовать своих друзей, а Нафанаил остался отдохнуть в тени дерева у дороги.
       Пётр отвёл Филиппа в сторону и начал объяснять ему, что они – имея в виду себя, Андрея, Иакова и Иоанна – стали сподвижниками Иисуса в новом царстве и настоятельно советовал Филиппу присоединиться к служению. Филипп оказался в затруднительном положении. Как ему поступить? Здесь, на дороге у Иордана, без всякого предупреждения ему нужно было сразу же решить самый важный вопрос своей жизни. Пока он, Пётр, Андрей и Иоанн вели серьёзный разговор, Иисус объяснял Иакову маршрут через Галилею в Капернаум. Наконец, Андрей предложил Филиппу: «Почему бы не спросить Учителя?»
       Внезапно Филиппа осенило, что Иисус является поистине великим человеком – возможно, Мессией, и он решил подчиниться в этом вопросе решению Иисуса; он подошёл прямо к нему и спросил: «Учитель, идти ли мне к Иоанну или присоединиться к своим друзьям, следующим за тобой?» И Иисус ответил: «Следуй за мной». Филипп затрепетал от уверенности в том, что он нашёл Избавителя.
       Филипп жестом показал остальным, чтобы они подождали, а сам поспешил рассказать о случившемся своему другу Нафанаилу, который всё ещё сидел под шелковицей, обдумывая всё то, что он слышал об Иоанне Крестителе, грядущем царстве и ожидаемом Мессии. Филипп нарушил его размышления возгласом: «Я нашёл Избавителя – того, о котором писал Моисей и пророки и кого провозгласил Иоанн».  Подняв голову, Нафанаил поинтересовался: «Откуда явился этот учитель?» И Филипп ответил: «Это Иисус Назарянин, сын Иосифа – плотник, с недавнего времени проживающий в Капернауме». И тогда, несколько поражённый его ответом, Нафанаил спросил: «Разве может что-нибудь хорошее прийти из Назарета?» Однако Филипп, взяв его за руку, сказал: «Пойдём, и увидишь».
       Филипп подвёл Нафанаила к Иисусу, который ласково посмотрел в глаза искреннему скептику и сказал: «Вот настоящий израильтянин, в котором нет обмана. Следуй за мной». И Нафанаил, поворачиваясь к Филиппу, сказал: «Ты прав. Он действительно учитель людей. Я пойду за ним, если буду достоин». И Иисус кивнул Нафанаилу, повторив: «Следуй за мной».
       Теперь у Иисуса была уже половина его будущей группы ближайших сподвижников, пять из которых знали его в течение некоторого времени и один – Нафанаил – был незнакомцем. Они сразу же пересекли Иордан и, миновав деревню Наин, поздней ночью достигли Назарета.
       Все они заночевали у Иосифа – в доме, где Иисус провёл своё детство. Товарищи Иисуса плохо понимали, почему их новый учитель с такой тщательностью уничтожает все свои уцелевшие записи, которые оставались в доме в виде десяти заповедей, а также других девизов и изречений. Однако эти действия – равно как и тот факт, что впоследствии они никогда не видели, чтобы он писал на чём-нибудь, кроме пыли или песка, – произвели на них глубокое впечатление.
       
       3.   Посещение Копернаума.
       
       На следующий день Иисус послал своих апостолов в Кану, куда все они были приглашены на свадьбу одной видной молодой горожанки. Сам же он поспешил навестить свою мать в Капернауме, остановившись по дороге в Магдале, чтобы повидаться с братом Иудой.
       До того, как покинуть Назарет, новые товарищи Иисуса рассказали Иосифу и другим членам семьи Иисуса о чудесных событиях недавнего прошлого и дали волю своим чувствам, выразив свою уверенность в том, что Иисус является долгожданным избавителем. После того, как члены семьи обсудили этот вопрос, Иосиф сказал: «Возможно, мама всё-таки была права – быть может, наш странный брат является грядущим  царём».
       Иуда присутствовал при крещении Иисуса и вместе со своим братом Иаковом твёрдо уверовал в миссию Иисуса на земле. Хотя как Иаков, так и Иуда пребывали в глубоком недоумении относительно сущности миссии их брата, их мать возродила все свои прежние надежды на то, что Иисус является Мессией, сыном Давида, и призывала сыновей уверовать в своего брата как освободителя Израиля.
       Иисус прибыл в Капернаум в понедельник вечером, однако он не зашёл в свой собственный дом, где жил Иаков с матерью, а отправился прямо к дому Зеведея. Все его капернаумские друзья заметили в нём огромную и приятную перемену. Он вновь казался сравнительно весёлым и больше напоминал прежнего, назаретского Иисуса. В течение нескольких лет, предшествовавших его крещению и периодам уединения непосредственно до и после крещения, он становился всё более серьёзным и замкнутым. Теперь же он казался им всем прежним Иисусом. В его облике чувствовалась некая величественность и возвышенность, но он снова был непринуждённым и весёлым.
       Мария трепетала от ожидания. Ей казалось, что приблизилось исполнение обещания, данного ей Гавриилом. Она ждала, что вскоре вся Палестина будет потрясена и ошеломлена чудотворным раскрытием её сына как сверхъестественного царя всех евреев. Но на все многочисленные вопросы матери, Иакова, Иуды и Зеведея Иисус лишь отвечал с улыбкой: «Мне лучше задержаться здесь на время; я должен исполнять волю моего небесного Отца».
       На следующий день, во вторник, все они отправились в Кану на свадьбу Наоми, которая должна была состояться днём позже. И несмотря на многочисленные предупреждения Иисуса не говорить о нём никому, «пока не пробьёт час Отца», они настаивали на тайном распространении вести о том, что нашли Избавителя. Каждый из них надеялся про себя, что во время этой свадьбы Иисус примет полномочия Мессии и сделает это с великим могуществом и впечатляющим величием. Они помнили разговоры о явлениях, произошедших после его крещения, и верили, что его грядущий земной путь будет отмечен всё более частыми проявлениями сверхъестественных способностей и чудес. Поэтому вся округа готовилась прибыть в Кану на свадебный пир Наоми и Иоава, сына Нафана.
       Мария давно уже не была столь весёлой. Она отправилась в Кану, ощущая себя царицей-матерью, собирающейся на коронацию сына. Впервые после того, как Иисусу исполнилось тринадцать лет, семья и друзья видели его столь беззаботным и счастливым, столь чутким и отзывчивым к просьбам и желаниям своих товарищей, столь трогательно благожелательным. И потому они разбивались на группки и перешёптывались, гадая, что произойдёт. Что предпримет теперь этот странный человек? Как он возвестит славу грядущего царства? И все они были в возбуждении от мысли, что им предстоит присутствовать при откровении могущества и силы Бога Израиля.
       
       4.   Свадьба в Кане.
       
       К полудню в среду в Кану прибыла почти тысяча гостей, что более чем в четыре раза превышало число приглашённых на свадебный пир. По еврейскому обычаю свадьбу отмечали в среду, а приглашения были разосланы за месяц до свадьбы. До полудня и в начале второй половины дня всё происходящее больше напоминало устроенный в честь Иисуса общественный приём, нежели свадьбу. Каждый хотел поприветствовать этого почти уже знаменитого галилеянина, и он был чрезвычайно сердечен со всеми – молодыми и старыми, иудеями и иноверцами. И все обрадовались, когда Иисус согласился возглавить предваряющее свадебное шествие.
       Теперь Иисус уже полностью осознавал своё человеческое существование, своё божественное предсуществование и статус своих объединённых, или слившихся:божественной и человеческой, – сущностей. С полным самообладанием в каждый момент он мог играть человеческую роль, или мгновенно принимать на себя личностные прерогативы божественной сущности.
        В течение дня Иисус всё отчётливее стал осознавать, что народ ожидает от него чуда; особенно ясно он видел, что его семья и шесть учеников-апостолов надеются на то, что он провозгласит своё грядущее царство каким-нибудь поразительным и сверхъестественным действом.
       В начале второй половины дня Мария позвала Иакова; вместе они набрались духу, подошли к Иисусу и спросили, не сможет ли он доверить им свою тайну настолько, чтобы сообщить, когда и в какой момент свадебной церемонии он планирует проявить себя как «сверхъестественный». Не успели они закончить, как увидели, что пробудили в Иисусе его характерное негодование. Он лишь сказал: «Если вы любите меня, то проявите, как и я терпение, пока я ожидаю воли моего небесного Отца». Однако выражение его лица было красноречивым свидетельством  упрёка.
       Этот поступок матери чрезвычайно разочаровал Иисуса-человека; его собственная реакция на косвенно высказанный ею намёк, чтобы он позволил себе какую-либо внешнюю демонстрацию своей божественности, оказала на него отрезвляющее действие. Это относилось к тем самым вещам, которые он лишь недавно – во время своего уединения в горах – решил не делать. В течение нескольких часов Мария пребывала в подавленном состоянии. Она сказала Иакову: «Я не понимаю его; что всё это может означать? Будет ли конец его странному поведению?» Иаков и Иуда пытались успокоить свою мать, в то время как Иисус уединился на час. Но вернувшись к гостям, он вновь был радостным и весёлым.
       Свадьба проходила в молчаливом ожидании, но вся церемония завершилась без единого слова или действия со стороны почётного гостя. Затем прошёл слух, что плотник и корабел, которого Иоанн  провозгласил «Избавителем», продемонстрирует своё могущество во время вечернего празднества – возможно, за свадебным ужином. Однако для его шести учеников-апостолов всякое ожидание такой демонстрации прекратилось после того, как он собрал их перед самым праздничным ужином и с величайшей серьёзностью сказал: «Не думайте, что я пришёл сюда творить чудеса для удовлетворения любопытных или убеждения сомневающихся. Мы находимся здесь в ожидании воли нашего небесного Отца». Но когда Мария и остальные увидели, что он совещается со своими товарищами, то для себя они полностью уверились в том, что готовится нечто исключительное. И все уселись, чтобы насладиться свадебным ужином праздничным вечером и приятным общением.
       Отец жениха приготовил запас вина, которого с лихвой хватило бы на всех приглашённых на свадьбу гостей. Но мог ли он знать, что женитьба его сына станет событием, столь тесно связанным с ожидаемым проявлением Иисуса в качестве Мессии-избавителя? Он радовался выпавшей на его долю чести видеть знаменитого галилеянина среди своих гостей, однако ещё до окончания ужина слуги обескуражили его сообщением о том, что вино на исходе. К окончанию свадебного ужина, когда гости стали прогуливаться по саду, мать жениха сообщила Марии по секрету, что запасы вина иссякли, на что Мария доверительно сказала ей: «Не тревожьтесь, я поговорю со своим сыном. Он поможет нам». Так она отважилась поговорить с ним, несмотря на порицание, сделанное лишь несколькими часами раньше.
       В течение многих лет при каждом кризисе, случавшемся в их семейной жизни в Назарете, Мария всегда обращалась за помощью к Иисусу, поэтому было вполне естественным, что в такой ситуации она подумала о нём. Но были и другие причины, заставившие эту честолюбивую мать обратиться в данном случае к своему старшему сыну. Мария подошла к Иисусу, стоявшему в одиночестве в углу сада, и произнесла: «Сын мой, у них нет вина». Иисус ответил: «Моя добрая женщина, при чём здесь я?» Мария сказала: «Но я считаю, что настал твой час; разве ты не можешь помочь нам?» Иисус ответил: «Я заявляю вновь: я пришёл не для того, чтобы заниматься подобными делами. Зачем ты этим снова беспокоишь меня?» И тут, разрыдавшись, Мария взмолилась: «Сын мой, но я обещала им, что ты поможешь нам; разве ты не можешь выполнить мою просьбу?» И тогда Иисус сказал: «Женщина, по какому праву ты раздаёшь такие обещания? Позаботься о том, чтобы впредь этого не делать. Мы должны во всём следовать воле  небесного Отца».
       Мария, мать Иисуса, была сломлена; она была ошеломлена! И пока она стояла перед ним без движения, со слезами, стекающими по её лицу, человеческое сердце Иисуса переполнилось состраданием к женщине, родившей его во плоти; и, наклонившись к ней, он ласково положил ей руку на голову и сказал: «Ну-ну, мама Мария, не печалься из-за моих кажущихся резкими слов; но разве не говорил я тебе много раз, что я пришёл только для того, чтобы исполнять волю моего небесного Отца? С превеликой радостью я сделал бы то, о чём ты меня просишь, если бы это было частью воли Отца» – и Иисус внезапно умолк, он заколебался. Мария, казалось, почувствовала, как что-то происходит. Вскочив, она обвила его шею руками, поцеловала и поспешила назад, в помещение для слуг, которым сказала только: «Что мой сын скажет, то и делайте». Однако Иисус молчал. Только что он осознал, что уже сказал, или, скорее, с полным желанием подумал – слишком много.
       От ликования Марии хотелось пуститься в пляс. Она не знала, откуда появится вино, но не сомневалась в том, что окончательно уговорила своего первенца утвердить свою власть – раскрыть себя, заявить о своём высоком положении и проявить мессианское могущество. И благодаря присутствию и взаимодействию определённых вселенских сил и личностей, о чём совершенно не догадывались присутствующие, ей не суждено было остаться разочарованной. Вино, которое просила Мария и которое Богочеловек Иисус по-человечески, из сочувствия пожелал, было уже на подходе.
       Неподалёку стояло шесть каменных водоносов, наполненных водой и вмещавших около двадцати галлонов каждый. Эта вода предназначалась для последующего использования во время завершающих свадебное празднество очистительных обрядов. Внимание Иисуса привлекло движение слуг, хлопотавших возле этих огромных каменных сосудов под оживлённым руководством его матери; подойдя поближе, он увидел, как из них кувшинами черпают вино.
       Постепенно Иисус начал понимать, что произошло. Из всех присутствующих на свадебном пиршестве в Кане больше всех был удивлён он сам. Люди ждали от него чуда, однако именно этого он решил не делать. И тут Сын Человеческий вспомнил, о чём предостерегал его Персонализированный Настройщик Мышления в горах. Он вспомнил предупреждение Настройщика о неспособности любой силы или личности лишить его прерогативы создателя, связанной с независимостью от времени. В данном случае преобразователи энергии, промежуточные создания и все другие требуемые личности были собраны рядом с водой и другими необходимыми элементами и, в связи с выраженным желанием Создателя и Властелина Вселенной, результат – мгновенное появление вина – был неотвратимым. И это явление было тем более неизбежным, поскольку Персонализированный Настройщик дал понять, что исполнение желания Сына никак не противоречило воле Отца.
       Однако это ни в коей мере не было чудом. Ни один закон природы не был модифицирован, отменён или даже превзойдён. Единственное, что произошло – это аннулирование времени при подборе небесными существами химических элементов, необходимых для образования вина. В данном случае, в Кане помощники Создателя приготовили вино точно так же, как они делают это с помощью обычного, естественного процесса – за исключением того, что сделали это независимо от времени и при вмешательстве сверхчеловеческих сил в процесс пространственного соединения необходимых химических ингредиентов.
       Кроме того, было очевидно, что совершение этого так называемого чуда не противоречило воле Райского Отца – в противном случае этого не случилось бы, ибо Иисус уже подчинил себя во всём воле Отца.
       Когда слуги начерпали нового вина и принесли его шаферу, исполнявшему роль тамады, и когда он попробовал его, то подозвал жениха и сказал ему: «Обычно сначала угощают хорошим вином, а когда гости напьются, то подают вино похуже; ты же сберёг лучшее вино до окончания пира».
       Мария и ученики Иисуса чрезвычайно обрадовались мнимому чуду, которое, как они полагали, он намеренно сотворил, однако Иисус ненадолго уединился в укромном уголке сада, чтобы серьёзно подумать. Он окончательно пришёл к выводу, что в данных обстоятельствах произошедшее было за пределами его личного контроля, ибо – не противореча воле Отца – оно было неизбежно. Когда он вернулся к гостям, они смотрели на него с благоговением; все они видели в нём Мессию. Однако Иисус был глубоко озадачен, понимая, что они поверили в него только из-за необычного происшествия, свидетелями которого они случайно стали. И вновь Иисус удалился на время, поднявшись на крышу дома, чтобы обдумать всё случившееся.
       Теперь Иисус уже в полной мере понимал, что он должен всё время следить за собой, чтобы избежать постоянного повторения подобных эпизодов из-за сочувствия или жалости. Тем не менее, много подобных событий произошло, прежде чем Сын Человеческий навсегда ушёл из своей смертной жизни, прожитой во плоти.
       
       5.   Возвращение в Капернаум.
       
       Хотя многие гости остались на всю неделю, в течение которой праздновалась свадьба, Иисус со своими новыми учениками-апостолами – Иаковом, Иоанном, Андреем, Петром, Филиппом и Нафанаилом – ранним утром следующего дня отправились в Капернаум, ни с кем не простившись. Семья Иисуса и его друзья в Кане были чрезвычайно расстроены тем, что он столь внезапно покинул их, а Иуда – младший брат Иисуса – отправился разыскивать его. Иисус и его апостолы направились прямо к Зеведею, в Вифсаиду. По пути Иисус обсудил со своими новыми товарищами много важных вещей, касавшихся грядущего царства, и особо предупредил их не упоминать о превращении воды в вино. Он также посоветовал им в своей будущей деятельности обходить стороной Сепфорис и Тивериаду.
       В тот вечер, после ужина, в доме Зеведея и Саломии состоялось одно из важнейших совещаний за весь ранний период служения Иисуса. Присутствовало только шесть апостолов; Иуда прибыл, когда они уже собирались разойтись. Когда эти шесть избранных человек шли с Иисусом из Каны в Вифсаиду, им казалось, что они летят по воздуху. Они были полны ожидания и трепетали от сознания того, что избраны близкими сподвижниками Сына Человеческого. Однако, когда Иисус обстоятельно рассказал им, кем он является, каковой будет его миссия на земле и как она, возможно, завершится, они были потрясены. Они не могли постигнуть смысла его слов. Они лишились дара речи; даже Пётр был невыразимо подавлен. Только глубокомысленный Андрей решился ответить на данный Иисусом совет. Когда Иисус понял, что они не понимают его послания, когда он увидел, сколь окостеневшими были их представления об иудейском Мессии, он отослал их отдыхать, а сам отправился на прогулку, во время которой беседовал со своим братом Иудой. Перед тем, как расстаться с Иисусом, Иуда прочувствованно сказал: «Мой отец-брат, я никогда не понимал тебя. Я не уверен, являешься ли ты тем, о ком нам говорила мать, и я не до конца понимаю грядущее царство, но я доподлинно знаю, что ты – могущественный Божий человек. Я слышал голос у Иордана, и я верю в тебя, кем бы ты ни был». И произнеся эти слова, он отправился домой в Магдалу.
       В ту ночь Иисус не спал. Набросив вечернюю накидку, он сидел на берегу озера и думал, думал до рассвета. За долгие часы той ночи, проведённой в раздумьях, Иисус ясно понял, что ему никогда не удастся заставить своих последователей видеть в нём кого-либо иного, кроме долгожданного Мессии. Наконец он осознал, что его проповедь царства может начаться только как исполнение предсказания Иоанна и что он может приступить к ней только в качестве того, кого ждали евреи. В конце концов, хотя он и не был Мессией, похожим на Давида, он являлся истинным свершением пророческих высказываний тех провидцев древности, которые обладали более духовным видением. С тех пор он никогда полностью не отрицал того, что является Мессией. Он решил доверить окончательное разрешение этой сложной ситуации воле Отца.
       На следующее утро Иисус присоединился за завтраком к своим друзьям, представлявшим собой невесёлое зрелище. Он поговорил с ними, а после трапезы собрал их подле себя и сказал: «Воля моего Отца состоит в том, чтобы мы задержались здесь на время. Вы слышали, как Иоанн говорил, что он пришёл приготовить путь для царства; поэтому нам следует дождаться завершения проповеди Иоанна. Когда предтеча Сына Человеческого завершит свой труд, мы начнём провозглашать благую весть царства». Иисус отправил своих апостолов по домам, а сам собрался идти вместе с Зеведеем в лодочную мастерскую; он договорился увидеться с ними на следующий день в синагоге, где должен был выступить с речью, и назначил встречу с ними на субботний полдень.
       
       6.   События субботнего дня.
       
       Первое публичное выступление Иисуса после его крещения состоялось в синагоге Капернаума в субботу, 2 марта 26 года н.э. Синагога была переполнена. Рассказ о крещении в Иордане усиливался теперь свежими новостями из Каны о воде и вине. Иисус усадил на почётные места шесть своих апостолов, рядом с которыми сидели его братья во плоти, Иаков и Иуда. Его мать, вернувшаяся в Капернаум с Иаковом вечером предыдущего дня, также присутствовала и сидела в женской части синагоги. Вся публика пребывала в состоянии нетерпеливого ожидания; они рассчитывали увидеть какую-нибудь необычную демонстрацию сверхъестественной силы, которая явилась бы подобающим свидетельством сущности и власти того, кто должен был обратиться к ним в тот день. Однако их ждало разочарование.
       Когда Иисус встал, управляющий синагоги подал ему свиток Писания, и он прочёл из пророка Исайи: «Так говорит Господь: „Мой трон – небеса, земля – подножие для моих ног; где же дом, построенный вами для меня? Где моя обитель? Всё это создал я сам, – говорит Господь. – Но об этом человеке я позабочусь, о бедном и смиренном, сокрушённом духом, о том, кто трепещет перед словом моим”. Слушайте слово Господа, трепещущие перед ним: „Ваши братья ненавидели вас и изгоняли вас за имя моё”. Но пусть прославится Господь. Он явится в веселии, и все остальные будут постыжены. Голос из города, голос из храма, голос Господа говорит: „Ещё не мучилась родами, а родила; прежде чем наступили боли, разрешилась сыном”. Кто слыхал о таком? Можно ли заставить землю рожать в один день? Может ли народ родиться в один раз? Но так говорит Господь: „Вот, я дам мир, он прольётся рекой, и даже  язычников слава  потечёт потоком. Как успокаивает мать своё дитя, так я утешу вас. И вы будете утешены в Иерусалиме. И когда вы увидите это, возрадуется ваше сердце”».
       Закончив чтение, Иисус вернул свиток хранителю. Перед тем, как сесть на место, он просто сказал: «Будьте терпеливы, и вы увидите славу Бога; так же будет со всеми, кто останется со мной и научится исполнять волю моего небесного Отца». И люди разошлись по домам, изумляясь, что всё это значит.
       В тот же день Иисус и его апостолы, вместе с Иаковом и Иудой, сели в лодку и отплыли на некоторое расстояние от берега; там они встали на якорь, и Иисус заговорил о грядущем царстве. И они поняли больше того, что им удалось понять в четверг вечером.
       Иисус посоветовал им вернуться к исполнению своих обычных обязанностей, пока «не пробьёт час царства». И чтобы воодушевить их примером, он начал регулярно работать в лодочной мастерской. Объяснив, что им следует каждый вечер посвящать три часа подготовке к своей будущей работе, Иисус добавил: «Все мы останемся здесь до тех пор, пока Отец не велит мне призвать вас. Каждый из вас должен теперь вернуться к своей привычной работе, как будто ничего не произошло. Никому не говорите обо мне и помните, что царство моё придёт не через шум и волшебство, а через великую перемену, которую мой Отец произведёт в ваших сердцах и сердцах тех, кого призовут присоединиться к вам в советах царства. Теперь вы мои друзья; я верю вам и люблю вас; вскоре вам предстоит стать моими личными товарищами. Будьте терпеливы, будьте кротки. Всегда подчиняйтесь воле Отца. Приготовьтесь откликнуться на призыв царства. Хотя вы испытаете огромную радость при служении моему Отцу, вы должны также быть готовы к неприятностям, ибо я предупреждаю вас, что для многих людей путь в царство будет лежать лишь через многие беды. Те же, кто найдут царство, исполнятся радости и будут названы лучшими во всей земле. Но не надейтесь понапрасну; мир придёт в замешательство от моих слов. Даже вы, друзья мои, не совсем понимаете то, что я раскрываю вашим смущённым разумам. Не обманывайтесь; нам предстоит трудиться для поколения, ждущего знамений. Они будут требовать чудес в доказательство того, что я послан моим Отцом, и они не сразу увидят подтверждение моей миссии в раскрытии мною любви моего Отца».
       В тот вечер – после возвращения на берег и перед тем, как они разошлись – Иисус, стоя у края воды, произнёс молитву: «Отец мой, я благодарю тебя за этих малых детей, которые, несмотря на свои сомнения, уже сейчас верят. И ради них я забыл о себе, дабы исполнить твою волю. Пусть же они научатся быть едины, как едины мы с тобой».
       
       7.   Четыре месяца подготовки.
       
       Период ожидания продолжался долгих четыре месяца – март, апрель, май и июнь. За это время Иисус провёл с шестью соратниками и своим родным братом Иаковом более ста продолжительных и серьёзных бесед, прошедших, однако, в приподнятом и радостном настроении. Ввиду болезни домочадцев, Иуда редко посещал эти занятия. Иаков, брат Иисуса, не терял в него веры; что же касается Марии, то в течение этих месяцев задержки и бездействия она почти отчаялась в своём  сыне. Её вера, так высоко взлетевшая в Кане, теперь упала до рекордно низкого уровня. Она только и знала, что раз за разом восклицать: «Я не могу понять его. Я не могу понять, что всё это значит». Однако жена Иакова делала многое для того, чтобы вселить в неё мужество.
       В течение четырёх месяцев семь уверовавших в Иисуса человек, один из которых был его родным братом во плоти, продолжали знакомиться с ним; они свыкались с мыслью о том, что живут рядом с этим Богочеловеком. Хотя они и называли его Равви, они учились не бояться его. Благодаря несравненной привлекательности личности, Иисус вёл себя так, что не подавлял их своей божественностью. Им было поистине легко быть «друзьями Бога» – Бога, воплощённого в образе смертного. Этот период ожидания оказался  суровым испытанием для всей группы верующих. За это время не произошло ничего, абсолютно ничего сверхъестественного. Каждый день они занимались своими обычными делами, и вечер за вечером они усаживались у ног Иисуса. Их соединяла его  непревзойдённая  личность и благотворные слова, которые он говорил из вечера в вечер.
       Особенно трудным этот период ожидания и учёбы был для Симона Петра. То и дело он пытался убедить Иисуса приступить к проповеди царства в Галилее одновременно с Иоанном, продолжавшим проповедовать в Иудее. Однако Иисус неизменно отвечал Петру: «Наберись терпения, Симон. Развивайся. Мы вряд ли будем по-настоящему готовы, когда Отец призовёт нас». И более опытный, рассудительный Андрей периодически успокаивал Петра своими философскими советами. На Андрея колоссальное впечатление производила человеческая естественность Иисуса. Он неустанно думал над тем, каким образом тот, кто способен жить так близко к Богу, может быть столь дружески расположенным и участливым к людям.
       В течение всего этого времени Иисус только дважды выступил в синагоге. По завершении нескольких недель ожидания люди стали реже вспоминать о его крещении и о случае с вином в Кане. Кроме того, Иисус позаботился о том, чтобы за это время не произошло ничего, что показалось бы чудом. Но несмотря на их неприметную жизнь в Вифсаиде, слухи о необычных деяниях Иисуса дошли до Ирода Антипы, который послал шпионов с целью выяснить намерения Иисуса. Однако Ирода больше беспокоили проповеди Иоанна. Он решил не трогать Иисуса, который спокойно продолжал свою деятельность в Капернауме.
       В этот период ожидания Иисус стремился объяснить своим соратникам, каким должно быть их отношение к различным религиозным группам и политическим партиям Палестины. Иисус всегда повторял: «Мы стремимся склонить на свою сторону всех из них, но мы не принадлежим ни к одной из них».
       В совокупности, книжники и раввины именовались фарисеями. Они называли себя «соратниками». Во многих отношениях они представляли собой прогрессивную, в сравнении с остальными евреями, группу и принимали многие учения, не имевшие однозначного подтверждения в священных книгах иудеев, как, например, доктрину о воскрешении мёртвых, которая упоминается только одним из пророков позднего периода, Даниилом.
       Саддукеи состояли из духовенства и некоторых богатых евреев. Они не были столь ревностными блюстителями буквы закона. Фарисеи и саддукеи являлись в действительности религиозными партиями, а не сектами.
       Ессеи представляли собой настоящую религиозную секту, появившуюся во время восстания маккавеев; их требования были в некоторых отношениях более строгими, чем у фарисеев. Они переняли от персов многие верования и обряды, жили монастырскими братствами и отказывались от брака, а всё имущество у них было общим. Ессеи уделяли особое внимание учениям об ангелах.
       Зелоты являлись группой ревностных еврейских патриотов. Они утверждали, что в борьбе за освобождение от ярма римского рабства любые методы хороши.
       Иродиане были чисто политической партией, выступавшей за освобождение от римского правления через восстановление династии Ирода.
       В самом центре Палестины жили самаритяне, с которыми «иудеи не общались», несмотря на то, что самаритяне придерживались взглядов, в которых было много общего с иудейскими учениями.
       Все эти партии и секты, включая более малочисленное братство назореев, верили в приход Мессии. Все они ждали освободителя своего народа. Однако Иисус совершенно недвусмысленно объяснял, что он и его ученики не будут связаны ни с одной из этих школ мысли или практики. Сын Человеческий не должен был стать ни назореем, ни ессеем.
       Хотя Иисус, как и Иоанн, призывал своих апостолов проповедовать евангелие и наставлять верующих, он делал акцент на возвещении «благой вести о царстве небесном». Он неизменно внушал своим соратникам, что они должны «выказывать любовь, сострадание и сочувствие». С самого начала он учил своих последователей, что царство небесное является духовным опытом, связанным с воцарением Бога в сердцах людей.
       В этот период, в ожидании перехода к активной общественной проповеди, два вечера каждой недели Иисус и семь его соратников проводили в синагоге, изучая священные книги евреев. В последующие годы, после периодов интенсивной общественной деятельности, апостолы вспоминали эти четыре месяца как самый ценный и плодотворный период общения с Учителем. Иисус научил этих людей всему, что они могли усвоить. Было бы ошибкой пытаться научить их слишком многому, и он не усугублял их смущение ознакомлением с истиной, значительно превосходящей их возможности постижения.
       
       8.   Проповедь Царства.
       
       В субботу, 22 июня, незадолго до того, как они отправились в первое проповедническое путешествие и спустя примерно десять дней после заключения Иоанна в тюрьму, Иисус во второй раз – с тех пор, как он привёл своих апостолов в Капернаум, – поднялся на кафедру в синагоге.
       За несколько дней до этой «Проповеди царства», когда Иисус работал в лодочной мастерской, Пётр принёс известие об аресте Иоанна. Иисус снова сложил свои инструменты, снял фартук и сказал Петру: «Настал час Отца. Приготовимся возвестить евангелие царства».
       В тот вторник, 18 июня 26 года н.э., Иисус в последний раз работал за верстаком. Пётр выбежал из мастерской и к вечеру собрал всех своих товарищей. Оставив их в роще у берега, он отправился на поиски Иисуса. Однако ему не удалось найти его, ибо Учитель удалился в другую рощу для молитвы. Они увидели его только поздним вечером, когда он вернулся в дом Зеведея и попросил накормить его. На следующий день Иисус отправил своего брата Иакова испросить для него разрешения выступить в синагоге в ближайшую субботу. И управляющий синагогой был очень рад тому, что Иисус вновь выразил желание вести богослужение.
       Перед тем, как выступить с этой незабываемой проповедью царства Бога – первым значительным выступлением на пути своего общественного служения, – он прочитал следующие отрывки из Писаний: «Вы будете для меня царством священников, святым народом. Яхве – наш судья, Яхве – наш законодатель, Яхве – наш царь; он спасёт нас. Яхве – мой царь и мой Бог. Он – великий царь всей земли. Милость твоя на Израиле в этом царстве. Благословенна слава Господа, ибо он является нашим Царём».
       «Я пришёл для того, чтобы провозгласить установление царства Отца. И это царство будет объединять поклоняющиеся ему души иудеев и язычников, богатых и бедных, свободных и подвластных, ибо мой Отец нелицеприятен; его любовь и его милосердие простираются на всех.
       Отец небесный посылает свой дух, вселяющийся в разумы людей, и когда я завершу свой труд на земле, Дух Истины также прольётся на всю плоть. И дух моего Отца вместе с Духом Истины утвердят вас в грядущем царстве духовного понимания и божественной праведности. Царство моё  не от мира сего. Сын Человеческий не поведёт армии на битву для утверждения престола власти или царства мирской славы. Когда придёт моё царство, вы познаете Сына Человеческого как Князя Мира, раскрытие вечного Отца. Дети этого мира сражаются за установление и расширение царств этого мира; мои же ученики войдут в царство небесное путём своих нравственных решений и духовных побед; войдя же в него, они обретут радость, праведность и вечную жизнь.
       К тому, кто прежде всего жаждет войти в царство и тем самым начинает стремиться к благородству характера, подобного благородству моего Отца, приложится и всё остальное, в чём он нуждается. Но истинно говорю вам: если вы не будете искать дорогу в царство с верой и доверием малого дитя, ничто не поможет вам войти в него.
       Не обманывайтесь теми, кто придёт и скажет: „здесь царство” или „там царство”, ибо царство моего Отца не касается того, что зримо и материально. Царство это уже сейчас среди вас, ибо где дух Бога учит и ведёт душу человеческую, там воистину и есть царство небесное. И это царство Бога есть праведность, мир и радость во Святом Духе.
       Иоанн действительно крестил вас в знак покаяния и отпущения ваших грехов; при входе же в небесное царство, вы будете крещены Святым Духом.
       В царстве моего Отца не будет ни иудея, ни язычника, но будут только те, кто ищет совершенства через служение, ибо я заявляю: тот, кто хочет быть великим в царстве моего Отца, должен сначала стать слугой для всех. Если вы желаете служить своим собратьям, вы воссядете вместе со мной в моём царстве – так же как я, служа в облике создания, вскоре воссяду вместе с моим Отцом в его царстве.
       Это новое царство подобно семени, которое прорастает в благодатной земле. Не сразу приносит оно спелый плод. Пройдёт время, прежде чем укоренившееся в душе человека царство принесёт полноценный плод неувядаемой праведности и вечного спасения.
       И это царство, которое я возвещаю вам, не есть господство могущества и изобилия. Царство небесное – не пища и питие, а жизнь растущей праведности и усиливающейся радости во всё более совершенном служении моему небесному Отцу. Ибо разве не сказал Отец о детях своих, живущих в этом мире: „Воля моя, чтобы в итоге они стали совершенны, как совершенен я?”
       Я пришёл с проповедью благой вести о царстве. Я пришёл не для того, чтобы взвалить новый груз на тех, кто желает войти в царство. Я провозглашаю новый и лучший путь, и те, кто способны войти в грядущее царство, обретут божественный покой. И чего бы это ни стоило вам в этом мире, какую бы цену вам ни пришлось заплатить за вхождение в царство небесное, вы получите во много крат больше радости и духовных обретений в этом мире и в грядущую эпоху вечной жизни.
       Вхождение в царство Отца не знаменуется наступлением армий, свержением царств этого мира или срыванием оков. Царство небесное – рядом с вами, и все вошедшие в него в полной мере обретут свободу и радость спасения.
       Царство это – вечные владения. Те, кто войдёт в него, взойдут к моему Отцу; они непременно достигнут его и воссядут по правую руку его Райской славы. И каждый вошедший в царство небесное станет сыном Бога, дабы в грядущую эпоху взойти к Отцу. И я пришёл призвать не притворных праведников, а грешников и всех, жаждущих праведности и божественного совершенства.
       Иоанн явился с проповедью покаяния, чтобы подготовить вас к царству; теперь же я пришёл провозгласить веру – дар Бога – в качестве платы за вступление в царство небесное. Если вы всего лишь верите, что мой Отец любит вас бесконечной любовью, то вы уже в царстве Бога».

       Закончив свою речь, он сел. Его слова потрясли всех слушателей. Ученики были изумлены. Однако люди не были готовы к восприятию благой вести из уст этого Богочеловека. Примерно третья часть слушавших его поверила сказанному, хотя не все смогли понять; около трети в глубине души не были готовы принять такое чисто духовное представление об ожидаемом царстве, в то время как оставшаяся треть не могла понять его учения, и многие действительно были убеждены в том, что он «не в своём уме».
       
       
       Подготовка вестников Царства (док. 138)
       
                            1. Последние наставления.
                            2. Избрание шести.
                            3. Призвание Матфея и Симона.
                            4. Призвание близнецов.
                            5. Призвание Фомы и Иуды.
                            6. Неделя интенсивной подготовки. 
                            7. Новое разочарование.
                            8. Начало труда двенадцати.
                            9. Пять месяцев испытаний.
                            10. Организация двенадцати.        
       После выступления с проповедью «О царстве», Иисус собрал шестерых апостолов во второй половине дня и начал раскрывать свои планы относительно посещения городов в окрестностях Галилейского моря. Его братья Иаков и Иуда были чрезвычайно обижены тем, что их не пригласили на этот совет. До сих пор они считали себя членами внутреннего круга товарищей Иисуса. Однако Иисус планировал не включать близких родственников в число апостольских управляющих царства. Отказ от принятия Иакова и Иуды в число избранных, а также явное отчуждение Иисуса от своей матери со времени свадьбы в Кане положили начало всё большему отдалению Иисуса от своей семьи. Это положение сохранялось в течение всего его общественного служения – они почти отказались от него, – и эти разногласия были полностью исчерпаны только после его смерти и воскресения. Его мать постоянно металась между неустойчивой верой и надеждой с одной стороны и усиливавшимся чувством разочарования, унижения и отчаяния – с другой. Только Руфь, самая младшая из членов семьи, хранила непоколебимую преданность своему отцу-брату.
       Вплоть до воскресения Иисуса вся его семья практически не принимала участия в его служении. Как не чтут пророка в своём отечестве, так и в своей собственной семье ему отказывают в понимании и сочувствии.
       
       1.   Последние наставления.
       
       На следующий день – в воскресенье, 23 июня 26 года н.э. – Иисус дал шести апостолам последние наставления. После этого он попарно отправил их в путь учить благой вести царства. Он запретил им крестить и советовал воздерживаться от публичных проповедей. Он объяснил, что позже позволит им выступать с такими проповедями, но пока, в силу многих причин, он хотел бы, чтобы они приобрели практический опыт личного общения со своими собратьями. Иисус стремился к тому, чтобы их первый тур стал в полной мере личной работой. Хотя его сообщение несколько разочаровало апостолов, они поняли, по крайней мере, отчасти, почему он хотел начать провозглашение царства именно таким образом, и вышли в путь в приподнятом настроении, уверенные и воодушевлённые. Он отправил их в путь по двое: Иаков и Иоанн направились в Хересу, Андрей и Пётр – в Капернаум, а Филипп и Нафанаил пошли в Тарихею.
       До начала этого первого двухнедельного периода служения Иисус сообщил им, что он желает избрать двенадцать апостолов, которые продолжили бы дело царства после того, как он покинет этот мир, и уполномочил каждого из шести выбрать из числа его первых новообращённых по одному человеку в предполагаемую группу апостолов. Иоанн спросил: «Однако, Учитель, станут ли эти шесть человек членами нашего круга, будут ли они участвовать во всём наравне с нами – теми, кто стали твоими последователями ещё на Иордане и слышали всё, чему ты учил при подготовке к этому первому заданию во имя царства?» И Иисус ответил: «Да, Иоанн, эти избранные вами мужчины станут как мы, и вы научите их всему, что имеет отношение к царству, как я учил вас». Сказав это, Иисус покинул их.
       Шестеро апостолов расстались и отправились в путь только после длительного обсуждения данных Иисусом наставлений, согласно которым каждый из них должен был избрать нового апостола. В итоге, возобладало мнение Андрея, после чего они приступили к своему труду. Суть сказанного Андреем заключалась в следующем: «Учитель прав; нас слишком мало, чтобы мы могли справиться с этой работой. Нам нужны новые учителя, и Учитель оказал нам огромное доверие, поручив избрать этих шестерых новых апостолов». В то утро, когда они расставались перед тем, как взяться за дело, сердце каждого из них сжималось от затаённой тоски. Они знали, что им будет не хватать Иисуса, и кроме того, что они испытывали страх и нерешительность, провозглашение царства представлялось им теперь в ином свете.
       Было решено, что шесть апостолов будут трудиться в течение двух недель, после чего они соберутся на совет в доме Зеведея. Тем временем Иисус отправился в Назарет, чтобы увидеться с Иосифом, Симоном и другими членами своей семьи, жившими в том районе. Иисус делал всё по-человечески возможное, чтобы сохранить доверие и любовь своей семьи, если это не противоречило его решению исполнять волю Отца. В этом отношении он с лихвой выполнил свой долг.
       Пока апостолы отсутствовали, выполняя порученное, Иисус много думал об Иоанне, уже находившемся в заключении. Он испытывал огромный соблазн использовать своё потенциальное могущество для его освобождения, однако в очередной раз он подчинился решению «ожидать волю Отца».
       
       2.   Избрание шести.
       
       Это первое миссионерское путешествие шестерых апостолов было исключительно успешным. Каждый из них открыл для себя огромную ценность непосредственного, личного контакта с людьми. Они вернулись к Иисусу, лучше понимая, что, в конечном счёте, религия является целиком и полностью делом личного опыта. Они начали чувствовать, сколь сильно жаждут простые люди услышать слова религиозного утешения и духовного ободрения. Когда они собрались вокруг Иисуса, всем хотелось высказаться одновременно, однако Андрей взял ответственность на себя и, получая от него право голоса, они должным образом отчитались перед Учителем и представили шестерых кандидатов в новые апостолы.
       После того, как каждый из апостолов представил своего кандидата, Иисус попросил всех остальных проголосовать за претендента; так все шесть новых апостолов были официально приняты всеми шестью старшими апостолами. Затем Иисус сообщил, что они все вместе посетят этих кандидатов и призовут их к служению.
       1. Матфей Левий, сборщик пошлин из Капернаума, чья таможня находилась чуть восточнее города, у границы с Ватанией. Он был избран Андреем.
       2. Фома Дидим, рыбак из Тарихеи, прежде работавший в качестве плотника и каменщика в Гадаре. Он был избран Филиппом.
       3. Иаков Алфеев, рыбак и фермер из Хересы, избранный Иаковом Зеведеевым.
       4. Иуда Алфеев, брат-близнец Иакова Алфеева, тоже рыбак, был избран Иоанном Зеведеевым.
       5. Симон Зелот, занимавший высокий пост в патриотической организации зелотов, отказался от него, чтобы присоединиться к апостолам Иисуса. До того, как стать зелотом, Симон был торговцем. Он был избран Петром.
       6. Иуда Искариот был единственным сыном богатых еврейских родителей, живших в Иерихоне. После того, как он стал последователем Иоанна Крестителя, родители-саддукеи отреклись от него. Он искал работу в этих местах, когда его нашли апостолы Иисуса, и Нафанаил пригласил Иуду присоединиться к ним в основном из-за его опыта в финансовых вопросах. Иуда Искариот был единственным иудеянином среди двенадцати апостолов.
       Иисус провёл с шестью апостолами весь день, отвечая на их вопросы и слушая их подробные отчёты, ибо им было что рассказать – у них накопилось немало интересных и полезных впечатлений. Теперь они видели всю мудрость плана Учителя, пославшего их для работы в спокойной и личной обстановке, прежде чем позволить им приступить к более серьёзной общественной деятельности.
       
       3.   Призвание Матфея и Симона.
       
       На следующий день Иисус и шесть апостолов отправились призвать Матфея, сборщика пошлин. Матфей ждал их, и к их приходу успел закрыть книги, приготовившись передать дела по службе своему брату. Когда они подошли к таможне, Андрей выступил вперёд вместе с Иисусом, который, глядя Матфею в глаза, произнёс: «Следуй за мной». И он поднялся и вошёл в дом вместе с Иисусом и апостолами.
       Матфей сказал Иисусу, что вечером он собирается устроить приём, – по крайней мере, он хотел бы дать обед для своей семьи и друзей, если Иисус согласится присутствовать на нём в качестве почётного гостя. Иисус кивнул в знак согласия. После этого Пётр отвёл Матфея в сторону и, объяснив, что он пригласил некоего Симона присоединиться к апостолам, получил согласие на то, чтобы Симон также был приглашён на пир.
       После обеда в доме Матфея все они последовали за Петром к Симону Зелоту. Они нашли его на прежнем месте, где теперь  вёл  дела его племянник. Когда  Пётр подвёл Иисуса к Симону, Учитель приветствовал  пылкого  патриота, сказав лишь: «Следуй за мной».
       Они вернулись все вместе в дом Матфея, где много говорили о политике и религии, пока не пришло время ужинать. Семья Левия уже давно занималась коммерцией и сбором пошлин; поэтому многих гостей, приглашённых Матфеем, фарисеи называли не иначе как «мытарями и грешниками».
       В те дни, когда в честь важного гостя устраивались такие званые обеды, существовал обычай, согласно которому любой желающий мог пройти в трапезную, чтобы посмотреть на обедающих и послушать разговоры и выступления знатных гостей. Поэтому многие фарисеи Капернаума явились сюда, чтобы понаблюдать за поведением Иисуса в этом необычном обществе.
       В ходе праздничного обеда гости пришли в чрезвычайно весёлое расположение духа; всеобщее веселье было таковым, что наблюдавшие фарисеи в душе стали порицать Иисуса за участие в столь беспечном и беззаботном занятии. Позднее, когда собравшиеся начали произносить речи, один из наиболее злобных фарисеев позволил себе, обращаясь к Петру, осудить поведение Иисуса: «Как можешь ты учить, что этот человек является праведником, когда он ест с мытарями и грешниками, позволяя себе предаваться столь беспечному времяпрепровождению?» Пётр шёпотом передал это замечание Иисусу до того, как тот выступил с прощальным благословением присутствующих. Иисус начал свою речь словами: «Сегодня мы собрались здесь для того, чтобы принять Матфея и Симона в наше братство. Мне приятно видеть ваше веселье и радость, однако вы должны возрадоваться ещё больше, ибо многие из вас войдут в грядущее царство духа, где с избытком вкусят благодатных даров царства небесного. Вам же, стоящим здесь и порицающим меня в душе за то, что я веселюсь со своими друзьями, позвольте заметить, что я пришёл провозгласить радость тем, кто отвергнут обществом, и духовную свободу тем, кто находится в плену морали. Мне ли напоминать вам, что врач нужен не здоровым, а больным? Я пришёл призвать не благочестивых, но грешников».
        Это было поистине необычным зрелищем для всего еврейства: видеть, как человек, отличающийся праведным характером и благородными чувствами, свободно и весело общается с простым людом и даже с толпой сборщиков налогов и так называемых грешников – далёких от религии любителей развлечений. Симон Зелот пожелал произнести речь на этом собрании в доме Матфея, однако Андрей, – зная, что Иисус не хотел, чтобы грядущее царство смешивали с движением зелотов, – убедил его воздержаться от публичных высказываний.
       Иисус и апостолы заночевали в доме Матфея, и когда люди расходились по домам, все говорили только об одном – о доброте и дружелюбии Иисуса.
       
       4.   Призвание близнецов.
       
       Наутро все девять отплыли в Хересу, чтобы должным образом призвать следующих двух апостолов – Иакова и Иуду, братьев-близнецов, сыновей Алфея, избранных Иаковом и Иоанном Зеведеями. Близнецы-рыбаки знали о визите Иисуса и его апостолов и поджидали их на берегу. Иаков Зеведей представил Учителя хересским рыбакам и Иисус, пристально глядя на них, кивнул головой и сказал: «Следуйте за мной».
       Во второй половине дня, которую они провели вместе, Иисус дал им подробные наставления относительно праздничных собраний, закончив свои замечания следующими словами: «Все люди – мои братья. Отец мой небесный не презирает никакое сотворённое нами создание. Царство небесное открыто для всех мужчин и женщин. Никто не вправе закрыть дверь милосердия перед жаждущей душой, стремящейся войти в царство. Мы будем делить трапезу со всеми, кто пожелает услышать о царстве. Когда наш небесный Отец взирает с небес на людей, все они одинаковы для него. Поэтому не отказывайтесь преломить хлеб с фарисеем или грешником, саддукеем или мытарем, римлянином или иудеем, богатым или бедным, свободным или невольником. Врата царства широко открыты для всех, кто желает познать истину и найти Бога».
        В тот вечер, во время скромного ужина в доме Алфея, братья-близнецы были приняты в апостольскую семью. Позднее вечером Иисус дал своим апостолам первый урок, темой которого было происхождение, сущность и предназначение нечистых духов, однако они не смогли понять смысла того, о чём он говорил. Им было очень легко любить Иисуса и восхищаться им, но им было очень трудно понимать многие из его учений.
       После ночного отдыха вся компания, насчитывающая уже одиннадцать человек, отправилась на лодке в Тарихею.
       
       5.   Призвание Фомы и Иуды.
       
       Рыбак Фома и скиталец Иуда встретились с Иисусом и апостолами у рыбацкой пристани в Тарихее, и Фома повёл всех в свой дом, находившийся неподалёку. Здесь Филипп представил Фому в качестве своего кандидата в апостолы, а Нафанаил представил Иуду Искариота, иудеянина, как человека, достойного такой же чести. Иисус взглянул на Фому и сказал: «Фома, тебе не хватает веры; тем не менее, я принимаю тебя. Следуй за мной». Иуде Искариоту Учитель сказал: «Иуда, все мы одной плоти, и принимая тебя в наш круг, я заклинаю тебя хранить верность своим галилейским братьям. Следуй за мной».
       После того, как они подкрепились, Иисус уединился с двенадцатью апостолами, чтобы предаться совместным молитвам и рассказать им о сущности и действии Святого Духа, но и на этот раз они большей частью не смогли понять смысла тех изумительных истин, которым он пытался их научить. Один понимал одно, другой – другое, но никому из них не удалось охватить всё учение. Каждый раз они совершали одну и ту же ошибку, пытаясь вместить новое евангелие Иисуса в свои старые формы религиозного убеждения. Они не могли понять того, что Иисус пришёл для провозглашения нового евангелия спасения и установления нового пути обретения Бога; они не осознавали, что он являлся новым раскрытием небесного Отца.
       На следующий день Иисус оставил двенадцать апостолов одних; он хотел, чтобы они познакомились друг с другом и обсудили между собой то, чему он их научил. Учитель вернулся к ужину и во время вечерней беседы рассказал им о служении серафим, и некоторые из апостолов поняли его учение. Они отправились на покой и на другой день отплыли в Капернаум.
       Зеведей и Саломия перебрались к своему сыну Давиду, что позволило передать их большой дом Иисусу и его двенадцати апостолам. Здесь Иисус спокойно провёл субботу со своими избранными вестниками; он  подробно изложил планы провозглашения царства и исчерпывающе объяснил всю важность уклонения от стычек с гражданскими властями, сказав: «Если необходимо вынести порицание гражданским правителям, предоставьте это мне. Следите за тем, чтобы не допускать осуждения кесаря или его слуг». В тот же вечер Иуда Искариот отозвал Иисуса в сторону, чтобы осведомиться, почему ничего не делается для освобождения Иоанна из заключения. И Иуда не был полностью удовлетворён отношением Иисуса.
       
       6.   Неделя интенсивной подготовки.
       
       Следующая неделя была посвящена программе интенсивной подготовки. Ежедневно каждый из шести новых апостолов становился подопечным рекомендовавшего его собрата для тщательного обзора всего, что они выучили и испытали при подготовке к труду царства. Первые апостолы подробно повторяли с шестью новыми апостолами учения Иисуса, с которыми они были знакомы на то время. По вечерам все собирались в саду Зеведея, где Иисус продолжал своё обучение.
       Именно в это время Иисус выделил в середине недели свободный день для отдыха и развлечений. В течение всей его оставшейся материальной жизни они придерживались этого плана, посвящая отдыху один день в неделю. Как правило, они прекращали свои привычные занятия по средам. В такой день Иисус обычно покидал их со словами: «Дети мои, устройте себе день развлечений. Оставьте  напряжённые  труды царства и насладитесь отдыхом, который помогает вернуться к прежним занятиям или открывает новые способы развлечения». Хотя в этот период своей жизни Иисус не нуждался в таком дне отдыха, он соблюдал этот план, ибо знал, что это пойдёт на пользу его человеческим собратьям. Иисус был наставником – Учителем; его собратья были его воспитанниками – учениками.
       Иисус стремился объяснить своим апостолам различие между его учениями и его жизнью среди них с одной стороны и учениями, которые впоследствии могли появиться  о нём, – с другой. Он сказал: «Моё царство и евангелие этого царства должны стать основной темой вашего послания. Не отвлекайтесь на проповедь обо мне и моих учениях. Провозглашайте евангелие царства и придерживайтесь моего раскрытия небесного Отца, но не сворачивайте на путь создания легенд и построения культа, связанных с верованиями и учениями относительно моих взглядов и учений». Однако они в очередной раз не поняли, отчего он так говорит, и ни один не решился спросить, почему он учит их этому.
       В этих ранних учениях Иисус стремился, насколько это было возможно, избежать противоречий со своими апостолами, если они не касались ложных представлений о его небесном Отце. Во всех таких случаях он без колебания исправлял ошибочные убеждения. В посткрещенческой жизни Иисуса на Урантии был только один мотив – более совершенное и истинное раскрытие его Райского Отца; он был первопроходцем нового и лучшего пути к Богу, пути веры и любви. Он всегда призывал апостолов: «Ищите грешников и павших духом, утешайте страждущих».
       Иисус в совершенстве владел положением; он обладал неограниченным могуществом, которое мог использовать в помощь своей миссии, но он полностью удовлетворялся средствами и личностями, которые в представлении большинства людей выглядели бы неадекватными и незначительными. Он осуществлял миссию, в которой таились колоссальные возможности для внешней эффектности, но он настаивал на служении делу своего Отца совершенно неприметным и неэффектным образом; он упорно избегал любой демонстрации могущества. Вот и теперь он собирался неприметно трудиться, по крайней мере, в течение нескольких месяцев, со своими двенадцатью апостолами в окрестностях Галилейского моря.
       
       7.   Новое разочарование.
       
       По плану Иисуса в течение пяти месяцев они должны были спокойно заниматься индивидуальным миссионерством. Он не раскрыл своим апостолам этого срока; они работали по недельному плану. И в первый же день недели, когда он собирался объявить о том двенадцати апостолам, Симон Пётр, Иаков Зеведей и Иуда Искариот пришли к нему для частной беседы. Отведя Иисуса в сторону, Пётр собрался с духом и сказал: «Учитель, мы пришли по настоянию наших товарищей, чтобы спросить, пришло ли время вступить в царство. Провозгласишь ли ты царство в Капернауме, или нам следует отправиться в Иерусалим? И ещё: когда каждый из нас узнает, какое место ему предстоит занять возле тебя при установлении царства…» Пётр продолжал бы задавать свои вопросы, однако Иисус остановил его предостерегающим жестом руки. И пригласив остальных апостолов, стоявших поблизости, присоединиться к ним, Иисус сказал: «Дети мои малые, до каких же пор вы будете испытывать моё терпение? Разве не объяснял я вам, что моё царство – не от мира сего? Не раз говорил я вам, что не для того я пришёл, чтобы сесть на трон Давида, и теперь вы спрашиваете меня, каким будет ваше место в царстве Отца? Разве вы не можете понять, что я призвал вас как посланников духовного царства? Разве вы не понимаете, что скоро – очень скоро – вам придётся стать моими представителями в мире и в провозглашении царства так же, как я представляю сейчас моего небесного Отца? Возможно ли, что я избрал вас и подготовил вас в качестве вестников царства, а вы не понимаете сущности и значения грядущего царства божественного превосходства в сердцах людей? Друзья мои, выслушайте меня ещё раз. Избавьтесь от мысли о том, что моё царство – это господство силы или власть славы. Воистину, всё могущество на небе и на земле будет вскоре передано в мои руки, однако воля Отца не в том, чтобы мы пользовались этим божественным даром для возвеличения себя в течение этой эпохи. В другую эпоху вы действительно будете сидеть возле меня в могуществе и славе, но сейчас нам следует подчиняться воле Отца и продолжать свой труд, смиренно покорившись исполнению его требований на земле».
       В очередной раз его товарищи были потрясены, поражены. Иисус отправил их молиться по двое, попросив вернуться к нему в полдень. В это решающее утро каждый из них пытался найти Бога, и каждый стремился подбодрить и укрепить духом своего напарника, и они вернулись к Иисусу, как он и просил их.
       После этого Иисус рассказал им о приходе Иоанна, крещении в Иордане, праздновании свадьбы в Кане, недавнем избрании шести апостолов и отзыве из их рядов его собственных братьев во плоти, а также предупредил их, что враг царства попытается сбить их с пути истинного. После этого короткого, но серьёзного разговора, апостолы, вслед за Петром, поднялись, чтобы заявить о своей вечной преданности своему Учителю и поклясться в своей нерушимой верности царству – как сказал Фома, «этому грядущему царству, чем бы оно ни было, и даже если я не до конца его понимаю». Все они поистине верили в Иисуса, хотя не всё в его учениях было им понятно.
       Затем Иисус спросил, какими средствами они располагают; он также поинтересовался, какие меры приняты для содержания семей. Когда выяснилось, что их денег вряд ли хватило бы на то, чтобы прокормить себя в течение двух недель, Иисус сказал: «Мой Отец не желает, чтобы наш труд начинался так. Мы останемся здесь, у моря, на две недели и будем рыбачить или заниматься чем-нибудь другим, и за это время вы – под началом Андрея, первого избранного апостола – сделаете так, чтобы обеспечить всё необходимое для своей будущей работы – как для нынешнего личного служения, так и для того времени, когда я отправлю вас проповедовать евангелие и наставлять верующих». Все они были чрезвычайно обрадованы этими словами – первым недвусмысленным и ясным намёком на то, что впоследствии Иисус предполагал перейти к более активной и решительной общественной деятельности.
       Остаток дня апостолы совершенствовали свою организацию и занимались приготовлением лодок и сетей для того, чтобы на следующий день отправиться рыбачить, ибо все они решили посвятить себя рыболовству; большинство из них были рыбаками, да и Иисус являлся опытным корабелом и рыбаком. Многие из лодок, которыми они пользовались в последующие годы, были построены его собственными руками. И это были хорошие и прочные лодки.
       Иисус велел, чтобы две недели они посвятили рыболовству, добавив: «И после этого вы отправитесь в путь, чтобы стать ловцами человеков». Они рыбачили тремя группами, и каждый вечер Иисус выходил в море с новой группой. И как они наслаждались общением с Иисусом! Он был хорошим рыбаком, весёлым компаньоном и воодушевляющим другом; чем больше они работали вместе с ним, тем больше они его любили. Однажды Матфей сказал: «Чем больше понимаешь некоторых людей, тем меньше восхищаешься ими; что же касается этого человека, то чем меньше я понимаю его, тем больше я его люблю».
       Так продолжалось более пяти месяцев: две недели они рыбачили, а следующие две недели посвящали личному труду во имя царства. Они придерживались этого плана до конца этого, 26 года н.э., пока не прекратились те особые преследования, которым подвергались ученики Иоанна после его заточения.
       
       8.   Начало труда двенадцати.
       
       После продажи двухнедельного улова, Иуда Искариот, избранный апостольским казначеем, разделил средства апостолов на шесть равных частей, поскольку к тому времени уже были собраны средства на содержание семей апостолов. И затем, в середине августа 26 года н.э., они отправились по двое в указанные Андреем районы. Первые две недели Иисус провёл с Андреем и Петром, следующие две недели – с Иаковом и Иоанном и так далее с другими парами апостолов в порядке их избрания. Таким образом, он смог как минимум один раз побывать с каждой из пар, прежде чем он созвал их перед началом их общественного служения.
       Иисус учил их проповедовать прощение грехов через веру в Бога – без искуплений или жертвоприношений, проповедовать то, что небесный Отец любит всех своих детей одинаково вечной любовью. Он призывал своих апостолов воздерживаться от обсуждения следующих вопросов:
       1. Труд и заточение Иоанна Крестителя. .
       2. Голос при крещении. Иисус сказал: «Только те, кто слышал голос, могут упоминать это. Говорите только о том, что вы сами слышали от меня; не передавайте слухи».
       3. Превращение воды в вино в Кане. Иисус строго предупредил их: «Не рассказывайте никому о воде и вине».
       Они прекрасно провели эти пять или шесть месяцев, в течение которых по две недели рыбачили, зарабатывая достаточно денег, чтобы обеспечить себя на следующие две недели, которые посвящались миссионерской деятельности во имя царства.
       Простой люд восхищался учением и служением Иисуса и его апостолов. Раввины издавна внушали евреям, что невежественный человек не может быть благочестивым или праведным. Однако апостолы Иисуса были и благочестивыми, и праведными; и тем не менее они, по большей части, пребывали в счастливом неведении относительно учёности раввинов и мудрости мира.
       Иисус подробно разъяснил своим апостолам отличие покаяния через так называемые благие дела, которому учили евреи, от изменения разума через веру – нового рождения, которого он требовал в качестве платы за приём в царство. Он учил своих апостолов, что вера является единственным условием для вступления в царство Отца. Иоанн учил их «покаянию – бегству от грядущего гнева». Иисус учил: «Вера – это открытая дверь для вступления в настоящую, совершенную и вечную любовь Бога». Иисус говорил не как пророк, который приходит для возвещения слова Бога. Чувствовалось, что он говорит от себя, имея на то власть. Иисус стремился отвратить их разум от жажды чудес и обратить его к поиску подлинного и личного опыта в удовлетворении и уверенности, порождаемых пребывающим в человеке Божьим духом любви и спасительной благодати.
       С самого начала ученики увидели, что Учитель с огромным уважением и сочувствием относится к каждому человеку, с которым он встречался, и это одинаковое и неизменное участие, которое он с таким постоянством проявлял к самым разным мужчинам, женщинам и детям, производило на них громадное впечатление. Рассуждая на важную тему, он мог остановиться на полуслове, чтобы выйти на дорогу и сказать несколько сердечных слов проходящей мимо женщине, обременённой тяготами тела и души. Он мог прервать серьёзное обсуждение со своими апостолами, чтобы поиграть с подбежавшим ребёнком. Ничто и никогда не было для Иисуса более важным, чем отдельный человек, который оказывался рядом с ним. Он был владыкой и учителем, но он был больше того – он являлся также другом и близким, отзывчивым товарищем.
       Хотя публичные учения Иисуса состояли в основном из притч и коротких бесед, он всегда учил своих апостолов с помощью вопросов и ответов. Он обязательно находил время для ответов на искренние вопросы во время своих последующих публичных выступлений.
       Поначалу апостолы были изумлены отношением Иисуса к женщинам, однако быстро привыкли к этому; Иисус предельно ясно объяснил им, что в царстве женщинам предоставляются равные права с мужчинами.
       
       9.   Пять месяцев испытаний.
       
       Этот несколько однообразный период, в течение которого рыбная ловля чередовалась с индивидуальным трудом, стал суровым испытанием для двенадцати апостолов, но они выдержали его с честью. Несмотря на все их жалобы, сомнения и мимолётное недовольство, они сдержали свою клятву верности и преданности Учителю. Именно благодаря личному общению с Иисусом в течение этих месяцев испытания они полюбили его настолько, что все (кроме Иуды Искариота) сохранили свою верность и преданность ему даже в тяжкие часы суда и распятия. Настоящие люди просто не могли бросить почитаемого учителя, столь близкого и столь преданного им, как Иисус. В мрачные часы смерти Учителя в сердцах этих апостолов все доводы, аргументы и логика были вытеснены только одним, высшим человеческим чувством – чувством преданности своему другу. Эти пять месяцев, в течение которых они трудились вместе с Иисусом, привели каждого из апостолов к тому, что Иисус стал для них лучшим в мире другом. Именно это человеческое чувство, а не его возвышенные учения или восхитительные деяния, удержало их вместе вплоть до воскресения Иисуса и нового возвещения евангелия царства.
       Эти пять месяцев неприметного труда были не только великим экзаменом для апостолов – экзаменом, который они выдержали, но этот период отсутствия общественной деятельности стал огромным испытанием для семьи Иисуса. К тому времени, когда Иисус приготовился приступить к общественному служению, вся его семья (за исключением Руфи) практически оставила его. В дальнейшем только в нескольких случаях они пытались наладить с ним связь, но и тогда лишь для того, чтобы попытаться убедить его вернуться вместе с ними домой, ибо они были близки к тому, чтобы считать его сумасшедшим. Они просто не могли постичь его философию или понять его учение; всё это было выше понимания его родственников по крови.
       Апостолы продолжали свой личный труд в Капернауме, Вифсаиде-Юлии, Хоразине, Герасе, Гиппосе, Магдале, Кане, Вифлееме Галилейском, Иотапате, Раме, Сафеде, Гисхале, Гадаре и Абиле. Кроме того, они трудились во многих деревнях и сёлах. К концу этого периода двенадцать апостолов выработали вполне удовлетворительные планы опеки своих семей. Большинство апостолов были женатыми людьми, некоторые из них имели по несколько детей, однако принятые ими меры по обеспечению своих близких – в дополнение к небольшим поступлениям из апостольского фонда – позволяли им посвящать всю свою энергию делу Учителя, не беспокоясь о финансовом благополучии своих семей.
       
       10.Организация двенадцати. 
       
       Уже на раннем этапе у апостолов существовала следующая организация:
       1. Андрей, первый избранный, был назначенным председателем и управляющим двенадцати.
       2. Пётр, Иаков и Иоанн были назначены личными спутниками Иисуса. Они должны были быть с ним днём и ночью, заботиться о его физических и других потребностях и сопровождать его во время ночных бдений, проводимых в молитве и таинственном общении с небесным Отцом.
       3. Филипп стал экономом группы. Он должен был обеспечивать питание и следить за тем, чтобы посетителям, а порой целым толпам слушающих, было что поесть.
        4. Нафанаил следил за положением апостольских семей. Он получал регулярные отчёты  о нуждах каждой семьи и, сделав соответствующую заявку казначею Иуде, еженедельно отправлял деньги тем, кто в них нуждался.
       5. Матфей являлся финансовым агентом апостольского корпуса. Он должен был следить за сбалансированностью бюджета и пополнением казны. Если у группы отсутствовали средства к существованию, если пожертвования на  её  содержание не поступали, Матфей обладал правом на какое-то время отозвать апостолов к сетям. Однако к этому не приходилось прибегать после начала их общественного труда; в распоряжении казначея всегда было достаточно средств для финансирования их деятельности.
       6. Фома являлся администратором. На него легла обязанность искать жильё и намечать места для обучения и проповедей, тем самым обеспечивая плавный и динамичный график путешествий.
       7. Иаков и Иуда – сыновья-близнецы Алфеевы – должны были следить за порядком. В их обязанности входило назначать достаточное количество дежурных для поддержания порядка в толпе во время проповедей.
       8. Симон Зелот отвечал за восстановление сил и проведение досуга. Он организовывал выходные дни по средам и стремился каждый день найти несколько часов для отдыха и развлечений.
       9. Иуда Искариот был назначен казначеем. Он носил казну. Иуда оплачивал все расходы и вёл бухгалтерский учёт. Он составлял еженедельные сметы доходов и расходов для Матфея и каждую неделю отчитывался перед Андреем. Иуда выплачивал деньги с санкции Андрея.
       Таковы были функции двенадцати апостолов с момента появления этой организации и вплоть до того времени, когда предательство Иуды заставило их провести реорганизацию. Учитель и его ученики-апостолы продолжали свой непритязательный труд вплоть до воскресенья, 12 января 27 года н.э., когда Иисус созвал апостолов и официально посвятил их в качестве посланников царства и проповедников его благой вести. И вскоре они были готовы отправиться в Иерусалим и Иудею – в своё первое путешествие с публичной проповедью царства.
       
       
       Двенадцать Апостолов (док. 139)
       
                            1.  Андрей Первозванный.
                            2. Симон Петр. 
                            3. Иаков Заведеев. 
                            4. Иоанн Заведеев. 
                            5. Филипп любопытный.
                            6. Честный Нафанаил. 
                            7. Матфей Левий. 
                            8. Фома Дидим. 
                            9. Иаков и Иуда Алфеевы.       
                            10.  
                            11. Симон Зелот.
                            12. Иуда Искариот. 

       Красноречивым свидетельством обаяния и праведности земной жизни Иисуса, несмотря на то, что он неоднократно вдребезги разбивал надежды своих апостолов и не оставлял камня на камне от любого их устремления к личному возвеличению, является тот факт, что только один из апостолов покинул его.
       Апостолы узнали от Иисуса о царстве небесном, а Иисус узнал от них многое о царстве человеческом – человеческой природе в том виде, как она существует на Урантии и других эволюционных мирах времени и пространства. Эти двенадцать мужчин представляли многие различные типы человеческого темперамента, и обучение не сделало их одинаковыми. В жилах многих из этих галилейских рыбаков текло немало языческой крови в результате принудительного обращения языческого населения Галилеи в иудаизм за сто лет до того.
       Было бы ошибкой с вашей стороны считать апостолов невежественными или необразованными людьми. Все они, за исключением близнецов Алфеевых, были выпускниками синагогальных школ, хорошо знали писания иудеев и обладали многими самыми современными познаниями той эпохи. Семь из них закончили синагогальные школы Капернаума, которые были лучшими из еврейских школ в Галилее.
       Когда ваши письменные свидетельства называют их «невежественными и необразованными», это означает лишь, что они являлись простыми людьми, необученными доктринам раввинов и не владеющими методами раввинского толкования Писаний. У них не было так называемого высшего образования. Сегодня их наверняка посчитали бы необразованными, а в некоторых слоях общества даже некультурными. Ясно одно: они не прошли жёсткую и стандартную программу обучения. С юношеских лет каждый из них учился жить самостоятельно.
       
       1.   Андрей Первозванный.
       
       Андрей, председатель апостольского корпуса царства, родился в Капернауме. Он был старшим ребёнком в семье из пяти детей – кроме брата Симона у него было три сестры. Его отец, который к тому времени уже умер, являлся компаньоном Зеведея в рыбокоптильном промысле Вифсаиды – рыболовецкого порта Капернаума. Когда Андрей стал апостолом, он был не женат, живя в семье своего женатого брата, Симона Петра. Оба они были рыбаками и являлись компаньонами Иакова и Иоанна – сыновей Зеведея.
       В 26 году н.э., когда Андрей был избран апостолом, ему было 33 года – на целый год больше, чем Иисусу; он являлся самым старшим среди апостолов. Андрей имел отличные наследственные качества и был наиболее способным из двенадцати. За исключением красноречия, во всём остальном он был равным своим товарищам. Иисус не дал Андрею прозвища, братского эпитета. Однако подобно тому, как апостолы вскоре стали называть Иисуса Учителем, в отношении Андрея они стали пользоваться прозвищем, соответствующим слову «Лидер».
       Андрей был хорошим организатором, но  ещё  лучшим администратором. Он входил во внутренний круг из четырёх апостолов, но ввиду того, что Иисус назначил его руководителем апостольской группы, ему приходилось исполнять свои обязанности среди собратьев, в то время как трое остальных пользовались возможностью тесного общения с Учителем. До самого конца Андрей оставался главой апостольского корпуса.
       Хотя Андрей никогда не являлся блестящим проповедником, он с успехом занимался личным трудом, являясь пионером миссионерской деятельности во имя царства в том смысле, что будучи первым избранным апостолом, он сразу же привёл к Иисусу своего брата, Симона, который впоследствии стал одним из величайших проповедников царства. Андрей являлся главным сторонником политики Иисуса, состоявшей в использовании личного труда как метода для подготовки двенадцати в качестве вестников царства.
       Учил ли Иисус в тесном кругу своих апостолов или проповедовал толпе, Андрей всегда был в курсе дел; он был понятливым исполнителем и умелым администратором. Он принимал быстрое решение по каждому вопросу, за исключением тех, которые, как он полагал, выходили за рамки его компетенции и которые он без промедления обсуждал с Иисусом.
       Андрей и Пётр были совершенно непохожими по характеру и темпераменту, однако следует поставить им в вечную заслугу то, что они прекрасно ладили друг с другом. Андрей никогда не завидовал таланту красноречия Петра. Нечасто можно встретить старшего человека типа Андрея, который оказывал бы столь огромное влияние на своего талантливого младшего брата. Казалось, что Андрей и Пётр никогда и ни в малейшей степени не завидовали способностям и достижениям друг друга. Поздним вечером, в день Пятидесятницы, когда во многом благодаря страстной и воодушевляющей проповеди Петра царство увеличилось на две тысячи новых душ, Андрей сказал своему брату: «Я был бы неспособен на это, но я рад, что у меня есть брат, которому это удалось». На что Пётр ответил: «Но если бы ты не привёл меня к Учителю и прочно не удерживал меня рядом с ним, я не смог бы оказаться здесь и сделать это». Отношения Андрея и Петра были исключением из правила, доказывающим, что даже братья могут жить в мире и успешно сотрудничать друг с другом.
       После Пятидесятницы Пётр стал известным человеком, однако Андрея, который был старше, никогда не раздражало, что до конца жизни его представляли как «брата Симона Петра».
       Из всех апостолов Андрей лучше других разбирался в людях. Он знал, что Иуда Искариот замышляет недоброе ещё тогда, когда никто из апостолов не догадывался о том, что с их казначеем происходит что-то неладное; но он никому не раскрыл своих опасений. Великой заслугой Андрея перед царством были его советы, данные Петру, Иакову и Иоанну относительно первых миссионеров, которых отправили в мир возвещать евангелие, а также рекомендации по организации административных дел царства, данные этим ранним руководителям. Андрей обладал огромным даром видеть скрытые возможности и потенциальные таланты молодых людей.
       Почти сразу после вознесения Иисуса Андрей начал писать личные воспоминания о многих высказываниях и деяниях своего ушедшего Учителя. После смерти Андрея копии этого частного свидетельства свободно ходили по рукам среди ранних учителей христианской церкви. Впоследствии в эти неформальные записи Андрея вносились поправки, изменения и дополнения, пока они не превратились в достаточно последовательный рассказ о жизни Учителя на земле.
       Последний из этих  видоизменённых и исправленных экземпляров сгорел при пожаре в Александрии спустя примерно сто лет после написания оригинала первым избранным из двенадцати апостолов.
       Андрей был человеком тонкой проницательности, логического мышления и твёрдых решений, чья огромная сила характера заключалась в несравненном постоянстве. Недостатком его темперамента было отсутствие энтузиазма; много раз он оказывался неспособным воодушевить своих товарищей словами благоразумной похвалы. Это сдержанное отношение к похвале за достойные достижения произрастало из его отвращения к лести и лживости. Андрей был одним из тех разносторонних, уравновешенных, обязанных всем самим себе и успешных людей, занимающихся скромным трудом.
       Все апостолы любили Иисуса, однако столь же истинным является то, что каждого из двенадцати влекла к нему какая-то определённая черта его личности, особенно импонировавшая тому или иному апостолу. Андрей восхищался Иисусом из-за его неизменной искренности, его естественного достоинства. Когда люди узнавали Иисуса, ими овладевало желание познакомить с ним своих друзей; они действительно хотели, чтобы его узнал весь мир.
       Когда последующие гонения заставили апостолов окончательно покинуть Иерусалим, Андрей прошёл через Армению, Малую Азию и Македонию, приведя в царство многие тысячи людей. Он был схвачен и распят в Патрах, в Ахайе. Прошло более двух дней, прежде чем этот могучий человек скончался на кресте, и в эти трагические часы он продолжал убедительно возвещать благую весть о спасительном небесном царстве.
       
       2.    Симон Петр.
       
       Когда Симон присоединился к апостолам, ему было тридцать лет. Он был женат, имел трёх детей и жил в Вифсаиде, недалеко от Капернаума. Он жил с братом Андреем и матерью своей жены. Как Пётр, так и Андрей занимались рыболовством вместе с сыновьями Зеведея.
       Учитель был знаком с Симоном в течение некоторого времени до того, как Андрей представил своего брата в качестве второго из апостолов. Когда Иисус назвал Симона Петром, он сделал это с улыбкой; это имя должно было стать чем-то вроде прозвища. Симон был хорошо известен своим друзьям как непредсказуемый и импульсивный человек. Однако впоследствии, Иисус действительно вложил в это данное в шутку прозвище новый и важный смысл.
       Симон Пётр был порывистым человеком, оптимистом. Он вырос, позволяя себе свободно предаваться сильным эмоциям; он постоянно попадал в трудные ситуации, ибо упорно продолжал говорить, не подумав. Такое безрассудство также приносило постоянные неприятности всем его друзьям и товарищам и являлось причиной многих мягких порицаний со стороны Учителя. Единственное, что спасало Петра от ещё больших неприятностей из-за его неосторожных речей, было то, что он рано научился обсуждать многие свои планы и замыслы с братом Андреем, прежде чем решался публично высказать свои предложения.
       Пётр  был хорошим оратором, красноречивым и выразительным. Кроме того, он являлся  прирождённым и вдохновенным лидером, сообразительным, хотя не глубокомысленным человеком. Он задавал много вопросов – больше, чем все остальные апостолы вместе взятые, – и хотя в основном его вопросы были правильными и уместными, многие из них были пустыми и глупыми. Пётр не обладал глубоким умом, однако он хорошо знал, чего хочет. Поэтому ему были свойственны быстрые решения и внезапные поступки. Пока остальные, увидев Иисуса на берегу, в изумлении говорили об этом, Пётр прыгнул в воду и поплыл к берегу, чтобы поприветствовать Учителя.
       Той чертой Иисуса, которая больше других восхищала Петра, была его божественная отзывчивость. Пётр никогда не уставал поражаться терпимости Иисуса. Он никогда не забывал урока о прощении грешника – не до семи, а до семидесяти семи раз. В мрачные и гнетущие дни, наступившие после его бездумного и неумышленного отречения от Иисуса во дворе у первосвященника, он много думал о том впечатлении, которое произвёл на него всепрощающий характер Учителя.
       Симон Пётр был чрезвычайно переменчивым; он мог внезапно бросаться из одной крайности в другую. Сначала он отказался от того, чтобы Иисус омыл его ноги, а затем, услышав ответ Учителя, начал упрашивать его, чтобы тот омыл его с головы до ног. И всё же Иисус знал, что недостатки Петра идут от головы, а не от сердца. Он представлял собой одно из самых непостижимых сочетаний отваги и трусости, которые когда-либо встречались на земле.
       Сильнейшей чертой его характера была преданность, дружба. Пётр действительно и искренне любил Иисуса. И тем не менее, несмотря на эту могучую силу его ревностного служения, он был столь неустойчивым и непостоянным, что позволил насмешкам служанки довести его до отречения от своего Господа и Учителя. Пётр мог вынести преследования и любую другую форму прямого оскорбления, но он сникал и пасовал перед насмешками. Он был храбрым воином при лобовой атаке, но превращался в дрожащего от страха труса при неожиданном нападении с тыла.
       Пётр был первым из апостолов Иисуса, выступившим в защиту деятельности Филиппа среди самаритян и Павла среди иноверцев; однако позднее, в Антиохии, столкнувшись с насмешками ортодоксальных иудеев, он изменил своё отношение к язычникам и на время покинул их, чем только  навлёк  на себя бесстрашное осуждение Павла.
       Первым среди апостолов он всецело признал в Иисусе соединение человеческого и божественного начал и первым, не считая Иуды, отрёкся от него. Пётр был не столько мечтателем, сколько человеком, не желавшим спускаться вниз с облаков исступлённого восторга, расставаться с восторженным увлечением внешней эффектностью и возвращаться в будничный и прозаичный мир реальности.
       Идя за Иисусом, он – буквально и фигурально – либо возглавлял процессию, либо плёлся в хвосте – «следуя на расстоянии». Однако из всех двенадцати апостолов он был самым выдающимся проповедником; не считая Павла, он сделал больше любого другого человека для установления царства небесного и за время одного поколения направил посланников царства во все концы света.
       После своих опрометчивых отречений от Учителя он пришёл в себя и, под благожелательным и чутким руководством Андрея, первым вернулся к рыболовным сетям, пока остальные апостолы мешкали, пытаясь выяснить, что произойдёт после распятия. Когда он окончательно убедился в том, что Иисус простил его, и узнал, что Учитель снова принял его в свои ряды, огонь царства вспыхнул в его душе с такой силой, что он превратился в великий и спасительный свет для тысяч людей, пребывавших во тьме.
       Покинув Иерусалим и до того, как Павел стал духовным лидером среди христианских церквей языческого мира, Пётр много путешествовал, посетив все церкви от Вавилона до Коринфа. Он даже посетил с проповедями многие церкви, основанные Павлом. Хотя  Пётр  и Павел существенно отличались по своему темпераменту и образованию, имея расхождения даже в вопросах теологии, в последующие годы они слаженно работали над укреплением церквей.
       Некоторые элементы стиля и учений Петра отражены в проповедях, частично записанных Лукой, а также в евангелии Марка. Более верным отражением его энергичного стиля является письмо, известное как Первое Послание Петра; по крайней мере, это было так до того, как оно было изменено одним из учеников Павла.
       Однако Пётр упорствовал в своей ошибке, пытаясь убедить евреев в том, что Иисус всё же являлся действительным и истинным еврейским Мессией. До самой смерти Симон  Пётр страдал превратными представлениями об Иисусе, путая идеи еврейского Мессии – Христа как всемирного искупителя – и Сына Человеческого как откровения Бога, любящего Отца всего человечества.
       Жена Петра была очень способной женщиной. Многие годы она успешно трудилась в качестве члена женского корпуса, а когда Пётр был изгнан из Иерусалима, она сопровождала его во всех его путешествиях к  церквам, равно как и во время его миссионерских поездок. И в тот день, когда её прославленный муж расстался с жизнью, она была брошена на растерзание диким зверям на арене в Риме.
       Так этот человек, близкий друг Иисуса и один из членов его внутреннего круга, отправился в мир из Иерусалима, возвещая благую весть царства со всей мощью и величием вплоть до завершения своей миссии; и он посчитал за высокую честь, когда его пленители сообщили ему, что он должен умереть такой же смертью, как и его Учитель – на кресте. И так Симон Пётр был распят в Риме.
       
       3.   Иаков Заведеев.
       
       Иакову, старшему из двух апостолов – сыновей Зеведея, которых Иисус окрестил «сынами грома», было тридцать лет, когда он стал апостолом. Он был женат, имел четырёх детей и жил рядом со своими родителями в предместье Капернаума – Вифсаиде. Он был рыбаком и вместе с младшим братом Иоанном занимался своим ремеслом в партнёрстве с Андреем и Симоном. Преимуществом Иакова и Иоанна было то, что они знали Иисуса дольше всех остальных апостолов.
       В характере этого умелого апостола сочетались противоречивые черты; казалось, что он обладал двумя сущностями, каждая из которых управлялась сильными чувствами. Особой горячностью он отличался тогда, когда в полной мере пробуждалось его негодование.
       Достаточно раздражённый чем-то, он демонстрировал вспыльчивый нрав, однако, когда страсти утихали, он всегда пытался объяснить и оправдать свой гнев проявлением всего лишь праведного негодования. За исключением этих периодических вспышек гнева, личность Иакова во многом напоминала личность Андрея. У него не было свойственного Андрею благоразумия или понимания человеческой природы, но он обладал намного лучшим красноречием. После Петра и, может быть, Матфея, Иаков был лучшим оратором среди апостолов.
       Хотя Иаков ни в коей мере не отличался лёгкими переменами настроения, он мог в один день быть сдержанным и неразговорчивым, а на другой день превращаться в словоохотливого рассказчика. Обычно он непринуждённо разговаривал с Иисусом, однако в обществе двенадцати апостолов мог целыми днями хранить молчание. Эти периоды беспричинного молчания были его огромной слабостью.
       Выдающейся чертой личности Иакова была его способность видеть все стороны суждения. Из всех двенадцати он ближе других подошёл  к постижению действительной важности и значимости учения Иисуса. Поначалу и ему было трудно постигнуть смысл слов Учителя, но ещё до того, как апостолы завершили свою подготовку, он лучше всех постиг послание Иисуса. Иаков был способен понять людей самого различного типа; у него были хорошие взаимоотношения и с разносторонним Андреем, и с пылким Петром, и со своим замкнутым братом Иоанном.
       Хотя Иаков и Иоанн сталкивались с некоторыми трудностями, пытаясь работать вместе, отрадно было наблюдать, как они ладили между собой. Их отношения несколько уступали отношениям Андрея и Петра, однако были значительно лучше того, что можно было бы ожидать от двух братьев, – особенно таких своевольных и решительных братьев. Но каким бы странным это ни показалось, сыновья Зеведея были намного терпимей друг к другу, чем к посторонним. Они очень любили друг друга и всегда были дружны. Именно эти «сыны грома» хотели, чтобы огонь сошёл с небес и истребил самаритян, проявивших неуважение к их Учителю. Однако безвременная смерть Иакова существенно смягчила бурный темперамент его младшего брата Иоанна.
       Той чертой Иисуса, которой Иаков восхищался больше всего, была благожелательность Учителя. Его очаровывала отзывчивость Иисуса, его интерес к простым и великим, богатым и бедным людям.
       Мысли и планы Иакова Зеведеева отличались взвешенностью. Вместе с Андреем, он являлся одним из наиболее рассудительных членов апостольской группы. Он был энергичным человеком, но никогда не спешил. Он являлся прекрасным противовесом Петру.
       Это был скромный и безыскусный человек – непритязательный труженик, ежедневно делавший своё дело и не стремившийся к какому-либо особому вознаграждению после того, как он осознал действительный смысл царства. Что же касается рассказа о матери Иакова и Иоанна, попросившей Иисуса предоставить её сыновьям место по правую и левую руку от него, то не надо забывать, что с этой просьбой обратилась именно мать. И следует признать, что выражая готовность взять на себя такую ответственность, они осознавали все опасности участия в воображаемом ими восстании Учителя против римской власти и были готовы отвечать за это. Когда Иисус спросил их, готовы ли они испить чашу, они дали утвердительный ответ. Что касается Иакова, так буквально и произошло – он испил чашу вместе с Учителем, ибо вскоре, первым из апостолов, принял мученическую смерть от меча Ирода Агриппы. Так Иаков стал первым из двенадцати апостолов, пожертвовавшим своей жизнью на новых рубежах борьбы за царство. Ирод Агриппа боялся Иакова больше, чем всех других апостолов. Он действительно нередко бывал спокойным и молчаливым, но становился храбрым и решительным, когда задевали и оспаривали его убеждения.
       Иаков исчерпывающе прожил свою жизнь, и когда пришёл конец, даже его обвинитель и доносчик, присутствовавший на суде и казни и до глубины души потрясённый его добродетелью и силой духа, бросился прочь с места его кончины и примкнул к ученикам Иисуса.
       
       4.    Иоанн Заведеев.
       
       Когда Иоанн стал апостолом, ему было двадцать четыре года – он являлся самым младшим из двенадцати апостолов. Он не был женат и жил с родителями в Вифсаиде; он занимался рыболовством и со своим братом Иаковом трудился вместе с Андреем и Петром. И до, и после того, как Иоанн стал апостолом, он действовал в качестве доверенного лица Иисуса в отношениях с его семьёй, и он продолжал исполнять эти обязанности, пока была жива Мария, мать Иисуса.
       Поскольку Иоанн являлся самым младшим из апостолов и был тесно связан с Иисусом и его семьёй, он был очень дорог Учителю; однако было бы неправильно говорить, что он был «любимым учеником Иисуса». Вы вряд ли могли бы заподозрить столь великодушную личность, как Иисус, в фаворитизме – в том, что он любил одного из апостолов больше, чем других. Тот факт, что Иоанн являлся одним из трёх личных помощников Иисуса, также способствовал формированию этого ошибочного представления, уже не говоря о том, что Иоанн, как и его брат Иаков, знал Иисуса дольше других.
       Пётр, Иаков и Иоанн были назначены личными помощниками Иисуса вскоре после того, как они стали апостолами. Назначая Андрея руководителем группы после избрания двенадцати апостолов, Иисус сказал ему: «А теперь я хотел бы, чтобы ты поручил двум или трём своим товарищам быть со мной и оставаться при мне, поддерживать меня и удовлетворять мои ежедневные нужды». И Андрей посчитал, что лучшим решением будет предложить для этой особой роли трёх следующих первозванных апостолов. Он хотел бы предложить для исполнения такой благословенной службы себя, однако он уже получил задание от Учителя; поэтому Андрей сразу же распорядился о прикреплении к Иисусу Петра, Иакова и Иоанна.
       У Иоанна Зеведеева было много привлекательных черт, но к числу не самых привлекательных относилось его чрезмерное, хотя и хорошо скрываемое, самомнение. Длительное общение с Иисусом привело ко многим и глубоким переменам в его характере. Это самомнение существенно уменьшилось, но когда Иоанн состарился и у него появились признаки некоторого инфантилизма, оно в определённой мере проявилось вновь. Поэтому, наставляя Нафана при написании Евангелия, которое носит теперь его имя, престарелый апостол, без колебания, периодически называл себя «любимым учеником Иисуса». Поскольку Иоанн ближе других смертных подошёл к тому, чтобы считаться приятелем Иисуса, а также учитывая  то, что он был его избранным личным представителем в столь многих делах, неудивительно, что он стал воспринимать себя как «любимого ученика Иисуса», ибо он совершенно определённо знал, что являлся тем учеником, которому Иисус так часто доверял.
        Сильнейшей чертой характера Иоанна была его надёжность; он был исполнительным и отважным, верным и преданным. Его величайшей слабостью было это свойственное ему самомнение. Он был самым младшим в своей семье и среди апостолов. Возможно, он был несколько избалован; быть может, ему слишком много потакали. Однако Иоанн последних лет своей жизни был совершенно непохож на того самовлюблённого и капризного молодого человека, который стал апостолом Иисуса в возрасте двадцати четырёх лет.
       Теми особенностями Иисуса, которые Иоанн ценил в нём больше всего, были любовь Учителя и его бескорыстие; эти черты произвели на него такое впечатление, что вся его последующая жизнь прошла под знаком чувства любви и братской преданности. Он говорил о любви и писал о любви. Этот «сын грома» стал «апостолом любви»; и в Эфесе, когда престарелый епископ уже не мог стоять за кафедрой и выступать с проповедью и его приходилось вносить в церковь на кресле, и когда, по окончании церемонии его просили сказать несколько слов верующим, в течение многих лет его единственными словами были: «Дети мои малые, любите друг друга».
       Иоанн был немногословен, если только не был раздражён. Он много думал и мало говорил. С возрастом его характер стал более мягким и сдержанным, но он так и не преодолел своего нежелания говорить, не избавился от своей молчаливости. Однако он был одарён замечательным творческим воображением.
       У Иоанна была ещё одна черта, неожиданная для такого спокойного и  самоуглублённого человека. Он отличался своего рода фанатичностью и крайней нетерпимостью. В этом отношении он и Иаков были очень похожи друг на друга – оба они хотели, чтобы огонь сошёл с небес на головы непочтительных самаритян. Когда Иоанн столкнулся с незнакомцами, которые учили от имени Иисуса, он сразу же запретил им заниматься этим. Однако он был не единственным из двенадцати апостолов, страдавшим таким самомнением и сознанием собственного превосходства.
       Громадное влияние на жизнь Иоанна оказало то обстоятельство, что у Иисуса не было своего угла, в то время как он знал, сколь преданно Иисус заботился о матери и родных. Иоанн также глубоко сочувствовал Иисусу из-за неспособности его родных понять его, наблюдая их постепенное отчуждение. Вся эта ситуация – при том, что Иисус подчинял малейшее своё желание воле небесного Отца и строил свою повседневную жизнь на безусловном доверии, – произвели на Иоанна столь глубокое впечатление, что его характер претерпел явные и глубокие изменения, сохранявшиеся на протяжении всей его последующей жизни.
       Мало кто из апостолов обладал такой же холодной и дерзкой отвагой, как Иоанн. Он был единственным из апостолов, кто сопровождал Иисуса в ночь ареста и не побоялся пойти за своим Учителем в самую пасть смерти. Он был рядом с Иисусом вплоть до его последнего земного часа и преданно исполнял свой долг по отношению к его матери, готовый к получению дополнительных наставлений, которые Учитель мог дать в последние минуты своего смертного существования. Несомненно одно: на Иоанна можно было полностью положиться. Когда двенадцать апостолов трапезничали, он обычно сидел по правую руку от Иисуса. Первым из двенадцати он действительно и полностью уверовал в воскресение, и он был первым, кто узнал Учителя, когда он явился им на берегу моря после своего воскресения.
       В первые годы христианского движения этот сын Зеведея был теснейшим образом связан с Петром, став одним из главных поборников иерусалимской церкви. Он был правой рукой Петра в день Пятидесятницы.
       Спустя несколько лет после мученической смерти Иакова, Иоанн женился на вдове своего брата. Последние двадцать лет жизни его опекала любящая внучка.
       Несколько раз Иоанн попадал в тюрьму и был сослан на остров Патмос, где находился четыре года, пока в Риме не пришёл к власти новый император. Если бы не осторожность и прозорливость Иоанна, он наверняка был бы казнён, как и его более откровенный брат Иаков. Представая перед мировыми судьями, Иоанн вместе с братом Господа, Иаковом, с годами научились мудрому улаживанию разногласий. Они обнаружили, что «кроткий ответ смиряет гнев». Они также научились представлять церковь как «духовное братство, посвящённое общественному служению человечеству», а не как «царство небесное». Они проповедовали исполненное любви служение, а не силу власти – царства и царя.
       Находясь во временной ссылке на Патмосе, Иоанн написал Книгу Откровения, дошедшую до вас в чрезвычайно сокращённом и искажённом виде. В этой Книге Откровения сохранились некоторые фрагменты великого откровения, большая часть которого была утеряна, а другие части изъяты после того, как Иоанн написал его. Книга сохранилась лишь в отрывочном и искажённом виде.
       Иоанн много путешествовал и работал, не покладая рук. Став епископом церквей Азии, он поселился в Эфесе. Здесь, в возрасте девяносто девяти лет, он руководил своим помощником Нафаном при написании так называемого «Евангелия от Иоанна». Из всех двенадцати апостолов только Иоанн Зеведеев в итоге стал выдающимся теологом. Он умер естественной смертью в Эфесе в 103 году н.э. в возрасте ста одного года.
       
       5.   Филипп любопытный.
       
       Филипп, избранный пятым апостолом, был призван, когда Иисус с первыми четырьмя апостолами направлялись от пристанища Иоанна на Иордане в Кану Галилейскую. Живя в Вифсаиде, он уже в течение некоторого времени знал об Иисусе, однако Филиппу никогда не приходило в голову, что Иисус действительно является великим человеком, пока в тот день, в долине Иордана, Учитель не сказал ему: «Следуй за мной». В определённой мере на Филиппа подействовало также то, что Андрей,  Пётр, Иаков и Иоанн  приняли  Иисуса в качестве Избавителя.
       Когда Филипп примкнул к апостолам, ему было двадцать семь лет; незадолго до этого он женился, но в то время у него не было детей. Прозвище, данное ему апостолами, означало «любопытство». Филиппу всё нужно было показать. Казалось, он никогда глубоко не вникал ни в одно утверждение. Это совсем не означает, что он был глупым, однако ему не хватало воображения. Отсутствие воображения было огромной слабостью его характера. Он был обыкновенным и заурядным человеком.
       При организации апостолов для служения Филипп стал экономом; в его обязанности входило следить за тем, чтобы они всегда были обеспечены всем необходимым. И он был хорошим экономом. Его сильнейшим качеством была методичная скрупулёзность; он был точен и последователен.
       Филипп вырос в семье, где было семеро детей – три мальчика и четыре девочки. Он был вторым ребёнком, и после воскресения Иисуса крестил всю свою семью, приняв  её  в царство. Его родители занимались рыболовством. Отец был очень способным и глубокомысленным человеком, однако мать происходила из весьма заурядной семьи. Филипп был не тем человеком, от которого можно было ожидать великих свершений, но он был способен самозабвенно выполнять малые дела, выполнять их хорошо и успешно. За все четыре года лишь несколько раз он не смог обеспечить едой всех присутствовавших. Даже многие чрезвычайные требования, проистекавшие из их образа жизни, редко заставали его врасплох. Хозяйственный отдел апостольской семьи управлялся разумно и эффективно.
       Сильной стороной Филиппа была его методичная надёжность; слабой чертой его характера было полное отсутствие воображения, неспособность сложить два и два, чтобы получить четыре. Он был педантичным в отвлечённых понятиях, но его воображению не хватало конструктивности. Некоторые виды воображения отсутствовали у него практически полностью. Он был типичным, рядовым и будничным, средним человеком. Среди тех толп, которые приходили, чтобы услышать учения и проповеди Иисуса, было множество подобных мужчин и женщин, и они получали огромное удовлетворение, видя, что такой же, как и они, человек удостоен столь почётного положения в советах Учителя; они воодушевлялись тем фактом, что подобный им человек уже занял высокое положение в делах царства. И Иисус узнал много нового о том, как действует разум некоторых людей, когда он терпеливо выслушивал нелепые вопросы Филиппа и столь часто удовлетворял просьбы своего эконома, когда тот просил, чтобы ему «показали».
       Той чертой Иисуса, которой неустанно восхищался Филипп, была неисчерпаемая щедрость Учителя. Филипп ни разу не заметил в Иисусе какой-либо мелочности, скупости или скаредности, и он преклонялся перед такой повсеместной и неизменной щедростью.
       В личности Филиппа было мало впечатляющего. О нём часто говорили как о «Филиппе из Вифсаиды, города, где живут Андрей и Пётр». Он был почти полностью  лишён прозорливости и способности увидеть огромные возможности,  заключённые в конкретной ситуации. Он не был пессимистом; он был всего лишь прозаичным. Кроме того, в нём в значительной мере отсутствовала духовная проницательность. Он мог, не колеблясь, прервать Иисуса в разгар самых глубоких бесед Учителя, чтобы задать явно нелепый вопрос. Однако Иисус никогда не отчитывал его за такое недомыслие; он был терпелив к Филиппу и тактично относился к его неспособности проникнуть в глубинный смысл учения. Иисус хорошо знал, что если бы он хотя бы раз упрекнул Филиппа за его надоедливые вопросы, то этим он не только ранил бы его искреннюю душу, но и задел бы Филиппа настолько, что тот уже никогда не решился бы задать ни одного вопроса. Иисус знал, что на его мирах пространства живут неисчислимые миллиарды таких же недостаточно сообразительных смертных, и он хотел ободрить их всех, чтобы им было всегда легко обращаться к нему, приходя со своими вопросами и проблемами. В конце концов, Иисуса действительно больше интересовали глупые вопросы Филиппа, чем собственная проповедь. Иисус в высшей степени интересовался людьми, самыми различными людьми.
       Апостольский эконом не был хорошим оратором, однако он обладал большой способностью убеждать и добивался успеха в индивидуальном общении. Его было трудно разочаровать; он отличался упорством и настойчивостью во всём, за что брался. Он обладал огромным и редким даром – умением сказать «пойдём». Когда его первый новообращённый, Нафанаил, захотел поспорить о достоинствах и недостатках Иисуса из Назарета, убедительным ответом Филиппа было: «Пойдём, и увидишь». Он не был догматичным проповедником, увещевающим своих слушателей: «Идите» – делайте то, делайте это. Любую ситуацию, возникавшую в его работе, он встречал словом «пойдём» – «пойдём со мной, я покажу тебе путь». И такой метод эффективен всегда, при любых формах и на любых стадиях обучения. Даже родители могли бы поучиться у Филиппа тому, что лучше всего говорить детям не «иди и сделай то и это», а «пойдём с нами, и мы покажем тебе и сделаем вместе с тобой так, как лучше».
       Неспособность Филиппа приспосабливаться к новой ситуации проявилась в полной мере, когда группа греков явилась к нему в Иерусалиме со словами: «Господин, мы хотим увидеть Иисуса». Любому еврею, обратившемуся к нему с таким вопросом, Филипп ответил бы: «Пойдём». Однако эти люди были чужеземцами, а Филипп не помнил какого-либо наставления вышестоящих лиц на этот счёт. Поэтому единственное, что он смог придумать – это посоветоваться с главой апостолов, Андреем, после чего они вдвоём препроводили просивших встречи греков к Иисусу. Точно так же, когда по заданию своего Учителя он отправился в Самарию для проповеди и крещения верующих, он воздерживался от того, чтобы возлагать руки на своих новообращённых в знак получения ими Духа Истины. Это было сделано Петром и Иоанном, прибывшими вскоре из Иерусалима для наблюдения за его работой от лица материнской церкви.
       Филипп прошёл через мучительный период смерти Учителя, принял участие в реорганизации группы апостолов и стал первым, кто отправился покорять новые души проповедью царства за пределами непосредственного расселения евреев. Он добился огромных успехов в своей работе среди самаритян и в последующих трудах по распространению евангелия.
       Жена Филиппа, являвшаяся активным членом женского корпуса, стала деятельной соратницей своего мужа в его проповедническом труде после того, как они бежали из Иерусалима от преследований. Это была бесстрашная женщина. Она стояла у самого креста, на котором был распят Филипп, воодушевляя его на провозглашение благой вести даже его убийцам, а когда силы оставили его, она начала рассказывать о спасении через веру в Иисуса; её заставили замолчать лишь после того, как озлобленные иудеи набросились на неё и забили насмерть камнями. Их старшая дочь, Лия, продолжила их труд и впоследствии стала известной пророчицей Иераполиса.
       Филипп, некогда являвшийся экономом апостолов, был могущественным человеком в царстве; куда бы он ни приходил, он завоёвывал новые души; в итоге, он был распят за свою веру и похоронен в Иераполисе.
       
       6.   Честный Нафанаил.
       
       Нафанаил – шестой и последний из апостолов, избранных Учителем лично, – был приведён к Иисусу его другом Филиппом. Он был компаньоном Филиппа в нескольких коммерческих предприятиях и направлялся вместе с ним к Иоанну Крестителю, когда они повстречали Иисуса.
       Нафанаил стал апостолом в возрасте двадцати пяти лет и, после Иоанна, был самым молодым членом группы. Младший ребёнок из семи детей, он не был женат и являлся единственной опорой престарелых и немощных родителей, вместе с которыми он жил в Кане; некоторые из его братьев и сестёр имели семьи, другие умерли, но ни один из них не жил в родном селении. Нафанаил и Иуда Искариот были наиболее образованными людьми из двенадцати апостолов. Ранее Нафанаил собирался стать торговцем.
       Сам Иисус не дал Нафанаилу прозвища, но двенадцать апостолов вскоре начали называть его словами, означавшими честность, искренность. Он был «без обмана». И это являлось его огромным достоинством; он был и честным, и искренним. Недостатком его характера была гордость: он очень гордился своей семьёй, своим городом, своей репутацией и своим народом, что само по себе достойно одобрения, если только не заходит слишком далеко. Однако Нафанаил был склонен доводить свои личные предубеждения до крайностей. Он имел обыкновение предвзято судить о других людях согласно своим личным представлениям. Ещё до того, как увидеть Иисуса, он первым делом спросил: «Может ли что доброе быть из Назарета?» Но, несмотря на свою гордость, Нафанаил не был упрямцем. Он сразу же изменил своё отношение к Иисусу, как только посмотрел ему в глаза.
       Во многих отношениях Нафанаил являлся странным гением апостольской семьи. Среди апостолов он был философом и мечтателем, но это был весьма практичный тип мечтателя. Глубокие философские размышления сменялись у него периодами редкого и тонкого юмора. В хорошем настроении он становился лучшим рассказчиком среди апостолов. Иисус очень любил слушать и  серьёзные, и легкомысленные  рассуждения Нафанаила. Постепенно Нафанаил начал более серьёзно воспринимать Иисуса и царство, но он никогда не принимал  всерьёз самого себя.
       Все апостолы любили и уважали Нафанаила, и у него были превосходные отношения со всеми, кроме Иуды Искариота. Иуда считал, что Нафанаил недостаточно серьёзно относится к своим обязанностям апостола, и однажды он осмелился втайне от других пойти к Иисусу и пожаловаться на Нафанаила. Иисус сказал: «Иуда, не оступись, не кичись своим положением. Кто из нас вправе судить своего брата? Воля Отца – не в том, чтобы его дети занимались в своей жизни только серьёзными делами. Позволь повторить: я пришёл для того, чтобы мои братья во плоти смогли получить больше радости, веселья и жили полнокровной жизнью. А потому ступай, Иуда, и выполняй добросовестно то, что тебе поручено, а Нафанаилу, своему брату, позволь самому отчитываться перед Богом». И память об этом и многих других схожих случаях долго жила в заблуждающемся сердце Иуды Искариота.
       Не раз, когда Иисус находился в горах с Петром, Иаковом и Иоанном, и отношения между апостолами становились натянутыми и сложными, когда даже Андрей не знал, что сказать своим печальным собратьям, Нафанаил разряжал обстановку философским замечанием или своей  искромётной  и доброй шуткой.
       В обязанности Нафанаила входило ухаживать за семьями апостолов. Он часто отсутствовал на апостольских собраниях, ибо когда он узнавал, что болезнь или нечто чрезвычайное случилось с кем-то из его подопечных, он немедленно отправлялся туда. Имея такого человека, как Нафанаил, апостолы могли быть уверены в том, что благополучие их семей находится в надёжных руках.
       Нафанаил больше всего чтил Иисуса за его терпимость. Он неустанно размышлял о широте взглядов и великодушной благожелательности Сына Человеческого.
       Отец Нафанаила (Варфоломей) умер вскоре после Пятидесятницы, вслед за чем этот апостол отправился в Месопотамию и Индию, где возвещал благую весть царства и крестил верующих. Его собратья так и не узнали, что стало с их прежним товарищем – философом, поэтом и юмористом. Однако он также был великом человеком в царстве и сделал многое для распространения учений Иисуса, хотя и не принимал участия в последующей организации христианской церкви. Нафанаил умер в Индии.
       
       7.   Матфей Левий.
       
       Матфей, седьмой апостол, был избран Андреем. Матфей принадлежал к семье сборщиков податей, или мытарей; сам же он являлся сборщиком налоговых пошлин в своём родном городе, Капернауме. Он был тридцати одного года от роду, женат и имел четырёх детей. Матфей обладал небольшим состоянием, являясь единственным сколько-нибудь обеспеченным человеком из всего апостольского корпуса. Это был предприимчивый и компанейский человек,  наделённый способностью дружить и поддерживать хорошие отношения с самыми различными людьми.
       Андрей назначил Матфея финансовым представителем апостолов. Он был своего рода финансовым агентом и представителем по связям с общественностью для апостольской организации. Он хорошо разбирался в людях и был прекрасным пропагандистом. Его личность плохо поддаётся описанию, однако он являлся весьма добросовестным учеником и всё больше верил в миссию Иисуса и несомненность царства. Иисус не дал Левию прозвища, но собратья-апостолы обычно говорили о нём как о «добытчике денег».
       Сильной чертой характера Левия была безраздельная преданность общему делу. То, что он, мытарь, был принят Иисусом и апостолами, служило причиной благодарности, переполнявшей бывшего сборщика налогов. Но потребовалось некоторое время, прежде чем остальные апостолы – в особенности Симон Зелот и Иуда Искариот – примирились с присутствием в своей среде мытаря. Слабостью Матфея был его близорукий и материалистический взгляд на жизнь. Однако со временем он добился огромного прогресса во всех этих вопросах. Конечно, ему приходилось пропускать многие из самых ценных периодов обучения, ибо его обязанностью было следить за пополнением казны.
       В Учителе Матфей больше всего ценил его готовность прощать. Он непрестанно повторял, что в деле нахождения Бога достаточно одной только веры. Он любил говорить о царстве как об «этом деле обретения Бога».
       Хотя на Матфее лежало бремя прошлого, он зарекомендовал себя с лучшей стороны, и постепенно его товарищи стали гордиться поступками мытаря. Он являлся одним из тех апостолов, которые записывали многие высказывания Иисуса, и эти записи легли в основу последующего рассказа Исадора о словах и делах Иисуса, известного как Евангелие от Матфея.
       Благодаря великой и полезной жизни Матфея – делового человека и сборщика налоговых пошлин, – многие тысячи деловых людей, государственных служащих и политических деятелей последующих веков встали на путь, позволявший им услышать подкупающие слова Учителя: «Следуй за мной». Матфей действительно был расчётливым политиком, однако он хранил исключительную верность Иисусу и был в высшей степени предан задаче обеспечения вестников царства адекватным финансированием.
       Присутствие Матфея среди двенадцати апостолов позволило широко распахнуть двери царства для множества павших духом и отвергнутых душ, давно уже считавших себя  лишёнными  религиозного утешения. Целые толпы отверженных и отчаявшихся мужчин и женщин стремились услышать Иисуса, и он не отвернулся ни от одного из них.
       Матфей принимал пожертвования, которые без какого-либо принуждения предлагали верующие последователи и непосредственные слушатели Учителя, однако он никогда не просил денег прямо. Вся его деятельность, связанная с финансированием, осуществлялась им тайно и лично; большей частью деньги собирались среди представителей наиболее состоятельного класса заинтересованных верующих. Практически всё своё скромное состояние он потратил на нужды Учителя и его апостолов, но они так и не узнали о его щедрости, – за исключением Иисуса, который знал об этом всё. Матфей не решался открыто вносить свои деньги в апостольскую казну из-за боязни, что Иисус и его товарищи посчитают их грязными; поэтому он часто давал деньги от имени других верующих. В первые месяцы, когда Матфей знал, что его присутствие среди апостолов являлось определённым испытанием, он чувствовал сильное искушение намекнуть им на то, что нередко они кормятся на его средства, однако он подавлял этот соблазн. В тех случаях, когда проявлялось презрительное отношение к мытарю, Левий сгорал от желания раскрыть им свою щедрость, но он всегда сдерживал себя.
       Если оказывалось, что имевшихся в наличии средств недостаточно для покрытия недельных расходов, Левий часто брал крупные суммы из личных сбережений. Так же иногда, когда у него появлялся огромный интерес к учению Иисуса, он предпочитал остаться с остальными и послушать Учителя, даже если знал, что из-за этого ему придётся самому внести нужную сумму. Но как же ему хотелось, чтобы Иисус узнал о том, что значительную часть денег он берёт из собственного кармана! Он и не догадывался, что Учитель знает об этом всё. Ни один из апостолов так никогда и не узнал, что Матфей являлся их благотворителем, причём в такой степени, что когда, с началом преследований, он отправился проповедовать евангелие царства, то остался практически без гроша.
       Когда эти преследования заставили апостолов покинуть Иерусалим, Матфей отправился на север, проповедуя евангелие царства и крестя верующих. Его прежние товарищи-апостолы утратили с ним связь, однако он продолжал идти вперёд, проповедуя и крестя, через Сирию, Каппадокию, Галатию, Вифинию и Фракию. Именно здесь, во фракийском городе Лисимахии, в результате сговора группы скептически настроенных иудеев с римскими солдатами, он встретил свою смерть. Так этот возрождённый мытарь погиб победителем – с верой в спасение, столь прочно усвоенной им из учений Иисуса за время недавней жизни Учителя на земле.
       
       8.   Фома Дидим.
       
       Фома был восьмым апостолом, и был избран Филиппом. В последующие времена он стал известен как «Фома неверующий», однако его собратья-апостолы вряд ли считали его неисправимым скептиком. Действительно, он обладал логическим и скептическим складом ума, но его отважная преданность не позволяла близко знавшим его людям считать Фому банальным скептиком.
       Когда Фома присоединился к апостолам, ему было двадцать девять лет. Он был женат и имел четверых детей. Поначалу он работал плотником и каменщиком, но впоследствии стал рыбаком и поселился в Тарихее, находившейся на западном берегу Иордана у того места, где он вытекает из Галилейского моря, и Фома был известным человеком в своём небольшом селе. Он был мало образован, но обладал острым и рассудительным разумом и являлся сыном прекрасных родителей, живших в Тивериаде. Из всех апостолов только Фома обладал действительно аналитическим разумом, он был настоящим  учёным  апостольской группы.
       Детство Фомы в семье было несчастливым; брак его родителей нельзя назвать удачным, что отразилось на нём в зрелом возрасте. Фома приобрёл очень тяжёлый и сварливый характер. Даже его жена была довольна, когда он стал одним из апостолов: она радовалась тому, что большую часть времени её пессимистичный муж будет вдали от дома. Кроме того, Фоме была присуща некоторая подозрительность, поэтому с ним было трудно ужиться. Поначалу Пётр был весьма разочарован Фомой и жаловался на него своему брату, Андрею, называя его «ничтожным, противным и вечно подозрительным». Но чем лучше товарищи Фомы узнавали его, тем больше он им нравился. Они убедились в его абсолютной честности и непоколебимой преданности. Фома был в высшей степени искренним и правдивым человеком, однако он был от природы придирчив и вырос настоящим пессимистом. Проклятьем его аналитического разума была подозрительность. Он уже терял веру в людей, когда познакомился с апостолами и, таким образом, соприкоснулся с благородной сущностью Иисуса. Эта связь с Учителем сразу же начала преобразовывать весь характер Фомы, что привело к огромным переменам в его отношениях с другими людьми.
       Великой силой Фомы был его прекрасный аналитический разум в сочетании с непреклонным мужеством – когда он приходил к какому-то решению. Его огромной слабостью была подозрительность в сочетании с нерешительностью, которую он так и не преодолел за всю свою жизнь во плоти.
       В организации двенадцати апостолов в обязанности Фомы входило составление маршрутов и руководство путешествиями, и он был умелым управляющим работой и передвижениями апостольского корпуса. Он был хорошим исполнителем, великолепным предпринимателем, однако ему мешало его переменчивое настроение; сегодня он был одним человеком, завтра – другим. Когда Фома присоединился к апостолам, он был склонен к меланхолии, но общение с Иисусом и другими апостолами в значительной мере излечило его от этого болезненного самоанализа.
       Иисусу очень нравился Фома, с которым он провёл много длительных бесед с глазу на глаз. Его присутствие среди апостолов было огромным утешением для всех честных скептиков и помогло многим смущённым разумам войти в царство, даже если они не могли целиком понять всех духовных и философских аспектов учений Иисуса. Апостольство Фомы было неизменным свидетельством того, что Иисус любит и честных скептиков.
       Если другие апостолы чтили Иисуса из-за какой-то особенной и выдающейся черты его многогранной личности, то Фома почитал своего Учителя из-за его в высшей степени гармоничного характера. Фома всё больше восхищался и уважал того, кто был столь любвеобильно милосердным – и столь непреклонно справедливым и беспристрастным; столь твёрдым, но никогда своевольным; столь спокойным, но не безразличным; столь предупредительным и благожелательным, но не назойливым и деспотичным; столь сильным и одновременно столь мягким; столь уверенным, но никогда грубым или резким; столь деликатным, но чуждым нерешительности; столь чистым и невинным – и в то же время столь мужественным, решительным и убедительным; столь истинно отважным, но никогда безрассудным или авантюрным; столь любящим природу, но столь свободным от какого-либо поклонения ей; столь весёлым и шутливым, но свободным от легкомыслия и беспечности. Именно эта несравненная соразмерность личности покорила Фому. Из всех апостолов он, возможно, обладал лучшим интеллектуальным пониманием Иисуса и способностью по достоинству оценить его личность.
       В советах двенадцати Фома всегда был осмотрителен и настаивал на соблюдении осторожности, однако если его консервативная линия не встречала достаточной поддержки или отвергалась, он всегда был первым, кто бесстрашно отправлялся исполнять принятый план. Вновь и вновь он выступал против какой-нибудь идеи, считая её проявлением безрассудства и излишней самоуверенности; он спорил до самого конца, но когда Андрей выносил вопрос на голосование и апостолы решали сделать то, против чего он столь упорно возражал, Фома был первым, кто говорил: «Пошли!» Он умел проигрывать. Он не был злопамятным и не таил оскорблённых чувств. Раз за разом он возражал против того, чтобы Иисус подвергал себя опасности, но если Учитель решал пойти на риск, Фома неизменно сплачивал апостолов своим отважным призывом: «Вперёд, друзья – пойдём же на смерть вместе с ним».
       В некоторых отношениях Фома был похож на Филиппа; он тоже хотел, чтобы ему «показали», однако его внешние проявления сомнения опирались на совершенно иные интеллектуальные доводы. Фома был аналитиком, а не просто скептиком. Что касалось личной физической отваги, он был одним из самых храбрых среди двенадцати апостолов.
       У Фомы бывали очень тяжёлые дни; временами он становился мрачным и унылым. Утрата сестры-близнеца в возрасте девяти лет во многом стала причиной его юношеской печали и усугубила проблемы его характера в более поздний период жизни. Когда Фома становился подавленным, то иногда ему помогал прийти в себя Нафанаил, иногда – Пётр, а нередко – один из близнецов Алфеевых. К сожалению, в периоды наибольшей депрессии он всегда избегал прямого контакта с Иисусом. Однако Учитель знал об этом всё и с понимающим сочувствием относился к своему страдавшему меланхолией и одолеваемому сомнениями апостолу.
       Иногда Фома получал от Андрея разрешение покинуть остальных и уединиться на один-два дня. Но вскоре он понял неразумность такого пути; он быстро убедился в том, что лучшее средство в период подавленности – продолжать работать и держаться своих товарищей. Однако какие бы чувства ни владели им, он оставался настоящим апостолом. Когда приходило время действовать, именно Фома всегда говорил: «Пошли!»
       Фома служит прекрасным примером человека, который испытывает сомнения, вступает с ними в борьбу и побеждает. Он обладал великолепным разумом; он не был придирчивым критиканом. Это был человек логического склада ума, мыслитель; он являлся пробным камнем для Иисуса и своих собратьев-апостолов. Если бы Иисус и его труд не были подлинными, такого человека как Фома невозможно было бы удержать от начала до конца. Он обладал острым и безошибочным чувством правды. При первом же признаке мошенничества или обмана Фома покинул бы их. Учёные могут не до конца понимать Иисуса и его труд на земле, однако с Учителем и его человеческими соратниками жил и трудился человек, обладавший разумом настоящего учёного – Фома Дидим, и он верил в Иисуса Назарянина.
       Дни суда и распятия стали тяжёлым испытанием для Фомы. На какое-то время он впал в глубокое отчаяние, но собрался с силами, остался с апостолами и вместе с ними приветствовал Иисуса на Галилейском море. На время он поддался сомнениям и депрессии, но в итоге вновь обрёл веру и мужество. После Пятидесятницы он помогал апостолам мудрым советом и, когда преследования рассеяли верующих, отправился на Кипр, Крит, побережье Северной Африки и в Сицилию, проповедуя благую весть царства и крестя верующих. Фома продолжал проповедовать и крестить, пока, по приказу Рима, не был схвачен и казнён на Мальте. Всего за несколько недель до смерти он приступил к описанию жизни и учений Иисуса.
       
       9 и 10. Иаков и Иуда Алфеевы.
         
       Близнецы Иаков и Иуда, сыновья Алфея, были рыбаками и жили неподалёку от Хересы; Иаков и Иоанн Зеведеевы избрали их девятым и десятым апостолами. Им было по двадцать шесть лет, и они были женаты; у Иакова было трое детей, у Иуды – двое.
       Мало что можно сказать об этих простых рыбаках. Они любили своего Учителя, и Иисус любил их, однако они никогда не прерывали его рассуждений вопросами. Они плохо понимали философские беседы и теологические дебаты других апостолов, но они ликовали из-за того, что оказались среди столь могущественных людей. Оба они были практически идентичны по своему внешнему облику, умственным способностям и степени духовного восприятия. То, что можно сказать об одном, справедливо и для другого.
       Андрей поручил им следить за порядком в толпах. Они являлись главными блюстителями порядка во время проповедей и, фактически, широко использовались апостолами в качестве слуг и посыльных. Они помогали Филиппу со снабжением, относили деньги семьям вместо Нафанаила и всегда были готовы помочь любому из апостолов.
        Толпы простых людей испытывали огромное воодушевление, когда видели среди апостолов таких же, как они, простолюдинов, удостоенных столь высокой чести. Сам факт принятия в апостолы этих недалёких близнецов был средством привлечения в царство множества нерешительных верующих. И, кроме того, простые люди более благосклонно относились к тому, что ими руководили и управляли официальные блюстители порядка, во многом похожие на них самих.
       Иаков и Иуда, которых также называли Фаддеем и Леввеем, не имели ни сильных, ни слабых сторон. Прозвища, данные им учениками, были добродушным обозначением заурядности. Они были «меньшими из всех апостолов», знали это и с радостью принимали такое положение дел.
       Иаков Алфеев особенно любил Иисуса из-за его простоты. Эти близнецы не могли постичь разум Иисуса, однако они действительно чувствовали, что связаны с сердцем Учителя узами благожелательности. Они не обладали большим разумом; при всём уважении к ним, их можно было бы назвать даже глупыми, но в своей духовной сущности они обладали настоящим опытом. Они верили в Иисуса; они являлись сынами Бога и собратьями в царстве.
       Иуду Алфеева притягивала к Иисусу непоказная скромность Учителя. Подобная скромность в сочетании с таким личным достоинством чрезвычайно импонировала Иуде. То, что Иисус всегда умалчивал о своих необычных деяниях, производило огромное впечатление на этого простодушного дитя природы.
       Близнецы были добродушными и бесхитростными помощниками, и все любили их. Иисус пригласил этих молодых людей одного таланта занять почётное место в царстве, – войти в его личное окружение, – потому что на пространственно-временных мирах живут бесчисленные миллионы таких же простодушных и охваченных страхом душ, которым он также предлагает активные вероисповедные дружеские отношения с ним и его излитым Духом Истины. Иисус презирает не незначительность, а лишь зло и грех. Иаков и Иуда были незначительны, но они были верны. Они были простыми и невежественными людьми, но они были также сердечными, добрыми и щедрыми.
       И сколь преисполнены благодарной гордостью были эти скромные люди в тот день, когда Учитель отказался принять некоего богатого человека в качестве проповедника евангелия, пока тот не продаст свои товары и не поможет бедным! Когда бедняки слышали это и видели близнецов среди его советников, они знали доподлинно, что Иисус нелицеприятен. И только божественная организация – царство небесное – могло быть построено на столь заурядном человеческом фундаменте!
       Лишь один или два раза за всё время их общения с Иисусом близнецы решились обратиться с вопросом в присутствии других. Проснувшийся у Иуды интерес побудил его задать вопрос после того, как Учитель сказал о гласном раскрытии себя миру. Иуда был несколько разочарован тем, что у двенадцати апостолов не останется секретов, и решился спросить: «Но Учитель, когда ты таким образом раскроешь себя миру, как выделишь ты нас особым проявлением своей добродетели?»
       Близнецы добросовестно служили до самого конца – до чёрных дней суда, распятия и отчаяния. В своих сердцах они никогда не теряли веру в Иисуса и (не считая Иоанна) первыми поверили в воскресение. Но они не могли понять установления царства. Вскоре после того, как их Учитель был распят, они вернулись к своим семьям и сетям; их труд был завершён. Они не обладали способностями, необходимыми для более сложных сражений во имя царства. Однако они жили и умерли с сознанием того, что были удостоены и благословлены четырьмя годами тесной и личной связи с Сыном Бога, полновластным творцом вселенной.
         
       11.Симон Зелот.
         
       Симон Зелот, одиннадцатый апостол, был избран Симоном Петром. Это был способный человек, хорошего происхождения, живший вместе со своей семьёй в Капернауме. Когда он присоединился к апостолам, ему было двадцать восемь лет. Он являлся пламенным агитатором и человеком, который много говорил, не подумав. До того, как посвятить всего себя патриотической организации зелотов, он был торговцем в Капернауме.
       Симон Зелот отвечал за развлечения и отдых апостольской группы, и он был прекрасным организатором досуга и отдыха двенадцати апостолов.
       Сильной стороной характера Симона была его воодушевляющая преданность. Когда апостолы находили мужчину или женщину, которые терзались сомнениями относительно вступления в царство, они посылали Симона. Обычно этому вдохновенному стороннику спасения через веру в Бога требовалось не более пятнадцати минут, чтобы развеять все сомнения и устранить любые колебания, увидеть рождение новой души в «свободе веры и радости спасения».
       Огромной слабостью Симона был его материалистический склад ума. Он не мог быстро трансформировать себя из еврейского националиста в духовного интернационалиста. Четыре года – слишком короткий срок для такой интеллектуальной и эмоциональной трансформации, однако Иисус всегда был с ним терпелив.
       Больше всего Симона восхищало в Иисусе спокойствие Учителя, его уверенность, выдержка и непостижимое самообладание.
       Хотя Симон был яростным революционером, бесстрашным зачинщиком волнений, он постепенно укрощал свою пылкую натуру, пока не стал ярким и убедительным проповедником «мира на земле и доброй воли среди людей». Симон был искусным спорщиком; он действительно любил поспорить. И когда приходилось иметь дело с законничеством образованных евреев или с интеллектуальными софизмами греков, это всегда поручалось Симону.
       Он был мятежником по своей природе и бунтарём по воспитанию, однако Иисус привлёк его на свою сторону для проповеди высоких идей небесного царства. Он всегда отождествлял себя с партией протеста; теперь же он присоединился к партии прогресса – неограниченного и вечного прогресса в духе и истине. Симон был человеком огромной верности и горячей личной преданности, и он действительно глубоко любил Иисуса.
       Иисус не боялся общаться с коммерсантами, трудовым людом, оптимистами, пессимистами, философами, скептиками, мытарями, политиками и патриотами.
       Учитель часто беседовал с Симоном, но ему так и не удалось превратить этого ревностного еврейского националиста в интернационалиста. Иисус часто говорил Симону, что человеку свойственно желать улучшения социального, экономического и политического положения, однако он неизменно добавлял: «Это не имеет отношения к небесному царству. Мы должны посвятить себя исполнению воли Отца. Наше дело – быть посланниками небесного духовного правительства, и мы не должны непосредственно заниматься чем-либо иным, кроме выражения воли и характера божественного Отца, возглавляющего правительство, которое мы представляем». Симону было трудно понять всё это, но постепенно он стал постигать некоторый смысл учения Иисуса.
       Когда иерусалимские преследования рассеяли учеников, Симон временно прекратил свою деятельность. Он был буквально сломлен. Как патриот-националист, он отказался от всего ради учений Иисуса; и вот всё было кончено. Он впал в отчаяние, но через несколько лет вновь исполнился надеждой и отправился в путь, возвещая евангелие царства.
       Он прибыл в Александрию и, поднявшись к верховьям Нила, проник в глубинные районы Африки, повсюду проповедуя евангелие Иисуса и крестя верующих. Так он трудился, пока не превратился в немощного старика. Он умер и был похоронен в сердце Африки.
       
       12. Иуда Искариот.
       
       Иуда Искариот, двенадцатый апостол, был избран Нафанаилом. Он родился в Кериоте – небольшом городке в южной Иудее. Когда он был подростком, родители перебрались в Иерихон, где он жил и служил в различных коммерческих предприятиях своего отца, пока не заинтересовался проповедью и деятельностью Иоанна Крестителя. Родители Иуды были саддукеями, и когда их сын примкнул к ученикам Иоанна, они отреклись от него.
       Когда Нафанаил встретил Иуду в Тарихее, тот искал работу на рыбосушильном предприятии у южной оконечности Галилейского моря. Когда он примкнул к апостолам, ему было тридцать лет, и он не был женат. Он был, возможно, самым образованным из двенадцати апостолов и являлся единственным в апостольской семье Учителя выходцем из Иудеи. Личность Иуды не отличалась какими-либо яркими чертами, хотя он обладал многими внешними признаками культурного и воспитанного человека. Он был хорошим мыслителем, но не всегда по-настоящему честным мыслителем. Иуда, в сущности, не понимал себя; он не был откровенным в отношениях с самим собой.
       Андрей назначил Иуду апостольским казначеем; он полностью соответствовал своей должности и – вплоть до того дня, когда он предал своего Учителя, – исполнял обязанности честно, преданно и вполне результативно.
       В Иисусе не было какой-либо особой черты, которая восхищала бы Иуду и которую он выделял бы из всесторонне привлекательной и чрезвычайно обаятельной личности Учителя. Иуда так и не смог возвыситься над своими предвзятыми мнениями иудеянина о своих товарищах-галилеянах. Про себя он критиковал многое даже в Иисусе. Не раз этот самодовольный иудеянин осмеливался в глубине души подвергать критике даже того, на кого одиннадцать апостолов смотрели как на совершенного человека, который «самый прекрасный и выделяется из десяти тысяч». Он действительно считал, что Иисус проявляет робость и в некотором смысле боится утвердить собственное могущество и власть.
       Иуда был хорошим бизнесменом. Требовался такт, способности, терпение, равно как и неукоснительная приверженность своему делу для того, чтобы вести финансовые дела такого идеалиста, как Иисус, не говоря уже о борьбе с безалаберностью в деловых вопросах некоторых апостолов. Иуда был действительно хорошим управляющим, дальновидным и способным финансистом. И он являлся активным сторонником организации. Никто из двенадцати никогда не критиковал Иуду. Насколько они могли понять, Иуда Искариот был непревзойдённым казначеем, образованным и лояльным (хотя иногда критически настроенным) апостолом и во всех отношениях преуспевающим человеком. Апостолы любили Иуду; он действительно был одним из них. Должно быть, он верил в Иисуса, однако мы сомневаемся, чтобы он действительно любил Учителя всем сердцем. Случай Иуды иллюстрирует справедливость выражения: «Иной путь кажется человеку правильным, но в конце пути – смерть». Человеку легко пасть жертвой незаметного обольщения – приятного приспособления к путям греха и смерти. Не сомневайтесь в том, что в финансовом отношении Иуда всегда был лоялен по отношению к Учителю и своим собратьям-апостолам. Деньги никогда не могли бы стать мотивом его предательства Учителя.
       Иуда являлся единственным сыном неблагоразумных родителей. В очень юном возрасте его баловали и ласкали; он был испорченным ребёнком. Когда он вырос, у него сложилось преувеличенное представление о собственной значимости. Он не умел проигрывать. Его представления о справедливости были расплывчатыми и превратными; он лелеял в себе чувства ненависти и подозрительности. Он был мастером превратного толкования слов и поступков своих друзей. И всю свою жизнь Иуда культивировал в себе привычку сводить счёты с теми, кто, как ему представлялось, плохо обходился с ним. Он обладал извращённым представлением о ценностях и преданности.
       Иуда являлся для Иисуса подвигом веры. С самого начала Учитель прекрасно понимал слабости этого апостола и хорошо видел, какой опасностью чревато принятие его в братство. Однако такова сущность Сынов Бога – давать каждому созданному существу полную и равную возможность спасения и продолжения жизни. Иисус хотел, чтобы не только смертные данного мира, но и наблюдатели на бесчисленных других мирах знали, что, когда возникает сомнение в искренней и беззаветной преданности царству, неизменной практикой стоящих над людьми Судей является полное принятие сомнительного кандидата. Дверь в вечную жизнь широко открыта для всех; «всякий, кто хочет, пусть приходит»; нет никаких ограничений или условий, кроме веры входящего.
       Именно поэтому Иисус позволил Иуде продолжать свою деятельность до самого конца, всегда делая всё возможное для того, чтобы изменить и спасти этого слабого и запутавшегося апостола. Однако если свет не принимают честно и не живут в согласии с ним, то в душе он постепенно превращается во тьму. Иуда стал лучше понимать царство на интеллектуальном уровне, но, в отличие от остальных апостолов, он не достиг прогресса в обретении духовного характера. Ему не удалось добиться удовлетворительного личного прогресса в духовном опыте.
       Иуда всё глубже погружался в размышления о собственных разочарованиях и в итоге пал жертвой негодования. Он часто считал себя обиженным и начал относиться с патологической подозрительностью к своим лучшим друзьям – и даже к Учителю. Вскоре его поглотила идея сведения счетов; он был готов пойти на всё, чтобы отомстить за себя, – да, вплоть до предательства своих товарищей и своего Учителя.
       Однако эти порочные и опасные мысли приняли окончательную форму только в тот день, когда благодарная женщина возлила сосуд с дорогим благовонием Иисусу на ноги. Иуда счёл это расточительством, и когда его открытый протест был сразу же и во всеуслышание отвергнут Иисусом, чаша терпения Иуды переполнилась. Это событие пробудило в нём накопившуюся за всю жизнь ненависть, обиду, злобу, предубеждение, ревность и жажду мести, и он решил расквитаться, ещё даже не зная с кем; но он сосредоточил всё своё зло на единственном невинном человеке во всей презренной драме его несчастной жизни только потому, что Иисус оказался главным действующим лицом в том эпизоде, которым ознаменовался переход Иуды из эволюционирующего царства света в избранные им самим владения тьмы.
       Много раз Учитель как наедине, так и публично предупреждал Иуду о том, что он встал на скользкий путь, однако обычно божественные предостережения бесполезны, если они наталкиваются на озлобленную человеческую природу. Иисус сделал всё возможное, не противоречащее нравственной свободе человека, чтобы удержать Иуду от заблуждения. Наконец настал час великого испытания. Сын злобы пал; он уступил отвратительным и презренным велениям надменного, мстительного, обладавшего гипертрофированным самомнением разума и стремительно погрузился в смятение, отчаяние и порок.
       И тогда Иуда вступил в подлый и позорный сговор с целью предательства своего Господа и Учителя и быстро привёл в исполнение этот гнусный заговор. При осуществлении своих порождённых злобой планов коварного предательства он испытывал мгновения сожаления и стыда, но в такие периоды ясного сознания он, защищая собственный разум, малодушно воображал, что Иисус, быть может, воспользуется своим могуществом и в последнее мгновение освободит себя.
       Когда всё было позади – когда презренный и греховный поступок был совершён, – этот ставший предателем смертный, которому ничего не стоило продать своего друга за тридцать сребреников для удовлетворения давней жажды мести, бросился вон и исполнил последний акт в драме бегства от реальностей смертного существования, покончив с собой.
       Одиннадцать апостолов ужаснулись, они были потрясены. Иисус испытывал к предателю одну только жалость. Миры не смогли простить Иуду, и с тех пор его имени стали избегать по всей обширной вселенной.
       
       
       Рукоположение Двенадцати (док. 140)
       
                            1. Предварительные наставления. 
                            2. Рукоположение. 
                            3. Проповедь при рукоположении. 
                            4. Вы – соль земли. 
                            5. Отеческая и братская любовь. 
                            6. Вечером в день рукоположения. 
                            7. Неделя после рукоположения. 
                            8. В четверг пополудни на озере. 
                            9. День посвящения.
                            10. Вечером в день посвящения.        
       Около полудня в воскресенье, 12 января 27 года н.э. Иисус собрал апостолов для рукоположения в качестве общественных проповедников евангелия царства. Двенадцать были готовы к тому, что их могут созвать в любой день, поэтому в то утро они рыбачили недалеко от берега. Некоторые из них остались на берегу чинить сети и приводить в порядок рыболовные снасти.
       Идя по берегу моря, Иисус начал созывать апостолов, окликнув сначала рыбачивших неподалёку Андрея и Петра; затем он позвал Иакова и Иоанна – они находились поблизости в лодке и чинили сети, беседуя со своим отцом Зеведеем. Так, попарно, Иисус собрал остальных апостолов, и когда все двенадцать были в сборе, отправился с ними в горы к северу от Капернаума, где приступил к наставлениям, предварявшим формальное рукоположение.
       Впервые все апостолы молчали; даже  Пётр впал в задумчивость. Наконец-то настал долгожданный час! Им предстояло отправиться в путь со своим Учителем, чтобы принять участие в неком торжественном ритуале личного освящения и коллективного посвящения священному труду в качестве представителей их Учителя в провозглашении грядущего царства его Отца.
       
       1.    Предварительные наставления.
       
       Перед тем, как приступить к официальному рукоположению, Иисус обратился к сидящим перед ним двенадцати апостолам: «Братья мои, час царства пробил. Я привёл вас сюда для того, чтобы представить вас Отцу в качестве посланников царства. Некоторые из вас, призванные первыми, слышали, как я говорил об этом царстве в синагоге. С тех пор как вы начали трудиться вместе со мной в городах вокруг Галилейского моря, каждый из вас лучше познакомился с царством Отца. Но сейчас я хочу рассказать вам нечто большее об этом царстве.
       Новое царство, которое мой Отец собирается воздвигнуть в сердцах своих земных детей, будет царством вечным. Бесконечным будет это господство моего Отца в сердцах тех, кто желает исполнять его божественную волю. Я заявляю вам, что мой Отец не есть Бог иудеев или язычников. Многие придут с востока и запада, чтобы воссесть вместе с нами в царстве Отца, в то время как многие из детей Авраама откажутся вступить в это новое братство – владычество духа Отца в сердцах детей человеческих.
       Не численность армий и не власть богатства определят могущество этого царства, но слава божественного духа, который явится для того, чтобы учить разумы и господствовать в сердцах рождённых заново граждан этого небесного царства – сынов Бога. Это братство любви, где господствует праведность и где девизом станут слова: „Мир на земле и добрая воля для всех людей”. Это царство, к провозглашению которого вам предстоит вскоре приступить, есть желание добрых людей всех времён, надеждой всей земли и  исполнением мудрых обещаний всех пророков.
       Но вас, дети мои, и всех других, кто пожелает войти в это царство, ждёт серьёзное испытание. Одна лишь вера проведёт вас через врата царства, но вы должны принести плоды духа моего Отца, прежде чем продолжить восхождение в жизни божественного братства. Истинно, истинно вам говорю: не всякий, говорящий „Господи, Господи”, войдёт в царство небесное, но тот, кто исполняет волю моего небесного Отца.
       Ваше послание миру будет следующим: „Ищите прежде всего царства Бога и его праведности и найдя его, получите всё необходимое вам для вечного спасения”. А теперь я хотел бы, чтобы вы поняли, что это царство моего Отца не свершится через зримое могущество или неподобающее знамение. Не для того пойдёте отсюда возвещать царство, чтобы говорить: „вот оно” или „вон оно”, ибо царство это, которое вы будете проповедовать, является Богом в вас самих.
       Тот, кто хочет быть великим в царстве моего Отца, должен стать всем слугой; и тот, кто хочет быть первым среди вас, пусть служит своим братьям. Когда же вас примут в качестве истинных граждан небесного царства, вы будете уже не слугами, а сынами, сынами живого Бога. Так это царство будет крепнуть в мире, пока не сокрушит все преграды и не позволит всем людям познать моего Отца и поверить в спасительную истину, возвестить которую я пришёл. Приблизилось царство, и некоторые из вас не умрут, пока не увидят  великое могущество власти Бога.
       И то, что вы видите своими глазами, – это скромное начало, двенадцать простых мужчин, – будет множиться и расти, пока весь мир не исполнится хвалой моему Отцу. И не столько по словам вашим, сколько по жизни вашей люди будут знать, что вы были со мной и познали реалии царства. Я не стал бы отягощать печальным бременем ваш разум, но я собираюсь возложить священную ответственность на ваши души: когда вскоре я покину вас, представлять меня в мире также, как сам я ныне представляю моего Отца в этой жизни, которую проживаю во плоти». 
И сказав это, он встал.
       
       2.   Рукоположение.
       
       Теперь Иисус велел двенадцати смертным, которые только что выслушали его наставления, преклонить колена вокруг него. После этого Учитель возложил руки на голову каждого из апостолов, начав с Иуды Искариота и закончив Андреем. Благословив их, он простёр свои руки и произнёс молитву:
       «Отец мой, я привёл к тебе этих людей, моих посланников. Я избрал эти двенадцать человек среди наших земных детей для того, чтобы они отправились в мир и представляли меня так же, как я пришёл сюда, чтобы представлять тебя. Люби их и будь с ними так же, как ты всегда любил меня и пребывал со мной. А теперь, Отец мой, дай этим людям мудрости, ибо я доверяю им все дела грядущего царства. И если будет на то твоя воля, я хотел бы задержаться на земле на срок, чтобы помочь им в их трудах во благо царства. И вновь я благодарю тебя, Отец мой, за этих людей и передаю их твоей опеке, пока я завершаю порученный тобой труд».
        Когда Иисус закончил молиться, каждый из апостолов остался на своём месте с преклонённой головой. И прошла не одна минута, прежде чем даже Пётр осмелился поднять глаза и взглянуть на Учителя. Один за другим они обняли Иисуса, однако никто не проронил ни слова. Воцарилась великая тишина, и небесное множество взирало сверху на это торжественное и священное действо – Создателя вселенной, передающего дела божественного братства людей под начало человеческого разума.
       
       3.   Проповедь при рукоположении.
       
       После этого Иисус обратился к ним со словами: «Теперь, став посланниками царства моего Отца, вы стали особыми людьми, отличным от всех других людей на земле. Теперь вы уже не просто люди среди людей, а просвещённые граждане другой, небесной страны среди невежественных созданий этого тёмного мира. Недостаточно, чтобы вы жили так, как прежде; отныне вы должны жить, как вкусившие блаженства лучшей жизни и посланные назад на землю в качестве посланников Владыки этого нового и лучшего мира. От учителя ждут больше, чем от ученика; с господина больше спрос, чем со слуги. От граждан небесного царства требуется больше, чем от граждан земной власти. Кое-что из того, что я собираюсь сказать, может показаться вам суровым, однако вы приняли решение представлять меня в мире так же, как я представляю сейчас Отца; и в качестве моих земных посредников вы будете обязаны придерживаться тех учений и обычаев, которые отражают мои идеалы смертной жизни на мирах пространства и которые я выражаю своей земной жизнью, посвящённой раскрытию небесного Отца.
       Я посылаю вас в мир возвещать свободу духовным пленникам, радость – узникам страха и лечить больных по воле моего небесного Отца. Видя моих детей в затруднительном положении, ободряйте их словами:
       Счастливы нищие духом, смиренные, ибо богатства царства небесного принадлежат им.
       Счастливы изголодавшиеся и жаждущие праведности, ибо они насытятся.
       Счастливы кроткие, ибо они унаследуют землю.
       Счастливы чистые сердцем, ибо они увидят Бога.
       И так ещё говорите моим детям, обращаясь со словами духовного утешения и надежды:
       Счастливы скорбящие, ибо они утешатся.
       Счастливы плачущие, ибо они обретут дух радости.
       Счастливы милосердные, ибо они помилованы будут.
       Счастливы миротворцы, ибо они будут названы сынами Бога.
       Счастливы преследуемые за праведность, ибо царство небесное принадлежит им.
       Счастливы вы, когда оскорбляют вас, и преследуют, и всячески клевещут на вас. Радуйтесь и ликуйте, ибо велика ваша награда на небесах.
       Братья мои, кого я посылаю в мир, вы – соль земли, соль со спасительной силой. Но если соль становится безвкусной, то как ей снова стать солёной? Непригодна она более ни к чему, разве только выбросить её вон на попрание людям.
       Вы – свет мира. Нельзя скрыть город, построенный на вершине холма. И никто не прячет зажжённый светильник под сосудом, но ставят его на подсвечник; и он светит всем в доме. Пусть свет ваш сияет перед людьми так, чтобы они видели ваши добрые деяния и приходили к прославлению вашего небесного Отца.
       Я посылаю вас в мир быть моими представителями и действовать в качестве представителей царства моего Отца; отправляясь в путь для проповеди благой вести, доверьтесь Отцу, чьими посланниками вы являетесь. Не противьтесь несправедливости насилием; не доверяйтесь силе плоти. Если ваш ближний ударит вас в правую щёку, обратите к нему и другую. Будьте готовы терпеть несправедливость, нежели судиться друг с другом. Добром и милосердием помогайте всем, кто в горе и нужде.
       Говорю вам: любите врагов ваших, делайте добро тем, кто ненавидит вас, благословляйте проклинающих вас и молитесь за тех, кто безжалостно использует вас. И во всём поступайте с людьми так, как, по вашему мнению, поступал бы с ними я.
        Отец ваш небесный – причина того, что солнце сияет над злыми и добрыми людьми; он посылает дождь на справедливых и несправедливых. Вы – сыны Бога, более того: теперь вы – посланцы царства моего Отца. Будьте милосердны, как милосерден Бог, и в вечном будущем царства вы станете совершенны, как совершенен ваш небесный Отец.
        Вы посланы спасать людей, а не судить их. В конце своей земной жизни все вы будете ожидать милосердия; поэтому я требую от вас, чтобы в течение своей смертной жизни вы были милосердны ко всем своим братьям во плоти. Не пытайтесь напрасно вынуть сучок из глаза своего брата, когда в собственном глазу – бревно. Выньте прежде бревно из своего глаза, и тогда сможете лучше увидеть, как вынуть сучок из глаза своего брата.
       Ясно распознавайте истину; бесстрашно живите праведной жизнью; так вы будете моими апостолами и посланниками моего Отца. Вы слышали, как говорят: „Если слепой поведёт слепого, то оба они упадут в яму”. Если вы хотите направлять других в царство, то вы сами должны жить в ясном свете живой истины. В любом деле царства я призываю вас выказывать справедливое суждение и глубокую мудрость. Не предлагайте псам ничего святого и не бросайте жемчуга свиньям, чтобы не затоптали они драгоценные камни ваши и, обратившись, не растерзали вас.
       Остерегайтесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные. По плодам их узнаете их. Собирают ли с терновника виноград или с репейника смоквы? Так вот, всякое хорошее дерево приносит хорошие плоды, а плохое дерево приносит плохие плоды. Не может хорошее дерево приносить плохие плоды, как не может плохое дерево приносить хорошие плоды. Всякое дерево, которое не приносит хороших плодов, срубают и бросают в огонь. Доступ в царство небесное определяется побуждением. Мой Отец читает в сердцах людей и судит по их сокровенным стремлениям и искренним намерениям.
        В великий судный день царства многие скажут мне: Разве не от твоего имени мы пророчествовали и не твоим ли именем совершали многие чудеса?” Но мне придётся сказать им: “Я никогда не знал вас; уйдите от меня, лжеучители. Но перед каждым, кто слышит этот наказ и искренне исполняет своё поручение – представляя меня перед людьми так же, как я представляю моего Отца перед вами, – широко распахнутся двери в моё служение и в царство небесного Отца».

       Никогда прежде апостолы не слышали от Иисуса подобных речей, ибо он говорил с ними как облечённый верховной властью. Они спустились с горы перед заходом солнца, но никто не задал Иисусу ни одного вопроса.
       
       4.   Вы – соль земли.
       
       Так называемая «Нагорная Проповедь» не является евангелием Иисуса. Она действительно содержит много полезных наставлений, однако это был наказ, данный Иисусом при рукоположении двенадцати апостолов, личное поручение Учителя тем, кому предстояло отправиться с проповедью евангелия в стремлении представлять его в мире людей так же, как он столь красноречиво и совершенно представлял своего Отца.
       «Вы – соль земли, соль со спасительной силой. Но если соль теряет свой вкус, то как она снова станет солёной? Непригодна она более ни к чему, разве только выбросить её вон на попрание людям».
       Во времена Иисуса соль ценилась высоко. Её даже использовали в качестве денег. Современное слово salary (зарплата) происходит от слова salt (соль). Соль не только сдабривает пищу, но и предохраняет её. Она придаёт вкус другим продуктам и поэтому выполняет свою роль тогда, когда её расходуют.
       «Вы – свет мира. Нельзя скрыть город, построенный на вершине холма. И никто не прячет зажжённый светильник под сосудом, а ставят его на подсвечник; и он светит всем в доме. Пусть свет ваш сияет перед людьми так, чтобы они видели ваши добрые деяния и приходили к прославлению вашего небесного Отца».
       Хотя свет рассеивает тьму, он может быть также настолько «слепящим», что смущает и разочаровывает. Нас призывают позволить нашему свету сиять так, чтобы направлять наших собратьев на новые и благочестивые пути лучшей жизни. Наш свет должен сиять так, чтобы не привлекать внимания к нам самим. Даже собственная профессия может быть использована в качестве эффективного «отражателя», распространяющего этот свет жизни.
       Сильный характер возникает не оттого, что человек не творит зло, а оттого, что он реально творит добро. Бескорыстие является признаком человеческого величия. Высшие уровни самореализации достигаются посредством поклонения и служения. Счастливый и активный человек побуждается не страхом проступка, но любовью к совершению добрых дел.
       «По плодам их узнаете их».  Личность в своей основе неизменна; изменяется –  растёт  – нравственный характер. Основным заблуждением современных религий является склонность к отрицанию. Дерево, не приносящее плодов, «срубают и бросают в огонь». Нравственная ценность не может быть следствием одного только подавления – подчинения требованию «не смей». Страх и стыд – мотивация, недостойная религиозной жизни. Религия правомерна лишь тогда, когда она раскрывает отцовство Бога и укрепляет братство людей.
       Действенная философия жизни складывается через сочетание космической проницательности и всей совокупности эмоциональных реакций человека на его социальное и экономическое окружение. Помните: хотя унаследованные побуждения невозможно изменить коренным образом, эмоциональные реакции на такие побуждения могут быть изменены; поэтому нравственную сущность можно видоизменять, характер может быть улучшен. В сильном характере эмоциональные отклики интегрированы и согласованы; так формируется цельная личность. Недостаточное объединение ослабляет нравственную сущность и порождает несчастье.
       Без достойной цели жизнь становится бессмысленной и бесполезной. В этом кроется причина многих бед. Речь Иисуса при рукоположении двенадцати апостолов представляет собой образцовую философию жизни. Иисус призвал своих последователей развивать в себе эмпирическую веру. Он предупредил их, что одного только интеллектуального согласия недостаточно, что не следует быть излишне доверчивым и полагаться на признанные авторитеты.
       Образование должно заключаться в постижении (открытии) лучших методов удовлетворения наших естественных и унаследованных побуждений, и счастье есть совокупный результат использования таких  углублённых  методов  достижения эмоционального удовлетворения. Счастье мало зависит от среды, хотя приятное окружение может значительно ему способствовать.
       Каждый смертный действительно стремится стать полноценным существом, быть совершенным, как совершенен небесный Отец, и такое достижение возможно потому, что, в конечном счёте, «вселенной присущ подлинно отеческий характер».
       
       5.   Отеческая и братская любовь.
       
       Начиная с Нагорной Проповеди и вплоть до беседы на Тайной Вечере, Иисус учил своих последователей проявлять скорее отеческую любовь, а не братскую любовь. Братская любовь есть любовь к ближнему как к самому себе, и этого достаточно для исполнения “золотого правила”. Отеческая же любовь требует, чтобы вы любили своих смертных собратьев так же, как любит вас Иисус.
       Иисус любит человечество двойственной любовью. Он жил на земле как двуединая личность – человеческая и божественная. Как Сын Бога, он любит человека отеческой любовью – он является Создателем человека, его вселенским Отцом. Как Сын Человеческий, Иисус любит смертных как брат – он поистине являлся человеком среди людей.
       Иисус отнюдь не требовал от своих последователей достижения невозможного в проявлении братской любви, однако он ожидал от них стремления к Богоподобию, – быть совершенными, как совершенен небесный Отец с тем, чтобы они смогли начать смотреть на человека так же, как Бог смотрит на свои создания, и потому начать любить людей так же, как Бог любит их, – проявлять зачатки отеческого чувства. В ходе этих наставлений Иисус попытался раскрыть двенадцати апостолам новое понятие отеческой любви в той мере, в какой оно имеет отношение к некоторым эмоциональным состояниям, связанным с многочисленными попытками приспособления к окружающей социальной среде.
       Учитель начал эту важную беседу с того, что обратил внимание апостолов на четыре направления  веры  как прелюдии к последующему изображению своих четырёх трансцендентальных и высших влияний отеческой  любви в противоположность ограничениям сугубо братской любви.
       Сначала он говорил о нищих духом, жаждущих праведности, безропотно кротких и чистых сердцем. От таких различающих дух смертных можно ожидать достижения тех уровней божественной самоотверженности, на которых они становятся способными к поразительному проявлению отеческого чувства; можно ожидать, что даже в скорби они найдут в себе возможность проявлять милосердие, укреплять мир и стойко переносить преследования, продолжая во всех этих сложных испытаниях любить отеческой любовью даже непривлекательное человечество. Отеческое чувство способно достичь уровней преданности, неизмеримо превышающих братское чувство.
       Вера и любовь, заключённые в этих заповедях блаженства, укрепляют нравственный характер и создают счастье. Страх и гнев ослабляют характер и разрушают счастье. С упоминания счастья и началась эта знаменательная проповедь.
       1. «Счастливы нищие духом – смиренные». Для ребёнка счастье – это удовлетворение сиюминутного стремления к удовольствию. Взрослый же человек готов посеять семена самоотречения, чтобы впоследствии собрать урожай возросшего счастья. Во времена Иисуса и в последующие эпохи счастье слишком часто отождествлялось с идеей обладания богатством. В рассказе о фарисее и мытаре, молившихся в храме, один чувствовал себя богатым духом – эгоистичным; другой чувствовал себя «нищим духом» – смиренным. Один был самодовольным, другой был способен к учению и искал истину. Нищий духом ищет цели духовного богатства – ищет Бога. И таким искателям истины не нужно ждать награды в  далёком  будущем; они получают её уже сейчас. Они находят царство небесное в своих собственных сердцах, и сразу же ощущают такое счастье.
       2. «Счастливы изголодавшиеся и жаждущие праведности, ибо они насытятся». Только те, кто чувствует себя нищими духом, могут когда-либо желать праведности. Только смиренные ищут божественную силу и стремятся обрести духовную мощь. Однако было бы чрезвычайно опасно сознательно идти на духовный пост для того, чтобы усилить стремление к духовным дарам. Физический пост становится опасным через четыре или пять дней; человек может полностью утратить вкус к пище. Продолжительный пост – будь он физическим или духовным – притупляет чувство голода.
       Эмпирическая праведность – это наслаждение, а не обязанность. Праведность Иисуса – в его динамичной любви, любви отца и брата. Такой тип праведности не является негативным, или запретительным. Как вообще можно жаждать чего-то негативного – жаждать «не делать»?
       3. «Счастливы кроткие, ибо они унаследуют землю». Подлинная кротость не имеет ничего общего со страхом. Наоборот: она является отношением человека, сотрудничающего с Богом – «да будет воля твоя». Она включает терпение и воздержанность и побуждается несгибаемой верой в законопослушную и дружественную вселенную. Она гасит любой соблазн восстания против божественного руководства. Иисус был идеалом кроткого урантийца, и он унаследовал обширную вселенную.
       4. «Счастливы чистые сердцем, ибо они узрят Бога». Духовная чистота не является отрицающим качеством, если не считать того, что в ней действительно отсутствуют подозрительность и мстительность. Говоря о чистоте, Иисус не имел в виду только половые отношения людей. В первую очередь, он подразумевал необходимую человеку веру в своего ближнего – ту веру в своего дитя, которая есть у родителя и которая позволяет ему любить своих собратьев так же, как их любил бы отец. Любви отца чуждо баловство; она не потворствует злу и всегда нетерпима к цинизму. Отеческая любовь отличается целеустремлённостью и всегда ищет в человеке лучшее; таково отношение настоящего родителя.
       Видеть, с помощью веры, Бога – значит обретать истинную духовную проницательность. Духовная проницательность, в свою очередь, укрепляет водительство Настройщика, а это, в конце концов, приводит к углублению осознания Бога. А когда вы знаете Отца, вы обретаете прочную уверенность в божественном сыновстве и начинаете всё больше любить каждого из своих братьев во плоти не только как брат – братской любовью, – но и как отец – отеческим чувством.
       Этот совет легко усваивается даже ребёнком. Дети от природы доверчивы, и родители должны следить за тем, чтобы они не утратили этой простой веры. Общаясь с детьми, избегайте любого обмана и воздерживайтесь от подозрительности. Мудро помогайте им найти своих героев и выбрать дело своей жизни.
       После этого Иисус стал учить своих последователей реализации главной цели человеческих устремлений – совершенства – и даже достижения божественности. Он всегда призывал их: «Будьте совершенны, как совершенен Отец ваш небесный». Он не наставлял апостолов любить своих ближних, как самих себя. Это было бы достойным свершением и означало бы достижение братской любви. Однако Иисус, скорее, призывал своих апостолов любить людей так, как любил их он, – любить отеческой, равно как и братской любовью. И в качестве иллюстрации он указал на четыре высших проявления отеческой любви:
       1. «Счастливы скорбящие, ибо они утешатся» Исходя из так называемого здравого смысла или безупречной логики, счастье никогда не может быть следствием скорби. Однако Иисус не имел в виду внешнюю или нарочитую скорбь. Он говорил об эмоциональном отношении мягкосердечности. Великая ошибка – внушать мальчикам и юношам, что проявление мягкости и вообще эмоционального волнения или физического страдания недостойно мужчины. Сочувствие красит как мужчину, так и женщину. Чтобы быть мужественным, совсем не обязательно быть чёрствым. Это неверный путь воспитания отважных мужчин. Величайшие люди этого мира не боялись скорби. Скорбный Моисей был более великим человеком, чем Самсон или Голиаф. Моисей являлся выдающимся лидером, но он также оставался кротким человеком. Чуткость и отзывчивость к человеческим нуждам создаёт подлинное и устойчивое счастье, и в то же время такие добрые отношения оберегают душу от губительных воздействий гнева, ненависти и подозрительности.
       2. «Счастливы милосердные, ибо они помилованы будут». Здесь милосердие означает высоту, широту и глубину наиболее истинной дружбы – добротолюбие. Милосердие порой бывает пассивным, но здесь оно активно и динамично, представляя собой высшее проявление отеческого чувства. Любящему родителю легко прощать своего ребёнка, даже много раз. И в неиспорченном ребёнке живёт естественное стремление облегчать страдание. Дети обычно добры и отзывчивы, когда достигают возраста, в котором способны по достоинству оценивать реальные обстоятельства.
       3. «Счастливы миротворцы, ибо они будут названы сынами Бога». Слушатели Иисуса жаждали военного освобождения силой оружия, а не миротворцев. Однако мир Иисуса – не пацифистского и отрицающего свойства. В преддверии испытаний и преследований он говорил: «Свой мир я оставляю вам». «Да не смутятся сердца ваши и да не устрашатся». Это тот мир, который предотвращает разрушительные конфликты. Внутренний мир объединяет личность. Социальный мир предотвращает страх, алчность и гнев. Политический мир устраняет расовые противоречия, национальную подозрительность и войны. Миротворчество это лекарство от недоверия и подозрительности.
       Детей легко научить быть миротворцами. Им нравится действовать сообща; они любят играть вместе. В другое время Учитель сказал: «Кто сохранит свою жизнь, тот потеряет её, а кто потеряет свою жизнь, тот обретёт её».
       4. «Счастливы преследуемые за праведность, ибо царство небесное принадлежит им. Счастливы вы, когда оскорбляют вас, и преследуют, и всячески клевещут на вас. Радуйтесь и ликуйте, ибо велика ваша награда на небесах».
       Сколь часто вслед за миром наступают гонения. Однако молодые люди и храбрые взрослые никогда не страшатся трудностей или опасностей. «Нет больше той любви, как если кто отдаст жизнь свою за друзей». Отеческой любви легко даётся всё это – то, что едва ли доступно любви братской. И окончательным результатом гонений всегда был прогресс.
       Дети неизменно откликаются на призыв к мужеству. Юность всегда готова «принять вызов». И каждый ребёнок должен с раннего детства учиться жертвовать.
       Отсюда видно, что заповеди блаженства Нагорной Проповеди основаны на вере и любви, а не на законе – этике и долге.
       Отеческая любовь с радостью платит добром за зло, – творит добро в ответ на несправедливость.
       
       6.   Вечером в день рукоположения.
       
       В воскресенье вечером Иисус и двенадцать апостолов спустились с нагорья к северу от Капернаума и вернулись в дом Зеведея, где разделили скромный ужин. Позднее, когда Иисус отправился пройтись по берегу, у апостолов завязался разговор. Близнецы развели небольшой  костёр, дававший тепло и свет, и после короткого совещания Андрей отправился на поиски Иисуса. Догнав его, он сказал: «Учитель, мои братья не могут понять того, что ты сказал о царстве. Мы чувствуем, что не сможем приступить к этому труду, пока не получим от тебя дополнительных разъяснений. Я пришёл, чтобы просить тебя присоединиться к нам в саду и помочь понять смысл твоих слов». И Иисус отправился вместе с Андреем к апостолам.
       Войдя в сад, он собрал вокруг себя апостолов и продолжил свои наставления словами: «Вам трудно принять мои слова, потому что вы пытаетесь построить новое учение прямо на старом, но я заявляю вам, что вы должны родиться заново. Вы должны начать сначала, как малые дети, и быть готовы доверять моему учению и верить в Бога. Новое евангелие царства невозможно подчинить тому, что уже есть. Вы придерживаетесь неверных представлений о Сыне Человеческом и его миссии на земле. Но не думайте понапрасну, что я пришёл устранить закон и пророков; я пришёл не уничтожать, а наполнять, расширять и озарять. Я пришёл не для того, чтобы нарушать закон, но для того, чтобы начертать эти новые заповеди на скрижалях ваших сердец.
       Я требую, чтобы ваша праведность превзошла праведность тех, кто стремится завоевать благосклонность Отца подаянием, молитвой и постом. Если вы хотите войти в царство, в вас должна быть праведность, которая заключается в любви, милосердии и истине – искреннем желании исполнять волю небесного Отца»
.
       Тогда Пётр сказал: «Учитель, если у тебя есть новая заповедь, мы хотели бы услышать её. Открой нам новый путь». Иисус ответил Петру: «Вы слышали, как говорят те, кто учит закону: „Не убивай; кто же убьёт, подлежит суду”. Однако я стремлюсь за поступком видеть мотив. Я заявляю вам, что всякому, кто гневается на брата своего, грозит осуждение. Тому, кто таит в своём сердце ненависть и вынашивает в своём уме планы отмщения, грозит суд. Вы вынуждены судить своих собратьев по их поступкам; небесный же Отец судит по намерениям.
       Вы слышали, как говорят учителя закона: „Не прелюбодействуй”. Я же говорю вам, что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своём. Вы можете судить людей только по их поступкам, но мой Отец смотрит в сердца своих детей и милосердно судит их в соответствии с их намерениями и подлинными желаниями»
.
       Иисус собирался перейти к другим заповедям, когда Иаков Зеведеев прервал его вопросом: «Учитель, чему следует учить людей относительно развода? Позволять ли мужчине разводиться со своей женой, как учил Моисей?» И когда Иисус услышал этот вопрос, он сказал: «Я пришёл  не устанавливать законы, но  просвещать. Я пришёл не реформировать царства этого мира, но устанавливать царство небесное. Не в воле Отца моего, чтобы я соблазнялся учить вас принципам правления, торговли или общественного поведения: пригодное сегодня, такое знание было бы совершенно негодным для общества в другую эпоху. Для того только пребываю я на земле, чтобы утешить разум человека, освободить его дух и спасти душу. Но я отвечу на этот вопрос о разводе: хотя Моисей одобрял такие вещи, в дни Адама и в Саду всё было иначе».
        После того, как апостолы немного поговорили между собой, Иисус продолжил: «Вы должны всегда различать два взгляда на любое смертное поведение – человеческий и божественный; пути плоти и путь духа; суждения времени и взгляд вечности». И хотя апостолы не смогли постигнуть всего, чему он учил их, они почувствовали истинное облегчение после этого наставления.
       И затем Иисус сказал: «Однако моё учение будет для вас камнем преткновения, ибо вам свойственно понимать мои слова буквально; вам трудно постигнуть дух моего учения. Кроме того, вы должны помнить, что являетесь моими вестниками; вы должны прожить свою жизнь так, как я прожил в духе свою. Вы – мои личные представители; однако не допускайте ошибки, ожидая, что все люди будут во всех отношениях жить так же, как и вы. Помните, что у меня есть овцы не из этого стада, и что у меня есть обязательства перед ними – я должен стать для них примером исполнения воли Бога в течение смертной жизни».
        Затем спросил Нафанаил: «Учитель, следует ли нам отказаться от правосудия? Закон Моисея гласит: „Око за око, и зуб за зуб”. Что должны говорить мы?» Иисус ответил: «Вы будете платить добром за зло. Мои вестники должны не противостоять людям, а быть добрыми ко всем. Воздаяние той же мерой не должно быть вашим правилом. Такие законы возможны у людских правителей, но не в царстве; пусть ваши суждения всегда определяются милосердием, а ваши поступки – любовью. И если эти слова тяжелы, то вам и сейчас не поздно повернуть назад. Если требования апостольства слишком трудны для вас, вы можете вернуться на менее тернистую стезю ученичества».
       Услышав эти поразительные слова, апостолы на время удалились, однако вскоре они вернулись, и Пётр сказал: «Учитель, мы хотим остаться с тобой, никто из нас не желает повернуть вспять. Мы полностью готовы заплатить высокую цену; мы выпьем эту чашу. Мы хотели бы быть апостолами, а не просто учениками».
       Услышав это, Иисус сказал: «Тогда будьте готовы взять на себя ответственность и следовать за мной. Вершите благие дела втайне; когда подаёте милостыню, пусть левая рука не знает, что делает правая. И когда молитесь, уединяйтесь и не пользуйтесь напрасными повторами и пустыми фразами. Всегда помните, что Отец знает, в чём вы нуждаетесь, ещё до того, как вы попросили о том у него. И не поститесь с унылыми лицами на показ людям. Как избранные апостолы мои, отделённые для служения царству, не собирайте себе сокровищ на земле, но своим бескорыстным трудом собирайте себе сокровища на небе, ибо где сокровища ваши, там будут и сердца ваши.
       Светильник тела есть око; поэтому если око ваше благодатно, то и всё тело полно света. Но если око ваше эгоистично, то и всё тело полно тьмы. И если тот самый свет, который в вас, превращается во тьму, то как ужасна эта тьма!»

       Затем Фома спросил Иисуса, следует ли им «продолжать делить всё между собой». Учитель ответил: «Да, мои братья, я хотел бы, чтобы мы жили вместе, одной семьёй единомышленников. Вам доверено великое дело, и я настоятельно прошу от вас безраздельной преданности. Вы знаете, что по праву сказано: „Никто не может служить двум господам”. Вы не можете искренне поклоняться Богу и в то же время всей душой служить мамоне. Целиком посвятив себя делу царства, не беспокойтесь за свои жизни; ещё меньше заботьтесь о еде или питье; не думайте и о том, во что одеться. Вы уже поняли, что работящие руки и честные сердца голодать не будут. И теперь, когда вы готовитесь посвятить все свои силы делу царства, будьте уверены в том, что Отец ваш не забудет о ваших потребностях. Ищите же прежде всего царства Бога, и когда найдёте вход в него, всё остальное приложится. Поэтому не заботьтесь понапрасну о завтрашнем дне. Довольно для каждого дня своей заботы».
       Увидев, что они собираются бодрствовать всю ночь и задавать вопросы, Иисус сказал им: «Братья мои, вы – земные создания; вам лучше бы отправиться на покой, чтобы быть готовыми к завтрашнему труду». Но им было уже не до сна. Пётр отважился обратиться к своему Учителю с просьбой «немного поговорить наедине. Не потому, что у меня есть какие-то секреты от моих братьев, а оттого, что дух мой смущён, и если я заслужу нарекание от моего Учителя, мне было бы легче перенести его наедине с тобой». И Иисус сказал: «Пойдём  со мной,  Пётр» – и первым  вошёл  в дом. Когда  Пётр  вернулся от Учителя повеселевшим и чрезвычайно воодушевлённым, Иаков решил войти в дом и поговорить с Иисусом. Так, в предрассветные утренние часы, остальные апостолы поочерёдно входили в дом для разговора с Учителем. После того, как все, кроме уснувших близнецов, поговорили с Иисусом наедине, Андрей вошёл к нему и сказал: «Учитель, близнецы заснули в саду около костра; поднять ли мне их, чтобы спросить, желают ли и они поговорить с тобой?» Улыбнувшись, Иисус ответил: «Им хорошо – не тревожь их». Ночь подходила к концу. Занимался новый день.
       
       7.   Неделя после рукоположения.
       
       После нескольких часов сна, когда апостолы собрались на поздний завтрак с Иисусом, он сказал: «Теперь вы должны приступить к своему труду – проповеди благой вести и наставлению верующих. Приготовьтесь отправиться в Иерусалим». Когда Иисус закончил говорить, Фома собрался с духом и сказал: «Я знаю, Учитель, что теперь мы должны быть готовы приступить к своему труду, но я боюсь, что мы ещё неспособны совершить это великое дело. Не позволишь ли ты нам остаться здесь ещё на несколько дней, прежде чем приступить к труду во имя царства?» И когда Иисус увидел, что все его апостолы охвачены тем же страхом, он сказал: «Пусть будет так, как вы просите; мы задержимся здесь до воскресенья».
       Уже в течение многих недель небольшие группы серьёзных искателей истины, наряду с любопытствующими  зеваками, прибывали в Вифсаиду, чтобы увидеть Иисуса. Молва о нём уже разнеслась по всей округе; группы интересовавшихся им людей прибывали даже из таких далёких мест, как Тир, Сидон, Дамаск, Кесария и Иерусалим. Вплоть до этого времени Иисус сам встречал таких посетителей и рассказывал им о царстве, однако теперь Учитель передал эту работу двенадцати апостолам. Андрей выбирал одного из апостолов и поручал ему группу посетителей, и порой все двенадцать были заняты этим делом.
       Так они работали два дня – днём они учили, а вечером собирались для беседы в своём кругу. На третий день Иисус отправился навестить Зеведея и Саломию, отослав апостолов «порыбачить, сменить обстановку или же навестить свои семьи». В четверг они вернулись и продолжали учить в течение трёх дней.
         Во время этой недели подготовки Иисус много раз повторял своим апостолам две важнейших задачи его посткрещенческой миссии на земле:
       1. Раскрыть человеку Отца.
       2. Привести людей к осознанию своего сыновства – помочь им через веру осознать, что они являются детьми Всевышнего.
       Эта неделя, проведённая в разнообразных занятиях, принесла апостолам большую пользу; некоторые даже стали излишне самоуверенными. На последнем совещании, состоявшемся вечером после празднования субботы, Пётр и Иаков пришли к Иисусу и сказали: «Мы готовы – отправимся же в путь, чтобы завладеть царством». На что Иисус ответил: «Пусть ваша мудрость сравняется с вашим рвением, а ваша смелость искупит ваше неведение».
       Хотя апостолы не смогли постигнуть многое из его учений, им удалось понять значимость его восхитительной жизни, прожитой вместе с ними.
       
       8.   В четверг пополудни на озере.
       
       Иисус хорошо знал, что апостолы не усваивают его учения в полной мере. Он решил дать некоторые специальные наставления Петру, Иакову и Иоанну в надежде на то, что они смогут внести ясность в представления своих товарищей. Он видел, что, хотя апостолы усвоили некоторые особенности идеи духовного царства, они упорно пытаются связать эти новые духовные учения со своими старыми и укоренившимися, буквальными представлениями о царстве небесном как восстановлении трона Давида и воссоздании Израиля в качестве мирской державы на земле. Поэтому в четверг пополудни Иисус отправился на лодке вместе с Петром, Иаковом и Иоанном, чтобы обсудить вопросы царства. Этот разговор продолжался четыре часа и включал десятки вопросов и ответов, и в рамках данного повествования наиболее целесообразным будет привести его, взяв за основу краткий рассказ о том знаменательном дне, поведанный на следующее утро Симоном Петром своему брату Андрею:
       1. Исполнение воли Отца. Учение Иисуса, призывающее полагаться на высшую опеку небесного Отца, не являлось слепым и пассивным фатализмом. В тот день он с одобрением процитировал старое еврейское выражение: «Кто не работает – тот не ест». Он указал, что его собственный опыт является достаточным комментарием к этому учению. Его заповедь доверия к Отцу не должна рассматриваться сквозь призму социальных или экономических условий нынешней или какой-либо иной эпохи. Его наставления охватывают идеальные принципы жизни рядом с Богом во все эпохи и во всех мирах.
       Иисус чётко объяснил трём апостолам отличия между требованиями к апостолам и к ученикам. И он отнюдь не запрещал апостолам использовать благоразумие и предусмотрительность. Он осуждал не предусмотрительность, а тревоги, беспокойства. Он учил активному и внимательному подчинению воле Отца. В ответ на многочисленные вопросы об умеренности и бережливости, он лишь обратил их внимание на свою жизнь столяра, корабела, рыбака и его тщательную организацию двенадцати апостолов. Он попытался объяснить, что к миру не следует относиться, как к врагу, что обстоятельства жизни образуют божественный промысел, действующий вместе с детьми Бога.
       Иисусу было чрезвычайно трудно добиться от них понимания его личной практики непротивления. Он наотрез отказывался защищать себя, и апостолам казалось, что ему было бы в радость, если бы и они придерживались той же линии поведения. Он учил их не сопротивляться злу, не бороться с несправедливостью или оскорблениями, но он не учил пассивной терпимости по отношению к злодеяниям. И в тот день он дал ясно понять, что выступает за общественное наказание злодеев и преступников и что гражданское правительство иногда должно использовать силу для поддержания общественного порядка и отправления правосудия.
       Он непрестанно предостерегал своих учеников против порочной практики возмездия; он не признавал мести, идеи сведения счётов. Он считал предосудительным таить злобу на других людей. Он отвергал принцип «око за око и зуб за зуб». Он осуждал саму идею частной и личной мести и отводил эти функции, с одной стороны, гражданскому правительству, а с другой – суду Бога. Он разъяснил  трём  апостолам, что его учения касаются индивидуума, а не государства. Он резюмировал данные к тому времени наставления по этим вопросам в следующих положениях:
       Любите своих врагов – помните о нравственных требованиях братства людей.
       Тщетность зла: зло не исправить отмщением. Не совершайте ошибки, борясь со злом, используя его же средства.
       Имейте веру – уверенность в окончательном торжестве божественной справедливости и вечной добродетели.
       2. Отношение к политическим вопросам. Он предостерегал своих апостолов к осмотрительности в своих замечаниях относительно напряжённых отношений, существовавших в то время между еврейским народом и римской властью; он запрещал им каким бы то ни было образом ввязываться в эти сложные проблемы. Он всегда был осторожным, обходя расставленные его врагами политические ловушки и неизменно отвечая: «Отдавайте кесарю кесарево, а Богу – Богово». Он не позволял отвлекать себя от своей миссии – установления нового пути спасения; он не позволял себе сосредоточиться на чём-либо ином. В своей личной жизни он всегда соблюдал все гражданские законы и правила; в своих публичных учениях он никогда не затрагивал гражданских, социальных и экономических вопросов. Он сказал трём апостолам, что занимается только принципами внутренней и личной духовной жизни человека.
       Иисус, поэтому, не являлся политическим реформатором. Он пришёл не для того, чтобы переустроить мир; даже если бы он это сделал, такое переустройство соответствовало бы только тому времени и поколению. Тем не менее, он действительно показал человеку путь лучшей жизни, и ни одно поколение не исключается из поиска возможностей наилучшей адаптации жизни Иисуса для решения своих собственных проблем. Однако никогда не допускайте ошибки, отождествляя учение Иисуса с какой-либо политической или экономической теорией, какой-либо социальной или индустриальной системой.
       3. Отношение к социальным вопросам. Еврейские раввины уже давно спорили о том, кого считать ближним. Иисус пришёл с идеей активной и спонтанной доброты, столь подлинной любви к собратьям, что она расширяла понятие ближнего до целого мира, превращая всех людей в ближних. Но при всём этом Иисус интересовался только индивидуумом, а не массой. Он не был социологом, однако он действительно трудился над разрушением всех форм эгоистической изоляции. Он учил чистому сочувствию, состраданию. Майкиэль Небадонский – это Сын, исполненный милосердия; сострадание составляет саму его сущность.
       Учитель не говорил, что люди никогда не должны встречаться со своими друзьями за трапезой, но он действительно говорил, что его последователям следует устраивать празднества для бедных и обделённых. Иисус  обладал непоколебимым чувством справедливости, но оно всегда смягчалось милосердием. Он не учил своих апостолов потворствовать общественным паразитам и профессиональным нищим. Самое большее, на что он пошёл в социологических вопросах, было его изречение «не судите, да не судимы будете».
       Он разъяснил, что слепая доброта может быть причиной многих социальных пороков. На следующий день Иисус уведомил Иуду о том, что милостыни из апостольских средств можно раздавать только по его требованию или по совместному прошению любых двух из апостолов. В отношении всего подобного Иисус обычно говорил: «Будьте мудры, как змеи, и безобидны, как голуби». Казалось, что во всех социальных ситуациях он стремится учить терпению, терпимости и умению прощать.
       Семья занимала центральное место в предложенной Иисусом философии жизни – на земле и в посмертии. Он строил свои учения о Боге на примере семьи, одновременно стремясь исправить склонность евреев к чрезмерному почитанию предков. Он возвышал семейную жизнь как высшую обязанность человека, но разъяснял, что семейные отношения не должны мешать исполнению религиозных обязанностей. Он обращал внимание на тот факт, что семья является бренным институтом, что она не сохраняется после смерти. Иисус без колебания оставил свою семью, когда её действия пошли вразрез с волей Отца. Он учил новому и более широкому братству людей – сынов Бога. В эпоху Иисуса в Палестине и по всей Римской империи существовало либеральное отношение к разводу. Он упорно отказывался сформулировать законы, регулирующие брак и развод, однако многие из ранних последователей Иисуса придерживались строгих взглядов на развод и без колебаний приписали их Иисусу. Все авторы Нового Завета придерживались этих более строгих и прогрессивных взглядов на развод, за исключением Иоанна Марка.
       4. Отношение к экономическим вопросам. Иисус трудился, жил и зарабатывал на жизнь в том мире, каким его застал. Он не был экономическим реформатором, хотя и часто обращал внимание на несправедливость неравномерного распределения богатств. Однако он не предложил каких-либо решений этой проблемы. Он разъяснил Петру, Иакову и Иоанну, что хотя апостолы не должны владеть собственностью, его проповедь направлена не против богатства и собственности, а лишь против её неравномерного и несправедливого распределения. Он признавал потребность в общественной и производственной справедливости, но он не предлагал каких-либо принципов их достижения.
       Он никогда не учил своих последователей избегать материального имущества, – он требовал этого только от двенадцати апостолов. Лука, врач, был убеждённым сторонником социального равенства, и он сделал многое для того, чтобы привести высказывания Иисуса в соответствие со своими собственными взглядами. Иисус никогда лично не призывал своих последователей перейти к общинному образу жизни; он вообще ничего не говорил о таких вещах.
       Иисус часто предостерегал своих слушателей против алчности, заявляя, что «счастье человека состоит не в изобилии его материальных владений». Он всегда повторял: «Какой прок человеку, если, приобретя весь мир, он потеряет свою душу?» Не делая прямых выпадов против владения собственностью, он действительно настаивал на том, чтобы в аспекте вечности на первом месте стояли духовные ценности. В своих более поздних учениях он стремился исправить многие ошибочные урантийские взгляды на жизнь, используя в своём общественном служении многочисленные притчи. Иисус вовсе не собирался формулировать экономические теории; он прекрасно знал, что каждая эпоха должна найти свои собственные средства решения существующих проблем. И если бы Иисус оказался сегодня на земле, проживая свою жизнь во плоти, то глубоко разочаровал бы большинство добродетельных мужчин и женщин по той простой причине, что не присоединился бы ни к одной из сторон в современных политических, социальных или экономических спорах. Оставаясь величественно  отчуждённым, он учил бы вас совершенствовать свою внутреннюю духовную жизнь так, чтобы вы стали намного более сведущи в нахождении решений ваших чисто человеческих проблем.
       Иисус хотел бы сделать всех людей Богоподобными, а сам благожелательно оставался бы рядом, пока эти сыны Бога решали бы свои политические, социальные и экономические проблемы. Он осуждал не богатство, а то, что богатство делает с большинством его ревнителей. В этот четверг Иисус впервые сказал своим товарищам, что «блаженнее давать, нежели принимать».
       5. Личная религия. Как и апостолы, вы лучше поймёте учения Иисуса, посмотрев на них сквозь призму его жизни. Он прожил на Урантии жизнь, ставшую совершенной, и его уникальные учения можно понять только в том случае, если представить эту жизнь в её непосредственном окружении. Именно его жизнь, а не наставления, которые он давал двенадцати апостолам, или проповеди, с которыми он выступал перед народом, лучше всего поможет раскрыть божественный характер и любвеобильную личность Отца.
       Иисус не критиковал учения иудейских пророков или греческих моралистов. Он сознавал, что эти великие учителя отстаивали много хорошего, однако он явился на землю для того, чтобы учить тому, что дополняло их – «добровольному подчинению воли человека воле Бога». Иисус не стремился создать только  религиозного человека – смертного, исполненного религиозных чувств и движимого исключительно духовными импульсами. Если бы вы могли хотя бы раз взглянуть на него, вы бы поняли, что Иисус был реальным человеком, прекрасно знающим этот мир. Учения Иисуса в этом отношении были чрезвычайно извращены и претерпели многочисленные искажения на протяжении всех веков христианской эры; кроме того, вы придерживаетесь извращённых представлений о кротости Учителя и его смирении. То, к чему он стремился в своей жизни, представляется благородным чувством собственного достоинства. Он советовал человеку смириться только для того, чтобы стать истинно возвышенным; его действительной целью было смирение перед Богом. Он высоко ценил искренность – чистосердечие. Преданность была основным достоинством в его оценке характера, а мужество – самой душой его учения. Слова «не бойтесь» были его девизом, и долготерпение – идеалом сильного характера. Учения Иисуса образуют религию отваги, мужества и героизма. Именно поэтому он избрал в качестве своих личных представителей двенадцать простых мужчин, большинство из которых были закалёнными, энергичными  и смелыми рыбаками.
       Иисус почти ничего не говорил о социальных пороках своего времени; он редко упоминал о моральных проступках. Он был позитивным учителем истинной добродетели. Он старательно избегал негативного метода обучения: он отказывался афишировать зло. Не был Иисус и реформатором нравов. Он хорошо знал, и учил этому своих апостолов, что чувственные побуждения человечества не подавляются ни религиозным порицанием, ни правовыми запретами. Его редкие обличения были направлены в основном против гордости, жестокости, угнетения и лицемерия.
       В отличие от Иоанна, Иисус не выступал с резкими обличениями даже фарисеев. Он знал, что многие книжники и фарисеи чистосердечны; он понимал, что они находятся в рабском плену религиозных традиций. Иисус придавал особое значение тому, чтобы «прежде сделать добрым само дерево». Он внушал трём апостолам, что он ценит всю жизнь, а не всего лишь отдельные особые добродетели.
       Главный вывод, сделанный Иоанном после урока, данного в этот день, состоял в том, что суть религии Иисуса заключается в обретении сострадательного характера,  объединённого с личностью, стремящейся исполнять волю небесного Отца.
       Пётр усвоил идею о том, что евангелие, которое им вскоре предстоит провозглашать, является действительно новым началом для всей человеческой расы. Впоследствии он передал это мнение Павлу, который вывел отсюда свою доктрину о Христе как о «втором Адаме».
       Иаков постиг волнующую истину о том, что Иисус желает, чтобы его земные дети жили так, как если бы они уже были гражданами свершившегося небесного царства.
       Иисус знал, что люди различны, и учил этому своих апостолов. Он постоянно убеждал их воздерживаться от попыток формировать взгляды учеников и верующих по одному шаблону. Он стремился дать каждой душе возможность развиваться по-своему, становясь совершенным и отдельным индивидуумом перед Богом. В ответ на один из многих вопросов Петра, Учитель сказал: «Я хочу освободить людей, дабы они, подобно малым детям, могли начать жить новой, лучшей жизнью». Иисус всегда настаивал на том, что истинное великодушие должно быть неосознанным – когда человек подаёт милостыню, его левая рука не должна знать, что делает правая.
       В тот день трое апостолов были потрясены, осознав, что религия их Учителя не предусматривает духовного самоанализа. Все религии до и после Иисуса, даже христианство, уделяют особое внимание добросовестному самоанализу. Иное дело – религия Иисуса Назарянина. Философия жизни Иисуса лишена религиозного самонаблюдения. Сын плотника никогда не учил формированию характера; он учил росту характера, заявляя, что царство небесное подобно горчичному зерну. Однако Иисус не говорил ничего, что осуждало бы самоанализ в качестве средства предупреждения самодовольного эготизма.
       Право войти в царство обусловлено верой, личным убеждением. Продолжение постепенного восхождения в царстве – что драгоценная жемчужина, ради обладания которой человек продаёт всё, что имеет.
       Учение Иисуса – это религия для всех, а не только для слабых и рабов. Эта религия никогда (при его жизни) не формулировалась в застывших символах веры и теологических законах; он не оставил после себя ни строчки. Его жизнь и учения были завещаны вселенной как вдохновляющее и идеалистическое наследие, применимое для духовного руководства и нравственного наставления во все эпохи и на всех мирах. Так и сегодня учение Иисуса стоит в стороне от всех религий, являясь, тем не менее, живой надеждой для каждой из них.
       Иисус не учил своих апостолов тому, что религия является единственным занятием человека на земле; таковым было иудейское представление о служении Богу. Однако он действительно настаивал на том, чтобы религия стала исключительным делом для двенадцати апостолов. Иисус не учил ничему, что мешало бы верующим в него людям стремиться к подлинной культуре; он лишь был невысокого мнения о скованных традициями религиозных школах Иерусалима. Он был свободомыслящим, великодушным, образованным и терпимым. В его философии праведной жизни не было места для показной набожности.
       Учитель не предлагал решений для нерелигиозных проблем своего времени или какой-либо последующей эпохи. Иисус желал развить духовную проницательность вечных реальностей и пробудить активность в самобытности жизни; он обращал внимание только на основополагающие и неизменные духовные потребности человеческой расы. Он раскрыл добродетель, равную Богу. Он возвысил любовь – истину, красоту и добродетель – как божественный идеал и вечную реальность.
       Учитель пришёл для того, чтобы создать в человеке новый дух, новую волю – наделить его новой способностью постигать истину, испытывать сострадание и выбирать добродетель, – волю быть в гармонии с волей Бога, вместе с вечным стремлением стать совершенным, как совершенен небесный Отец.
       
       9.   День посвящения.
       
       Следующую субботу Иисус провёл со своими апостолами, снова отправившись с ними в горы, где он рукоположил их; и там, после продолжительной и восхитительно трогательной, воодушевляющей проповеди, он приступил к торжественному акту посвящения двенадцати. В ту субботу, пополудни, Иисус собрал своих апостолов вокруг себя на склоне горы и передал их в руки своего небесного Отца, готовясь к тому дню, когда он будет вынужден оставить их одних в мире. На этот раз апостолы не услышали новых учений; время прошло в дружеском общении.
       Иисус напомнил о многих положениях проповеди рукоположения, а затем, вызывая их к себе по одному, он поручил им идти в мир в качестве своих представителей. Посвященческое напутствие Учителя было следующим: «Идите по всему миру и проповедуйте благую весть о царстве. Освобождайте духовных пленников, утешайте угнетённых и помогайте страждущим. Даром получили, даром давайте».
       Иисус советовал им не брать с собой ни денег, ни запаса одежды, говоря: «Работник стоит своей оплаты». В заключение он сказал: «И вот, я посылаю вас, словно овец к волкам; так будьте мудры, как змеи, и невинны, как голуби. Но будьте внимательны, ибо враги ваши будут приводить вас в свои советы и в своих синагогах будут осуждать вас. И поведут вас к правителям и царям, потому что вы верите в это евангелие, и сами речи ваши будут для них свидетельством обо мне. И когда они поведут вас на суд, не беспокойтесь о том, что сказать, ибо дух моего Отца пребывает в вас и в такое время будет говорить через вас. Некоторых из вас казнят, и прежде чем установить царство на земле, вы будете ненавидимы многими людьми за это евангелие; но не бойтесь: я буду с вами, и дух мой обойдёт прежде вас весь мир. И присутствие моего Отца будет с вами, когда сначала вы пойдёте к евреям, а затем к иноверцам».
       И спустившись с горы, они вернулись назад к своему жилищу в доме Зеведея.
       
       10.    Вечером в день посвящения.
       
       В тот день, обучая в доме, поскольку начался дождь, Иисус долго говорил, пытаясь объяснить апостолам, чем они должны быть, а не что они должны делать. Они знали только такую религию, которая предписывала делать определённые вещи для того, чтобы обрести праведность – спасение. Иисус же повторял: «В царстве вы должны быть праведными, чтобы выполнять свой труд». Много раз он повторял им: «Будьте совершенны, как совершенен Отец ваш небесный». 
       Учитель постоянно объяснял своим смущённым апостолам, что спасение, которое он пришёл дать миру, достижимо только для верующего человека – только через простую и искреннюю веру. Иисус сказал: «Иоанн проповедовал крещение покаяния, раскаяния в прежней жизни. Вам же предстоит провозглашать крещение братства с Богом. Проповедуйте покаяние тем, кто нуждается в таком учении; для тех же, кто уже ищет искренний вход в царство, широко распахните двери и призывайте их войти в радостное братство сынов Бога». Но это была сложная задача – убедить галилейских рыбаков в том, что в царстве сначала нужно быть праведным через веру для того, чтобы вершить праведность в каждодневной жизни земных смертных.
       Другой огромной помехой в этой работе по обучению двенадцати была их склонность превращать высокоидеалистические и духовные принципы религиозной истины в конкретные правила личного поведения. Иисус хотел явить им тот прекрасный дух, которым исполнено отношение души; они же упорно пытались перевести такие учения в правила личного поведения. Не раз, заботясь о том, чтобы запомнить сказанное Учителем, они почти начисто забывали то, что он  не  говорил. Однако понемногу они усваивали его учение, потому что Иисус был всем тем, чему он учил. То, что они не могли почерпнуть из его словесных наставлений, они постепенно обретали благодаря тому, что жили рядом с ним.
       Для апостолов не было очевидным, что жизнь их Учителя была призвана духовно воодушевлять каждое создание, в каждую эпоху, на каждом мире обширной вселенной. Хотя Иисус периодически говорил им об этом, апостолы не понимали идею его труда на этой планете, но для всех остальных миров его огромного творения. Иисус прожил свою земную жизнь на Урантии не для того, чтобы на своём личном примере показать, какой должна быть смертная жизнь мужчин и женщин этого мира, а для того, чтобы создать высокий духовный и вдохновляющий идеал для всех смертных существ на всех мирах.
       В тот же вечер Фома спросил Иисуса: «Учитель, ты говоришь, что мы должны стать, как малые дети, прежде чем сможем войти в царство Отца – и в то же время ты предупреждаешь нас остерегаться лжепророков и не бросать жемчуга свиньям. Честно говоря, я озадачен. Я не понимаю твоего учения». Иисус ответил Фоме: «Сколько же мне ещё терпеть вас! Вечно вы пытаетесь понять буквально всё, чему я учу. Когда в качестве платы за вступление в царство я попросил вас стать, как малые дети, я говорил не о лёгкости обольщения, не об обыкновенной доверчивости и не о готовности доверять угодливым незнакомцам. В действительности, я хотел, чтобы в этом примере вы увидели взаимоотношения дитя и отца. Вы – дети, и вы ищете вступления в царство именно вашего Отца.
       Между каждым нормальным ребёнком и отцом есть то естественное чувство, которое обеспечивает отзывчивость и взаимную любовь и которое навечно предотвращает любую склонность торговаться из-за любви и милосердия Отца. И евангелие, с проповедью которого вы отправляетесь в путь, говорит о спасении, вырастающем именно из таких вероисповедных и вечных взаимоотношений дитя и отца».

       Характерной чертой учения Иисуса было то, что нравственность  его философии проистекала из личных взаимоотношений индивидуума с Богом – всё тех же взаимоотношений дитя и отца. Иисус придавал особое значение индивидууму, а не расе или нации. За ужином, в разговоре с Матфеем, Иисус объяснил, что нравственность любого поступка определяется побуждением индивидуума. Нравственность Иисуса всегда была позитивной. В новой формулировке Иисуса золотое правило требует активного социального контакта; прежнее негативное правило можно было соблюдать и в изоляции. Иисус освободил нравственность от всяких норм и обрядов, возвысив её до величественных уровней духовного мышления и истинно праведной жизни.
       Эта новая религия Иисуса не лишена практического смысла, однако любая извлекаемая из его учения практическая ценность в политической, социальной или экономической сфере является естественным претворением этого внутреннего опыта души, который проявляется в духовных плодах непосредственного ежедневного служения, свидетельствующего о подлинном личном религиозном опыте.
       После того, как Иисус и Матфей закончили свой разговор, Симон Зелот спросил: «Однако, Учитель, все ли люди являются сынами Бога?» И Иисус ответил: «Да, Симон, все люди – сыны Бога, и это та благая весть, которую вам предстоит возвестить». Но апостолы были неспособны постигнуть такое учение; это сообщение было новым, странным и поразительным. Именно из-за своего желания внушить эту истину апостолам Иисус учил своих последователей обращаться со всеми людьми, как со своими братьями.
       Отвечая на вопрос, заданный Андреем, Учитель разъяснил, что мораль его учения неотделима от религии его жизни. Он учил морали, исходя не из природы человека, а из отношения человека к Богу.
       Иоанн спросил у Иисуса: «Учитель, что такое царство небесное?» Иисус ответил: «Сущность царства небесного троична: во-первых, признание факта всевластия Бога; во-вторых, убеждённость в истине сыновства по отношению к Богу; и в-третьих, вера в плодотворность высшего человеческого желания исполнять волю Бога – стать подобным Богу. И благая весть евангелия заключается в том, что благодаря своей вере каждый смертный может постигнуть эти важнейшие условия спасения».
        Неделя ожидания подошла к концу, и они приготовились на следующий день отправиться в Иерусалим.
       
       
       Начало общественного труда (док.141).
       
                            1. Покидая Галилею. 
                            2. Закон Бога и воля Отца.
                            3. Пребывание в Амафе.
                            4. Учение об Отце.
                            5. Духовное единство. 
                            6. Последняя неделя в Амафе. 
                            7. В заиорданской Вифании. 
                            8. Работа в Иерихоне. 
                            9. Отбытие в Иерусалим.         
       В первый день недели, 19 января 27 года н.э., Иисус и двенадцать апостолов приготовились покинуть свой центр в Вифсаиде. Апостолы ничего не знали о планах своего Учителя кроме того, что они должны были отправиться в Иерусалим, чтобы побывать в апреле на праздновании Пасхи, и что им предстояло идти долиной Иордана. Только к полудню они смогли покинуть дом Зеведея, так как семьи апостолов и другие ученики пришли попрощаться с ними и пожелать им успехов в новом деле, к которому они собирались приступить.
       Перед самым уходом апостолы заметили отсутствие Учителя, и Андрей пошёл его искать. Вскоре он нашёл Иисуса на берегу; тот сидел в лодке и плакал. Апостолы часто видели Учителя в минуты, когда он казался глубоко опечаленным, и им случалось видеть его в короткие периоды серьёзной задумчивости, однако никто из них никогда не видел его плачущим. Такая взволнованность Учителя накануне их отбытия в Иерусалим настолько изумила Андрея, что он решился подойти к Иисусу и спросить: «Учитель, в этот великий день, когда нам предстоит отправиться в Иерусалим и возвестить царство Отца, отчего ты плачешь? Кто из нас обидел тебя?» Возвращаясь вместе с Андреем назад, к апостолам, Иисус ответил: «Никто из вас не огорчил меня. Я опечален лишь тем, что ни один из членов семьи моего отца Иосифа не вспомнил об этом дне и не пришёл сюда, чтобы пожелать нам удачи». В это время Руфь гостила у своего брата Иосифа в Назарете. Других членов семьи удерживали гордость, разочарование, непонимание и мелочные обиды от оскорблённых чувств.
       
       1.   Покидая Галилею.
       
       Капернаум находился недалеко от Тивериады, и слава Иисуса уже начала распространяться по всей Галилее и даже за её пределами. Иисус знал, что вскоре Ирод начнёт обращать внимание на его труд; поэтому он считал, что лучше всего было бы отправиться вместе со своими апостолами на юг, в Иудею. Группа из более чем ста верующих пожелала идти вместе с ними, но Иисус поговорил с этими людьми, попросив их не следовать за апостольской группой на юг вдоль Иордана. Хотя эти верующие согласились остаться, через несколько дней многие их них отправились вслед за Учителем.
       В первый день Иисус и апостолы дошли только до Тарихеи, где остановились на ночлег. На следующий день они достигли того места у Иордана недалеко от Пеллы, где примерно годом ранее проповедовал Иоанн и где принял крещение Иисус. Здесь они учили и проповедовали более двух недель. К концу первой недели рядом с тем местом, где расположились Иисус и апостолы, появился лагерь из нескольких сот человек, пришедших сюда из Галилеи, Финикии, Сирии, Декаполиса, Переи и Иудеи.
       Иисус не выступал с публичными проповедями. Андрей делил народ на группы и назначал проповедников для утренних и послеполуденных собраний; после ужина Иисус беседовал с апостолами. Он не учил их чему-либо новому, повторяя свои прежние учения и отвечая на их многочисленные вопросы. В один из этих вечеров он рассказал им кое-что о сорока днях, проведённых  на холмах  неподалёку  от этого места.
       Многие из тех, кто пришёл сюда из Переи и Иудеи, были крещены Иоанном и хотели лучше познакомиться с учениями Иисуса. Апостолы добились больших успехов в обучении последователей Иоанна, поскольку они никоим образом не умаляли его проповедь, а также потому, что в то время они даже не крестили своих новых учеников. Однако вечным камнем преткновения для приверженцев Иоанна было то, что Иисус – если он являлся всем тем, о чём объявил Иоанн, – ничего не сделал для освобождения его из тюрьмы. Последователи Иоанна так и не поняли, почему Иисус не предотвратил жестокую смерть их любимого лидера.
       Из вечера в вечер Андрей тщательно наставлял своих собратьев-апостолов в тонком и трудном деле сохранения хороших отношений с последователями Иоанна Крестителя. В течение первого года общественного служения Иисуса более трёх четвертей его приверженцев относились к числу тех, кто ранее следовал за Иоанном и принял от него крещение. В течение всего 27 года н.э. они неприметно принимали на себя труд Иоанна в Перее и Иудее.
       
       2.   Закон Бога и воля Отца.
       
       Вечером накануне отбытия из Пеллы Иисус дал своим апостолам дополнительные разъяснения относительно нового царства. Учитель сказал: «Вас учили ожидать наступления царства Бога; я же пришёл возвестить, что это долгожданное царство приблизилось, даже что оно уже здесь и среди нас. В каждом царстве должен быть царь, сидящий на своём троне и возвещающий законы этого царства. Поэтому у вас сложилось представление о царстве небесном как о прославленном правлении еврейского народа над всеми народами земли и о Мессии, сидящем на троне Давида и с этого места чудодейственной власти провозглашающего законы для всего мира. Однако, дети мои, вы не смотрите глазами веры, и вы не слушаете в духе. Я заявляю, что царство небесное есть осознание и признание правления Бога в сердцах людей. Воистину, в этом царстве есть Царь, и этим  Царём  является мой Отец и ваш Отец. Мы действительно являемся его верными подданными, но неизмеримо выше этого факта – преображающая истина о том, что мы являемся его сынами. В моей жизни эта истина должна быть проявлена для всех. Наш Отец также восседает на троне, но троне нерукотворном. Трон Бесконечного – это вечная обитель Отца на небесах небес; он наполняет собою всё сущее и возвещает свои законы вселенным вселенных. И Отец также правит в сердцах своих детей на земле через тот дух, который он посылает жить в душах смертных людей.
       Когда вы являетесь подданными этого царства, вы действительно способны слышать закон Правителя Вселенной; но когда, благодаря евангелию царства, которое я пришёл возвестить, вы глазами своей веры обнаружите, что являетесь сынами, то с этого времени вы будете видеть себя не законопослушными  подданными  всемогущего царя, а приближенными сынами любящего и божественного Отца. Истинно, истинно вам  говорю, что когда воля Отца является вашим законом, вы едва ли пребываете в царстве. Но когда воля Отца поистине становится вашей волей, то вы в самом истинном смысле обретаете царство, ибо это означает, что царство стало вашим непреложным опытом. Когда воля Бога – ваш закон, вы являетесь благородными рабами-подданными; но когда вы верите в это новое евангелие божественного сыновства, воля моего Отца становится вашей волей, и вы возвышаетесь до высокого положения свободных детей Бога, вольных сынов царства».

       Некоторые из апостолов восприняли что-то из этого учения, но ни один из них не постигнул всей значимости этого потрясающего возвещения, за исключением, может быть, Иакова Зеведея. Однако эти слова запали в их сердца и исходили оттуда в последующие годы, внося радость в их служение.
       
       3.   Пребывание в Амафе.
       
       Почти три недели Учитель и его апостолы находились поблизости от Амафа. Апостолы по-прежнему дважды в день выступали с проповедями перед народом, а по субботам, во второй половине дня, со своей проповедью обращался Иисус. Продолжать отдых по средам стало невозможным; поэтому Андрей договорился о том, чтобы в течение шестидневной недели каждый день двое из апостолов отдыхали, а во время субботних богослужений трудились все.
       Чаще других с проповедями выступали Пётр, Иаков и Иоанн. Филипп, Нафанаил, Фома и Симон уделяли много внимания индивидуальному труду и вели занятия в специальных группах интересующихся; близнецы продолжали наблюдать за порядком, в то время как Андрей, Матфей и Иуда втроём осуществляли общее руководство, хотя каждый из этих трёх апостолов также вёл большую религиозную работу.
       Андрею приходилось постоянно улаживать недоразумения и разногласия между учениками Иоанна и новыми учениками Иисуса. То и дело возникали серьёзные проблемы, однако, с помощью других апостолов, Андрею удавалось хотя бы на время приводить конфликтующие стороны к временному соглашению. Иисус отказывался участвовать в таких собраниях; не давал он и совета, как лучше улаживать эти трудности. Он ни разу не подсказал апостолам, как им следует справляться с такими озадачивающими проблемами. Когда Андрей приходил к Иисусу с этими вопросами, он всегда говорил: «Неразумно хозяину участвовать в семейных спорах своих гостей; мудрый родитель никогда не принимает чью-либо сторону в мелких ссорах своих детей».
       Учитель обнаруживал огромную мудрость и проявлял совершенную справедливость во всех отношениях со своими апостолами и со всеми учениками. Иисус был воистину учителем людей; он оказывал на своих собратьев огромное влияние благодаря сочетанию обаяния и силы в своей личности. Его суровая, кочевая и бездомная жизнь оказывала неуловимо доминирующее воздействие. Его властная манера обучения, ясная логика, сила аргументации, прозорливая интуиция, живость ума, несравненная выдержка и возвышенная терпимость были привлекательны для разума и притягательны для духа. Он был простым, мужественным, искренним и бесстрашным. При всём физическом и интеллектуальном воздействии, которое ощущалось в присутствии Учителя, в нём также были все те черты духовного очарования, которые стали ассоциироваться с его личностью – терпение, отзывчивость, кротость, мягкость и смирение.
       Иисус Назарянин был воистину сильной и волевой личностью; он обладал интеллектуальным могуществом и духовной твёрдостью. Его личность привлекала не только женщин духовного склада из числа его последователей, но и образованного, интеллектуального Никодима, равно как и закалённого в сражениях римского воина – капитана, поставленного сторожить крест, который – увидев, как умирал Учитель, – произнёс: «Воистину это был Сын Бога». И мужественные, суровые галилейские рыбаки называли его Учителем.
        Изображения Иисуса крайне неудачны. Эти запечатлевшие Христа картины оказывают вредное воздействие на молодёжь; храмовые торговцы вряд ли бросились бы бежать от Иисуса, будь он таким, каким его обычно изображали ваши художники. Его характеризовала величавая мужественность; он был доброжелательным, но естественным. Иисус не казался мягким, сентиментальным, тихим и добродушным мистиком. Его учение было захватывающе действенным. Он не только имел благие намерения, но он ходил, действительно творя добро.
       Учитель никогда не говорил: «Придите ко мне, все праздные и мечтатели». Однако он действительно не раз говорил: «Придите ко мне все вы, кто трудится, и я дам вам покой – духовную силу». Бремя Учителя действительно легко, но несмотря на это, он никогда не принуждает к нему; каждый человек должен принять это бремя по своей собственной свободной воле.
       Иисус показал, что победа достигается через жертву, но жертву гордости и эгоизма. Под проявлением милосердия он имел в виду духовное освобождение от всех обид, жалоб, гнева, жажды личной власти и мести. И когда он сказал «не противьтесь злу», то позже он объяснил, что не имел в виду потворствовать греху и не советовал брататься с пороком. Подлинный смысл его слов – учить прощению, «не противиться злонамеренному отношению к своей личности, злонамеренному оскорблению чувства личного достоинства».
       
       4.   Учение об Отце.
       
       В Амафе Иисус провёл много времени с апостолами, объясняя им новую концепцию Бога; вновь и вновь он убеждал их в том, что Бог есть Отец, а не великий верховный счетовод, занятый в основном регистрацией поступков, очерняющих его заблуждающихся детей на земле, – учётом греха и зла, – чтобы впоследствии использовать их на своём суде, который он вершит над ними в качестве справедливого Судьи всего творения. Евреи уже давно представляли Бога  царём  всего сущего и даже Отцом  нации, однако никогда ещё большое число смертных не представляло Бога любящим Отцом индивидуума.
       В ответ на вопрос Фомы: «Кто он, этот Бог царства?» Иисус ответил: «Бог – это твой Отец, и религия – моё евангелие – есть ни что иное, как осознание в вере истины о том, что ты являешься его сыном. И я пребываю здесь, среди вас, во плоти для того, чтобы в моей жизни и учениях сделать эти идеи очевидными».
       Иисус стремился также освободить разумы своих апостолов от представления, согласно которому принесение в жертву животных является религиозным долгом. Однако эти люди, воспитанные в религии каждодневных жертвоприношений, плохо понимали, что он имеет в виду. Тем не менее, Учитель не терял терпения. Если ему не удавалось добиться понимания от всех апостолов с помощью одного примера, он заново формулировал свою мысль, используя для наглядности иную притчу.
       Одновременно с этим Иисус начал более подробно разъяснять двенадцати их миссию «утешать страждущих и служить больным». Учитель много говорил им о человеке как едином целом – союзе тела, разума и духа, образующем индивидуума, мужчину или женщину. Иисус рассказал своим соратникам о трёх формах недугов, с которыми им предстояло столкнуться, и объяснял, как следует помогать всем, кто страдает от мук, причиняемых человеческими заболеваниями. Он учил их различать:
       1. Болезни плоти – те недуги, которые обычно считаются физическими заболеваниями.
       2. Расстройства разума – те недуги нефизического характера, которые впоследствии стали считать эмоциональными и психическими отклонениями и расстройствами.
       3. Одержимость злыми духами.
       В ряде случаев Иисус объяснял своим апостолам сущность и касался происхождения этих злых духов, в то время нередко называемых также нечистыми духами. Учитель хорошо знал отличие одержимости злыми духами от безумия, но апостолы этого не знали. Кроме того, ввиду их ограниченных познаний в области ранней истории Урантии, Иисус не мог взяться за всестороннее разъяснение этого вопроса. Однако он не раз говорил им, имея в виду этих злых духов: «Они перестанут досаждать людям после того, как я вознесусь к своему небесному Отцу и изолью свой дух на всю плоть в те времена, когда царство придёт в великом могуществе и духовной славе».
        В течение всего этого года, из недели в неделю, из месяца в месяц апостолы всё больше внимания уделяли уходу за больными.
       
       5.    Духовное единство.
       
       Одним из самых богатых на события вечерних собраний в Амафе стало занятие, посвящённое  обсуждению духовного единства. Иаков Зеведеев спросил: «Учитель, как нам научиться единству взглядов и тем самым добиться большего согласия между собой?» Услышав этот вопрос, Иисус был настолько взволнован, что ответил: «Иаков, Иаков, когда я учил вас, что вы должны все видеть одинаково? Я пришёл в этот мир провозгласить духовную свободу для того, чтобы смертные получили возможность жить самобытной и свободной жизнью перед Богом. Я не желаю, чтобы гармония в обществе и братский мир покупались ценой принесения в жертву свободы личности и духовной самобытности. То, чего я требую от вас, мои апостолы, есть духовное единство, – а его вы способны испытать в радости  объединённой  преданности беззаветному исполнению воли моего небесного Отца. Вам не нужно одинаково видеть, одинаково чувствовать или даже одинаково думать, чтобы быть одинаковыми духовно. Духовное единство рождается из сознания того, что в каждом из вас пребывает и всё более преобладает духовный дар небесного Отца. Ваша апостольская гармония должна произрастать из того факта, что духовные надежды каждого из вас идентичны по своему происхождению, сущности и предназначению.
       Так вы сможете испытать ставшее совершенным единство духовной цели и духовного понимания, которые произрастают из вашего взаимного осознания идентичности Райских духов, пребывающих в каждом из вас; и вы можете насладиться этим глубочайшим духовным единством, несмотря на величайшее разнообразие своих индивидуальных особенностей в интеллектуальном мышлении, эмоциональном ощущении и социальном поведении. Ваши личности могут отличаться живительным разнообразием и явной непохожестью, в то время как ваши духовные сущности и духовные плоды, приносимые божественным поклонением и братской любовью, могут быть столь объединёнными, что все свидетели вашей жизни наверняка заметят это духовное тождество и душевное единство; они поймут, что вы были со мной, благодаря чему научились – и научились достойно – исполнять волю небесного Отца. Вы можете достичь единства в служении Богу, даже если совершаете это служение в соответствии с вашими индивидуальными дарованиями разума, тела и духа.
       Ваше духовное единство подразумевает две вещи, которые всегда будут пребывать в гармонии в жизни отдельного верующего: во-первых, вы обладаете общим побуждением – прожить свою жизнь в служении; все вы превыше всего желаете исполнять волю небесного Отца. Во-вторых, у всех вас есть общая цель бытия – найти небесного Отца и тем самым доказать вселенной, что вы стали такими, как он».

       Много раз за время подготовки двенадцати Иисус возвращался к этой теме. Он неоднократно повторял им, что не желает, чтобы те, кто верит в него, стали приверженцами догм и норм в соответствии с религиозными толкованиями пусть даже благих людей. Раз за разом он предостерегал своих апостолов против формулирования символов веры и установления традиций как способа руководства и управления верующими в евангелие царства.
       
       6.   Последняя неделя в Амафе.
       
       К концу последней недели,  проведённой в Амафе, Симон Зелот привёл к Иисусу перса по имени Тегерма – коммерсанта, ведущего дела в Дамаске. Тегерма прослышал об Иисусе и прибыл в Капернаум, чтобы увидеть его, но там узнал, что Иисус отправился со своими апостолами по иорданской дороге в Иерусалим, и последовал за ним. Андрей представил Тегерму Симону для наставления. Симон считал его «огнепоклонником», несмотря на все попытки Тегермы объяснить ему, что огонь является всего лишь зримым символом Чистого и Святого. После разговора с Иисусом перс заявил о своём желании остаться на несколько дней, чтобы присутствовать на уроках и слушать проповеди.
       Когда Симон Зелот и Иисус остались одни, Симон спросил Учителя: «Почему же мне не удалось уговорить его? Почему он так упорно противился мне и с такой готовностью стал слушать тебя?» Иисус ответил: «Симон, Симон, сколько раз я говорил тебе о необходимости воздерживаться от любых попыток изъять что-либо из сердец людей, которые ищут спасения? Сколько раз я призывал вас трудиться только над тем, чтобы вложить нечто в эти жаждущие души? Веди людей в царство и великие, живые истины царства вскоре вытеснят любое  серьёзное  заблуждение. Когда ты уже познакомил смертного человека с тем, что Бог является его Отцом, тебе легче убедить его, что он действительно является сыном Бога. И сделав это, ты тем самым принесёшь свет спасения тому, кто пребывает во тьме. Симон, когда Сын Человеческий впервые пришёл к вам, явился ли он с обличением Моисея и пророков и возвещением новой и лучшей жизни? Нет. Я пришёл не для того, чтобы забрать то, что досталось вам от предков, но для того, чтобы явить более совершенное представление о том, что ваши отцы видели лишь частично. Потому ступай, Симон, учи царству и проповедуй его, и когда человек надёжно и уверенно утвердится в царстве и обратится к тебе с расспросами, тогда и настанет время рассказать ему о последовательном восхождении души в божественном царстве».
       Симон был изумлён этими словами, но сделал так, как велел ему Иисус, и перс Тегерма оказался среди тех, кто вошёл в царство.
       В ту ночь Иисус беседовал с апостолами о новой жизни в царстве. В числе прочего он сказал: «Когда вы вступаете в царство, вы рождаетесь заново. Вы не можете учить глубоким духовным истинам тех, кто рождён только во плоти; прежде чем пытаться научить человека более высоким путям духа, позаботьтесь о том, чтобы он родился в духе. Не пытайтесь показать людям красоты храма, не приведя их сначала в этот храм. Представьте людей Богу в качестве сынов Бога, прежде чем беседовать о доктринах отцовства Бога и сыновства людей. Не конфликтуйте с людьми – всегда будьте терпеливы. Это не ваше царство; вы являетесь всего лишь посланниками. Просто идите и возвещайте: вот царство небесное – Бог ваш Отец, и вы его сыны; и эта благая весть, если вы верите в  неё  всем сердцем, является вашим вечным спасением».
       Апостолы добились огромных успехов за время пребывания в Амафе. Однако они были весьма разочарованы тем, что Иисус не дал им никаких рекомендаций относительно того, как вести себя с учениками Иоанна. Даже о таком важном вопросе, как крещение, Иисус сказал лишь одно: «Иоанн действительно крестил водой, но когда вы войдёте в царство небесное, вы будете крещены Духом».
       
       7.   В заиорданской Вифании.
       
       26 февраля Иисус, его апостолы и большая группа последователей отправились вдоль Иордана к переправе у Вифании в Перее; это было на том месте, где Иоанн впервые возвестил о грядущем царстве. Иисус и апостолы оставались здесь в течение четырёх недель, обучая и проповедуя, после чего они продолжили путь в Иерусалим.
       Через неделю после прибытия в заиорданскую Вифанию Иисус, вместе с Петром, Иаковом и Иоанном, отправился на другой берег реки – в горы к югу от Иерихона – для трёхдневного отдыха. Учитель раскрыл этим трём апостолам много новых и более глубоких истин о царстве небесном. В данном повествовании мы излагаем эти учения в реорганизованном и систематизированном виде:
       Учитель старался разъяснить своим апостолам следующее: он желает, чтобы его ученики, вкусившие благих духовных реальностей царства, жили в этом мире так, чтобы люди, видя их жизнь, осознавали бы царство и, благодаря этому, ощущали бы потребность узнать у верующих о путях царства. Все такие искренние искатели истины всегда рады услышать благую весть о том даре веры, который обеспечивает вхождение в царство с его вечными и божественными духовными реальностями.
       Иисус стремился внушить всем учителям евангелия царства, что их единственная задача – раскрывать каждому человеку Бога как Отца: привести этого индивидуума к осознанию своего сыновства, а затем представить того же человека Богу в качестве его сына в вере. Обе эти принципиальные истины раскрываются в Иисусе. Он воистину стал «путём, истиной и жизнью». Религия Иисуса целиком была основана на его посвященческой жизни на земле. Когда Иисус покинул этот мир, он не оставил после себя ни книг, ни законов ни других форм систематизации человеческого опыта, оказывающих воздействие на религиозную жизнь индивидуума.
       Иисус подробно разъяснял, что он пришёл для установления таких личных и вечных отношений с людьми, которые навсегда стали бы первостепенными по сравнению со всеми остальными человеческими отношениями. И он  подчёркивал, что это сокровенное духовное братство должно распространяться на всех людей, всех возрастов и в любых социальных условиях среди всех народов. Единственной наградой, которую он предлагал своим детям было: в этом мире – духовная радость и общение с Богом; в мире грядущем – вечная жизнь постепенного восхождения в божественных духовных реальностях Райского Отца.
       Иисус придавал особое значение тому, что он называл двумя истинами первостепенной важности в учениях о царстве, а именно: достижение спасения через веру и только веру в сочетании с революционным учением о достижении человеческой свободы посредством искреннего осознания истины: «Вы познаете истину, и истина сделает вас свободными». Иисус являлся истиной, представшей во плоти, и он обещал послать свой Дух Истины в сердца всех своих детей после возвращения к небесному Отцу.
       Иисус учил этих апостолов основам истины, рассчитанным на целую земную эпоху. Часто апостолы слушали его учения, предназначавшиеся в действительности для воодушевления и просвещения других миров. Он явил собою пример нового и самобытного образа жизни. С человеческой точки зрения, он действительно был евреем, но он прожил свою жизнь для всего мира в качестве смертного данного мира.
       Для того чтобы обеспечить признание Отца в претворении плана царства Иисус объяснил, что он сознательно не обращал внимания на «сильных мира сего». Он начал свой труд с бедных, с того самого класса, который в значительной мере игнорировался большинством предшествовавших эволюционных религий. Он не презирал ни одного человека; его план был всемирным, даже вселенским. Из-за необыкновенной смелости и выразительности его заявлений у Петра, Иакова и Иоанна возникала мысль о том, что он, возможно, не в себе.
       Он пытался мягко внушить этим апостолам ту истину, что он явился с посвященческой миссией не для того, чтобы послужить примером горстке земных созданий, а для того, чтобы установить и показать образец человеческой жизни для всех народов, во всех мирах, по всей своей вселенной. И этот образец приближался к высшему совершенству и даже к окончательной добродетели Всеобщего Отца. Однако апостолы не могли понять смысла его слов.
       Иисус заявил, что пришёл для того, чтобы быть учителем – учителем, посланным с небес для раскрытия духовной истины материальному разуму. Именно таким он и был – учителем, а не проповедником. С человеческой точки зрения, Пётр являлся значительно более действенным проповедником, чем Иисус. Проповедь Иисуса была столь результативной, прежде всего благодаря его уникальной личности, а не его неотразимому красноречию или эмоциональности. Иисус обращался непосредственно к душам людей. Он был учителем человеческого духа, но действовал через разум. Он жил с людьми.
       Именно в этот раз Иисус дал понять Петру, Иакову и Иоанну, что его труд на земле в некоторых отношениях ограничен поручением, данным его «небесным соратником», имея в виду предпосвященческие наставления его Райского брата Эммануила. Он сказал им, что пришёл исполнять волю Отца – и только волю Отца. Существующее в мире зло не столь сильно тревожило его потому, что он без остатка отдавал себя служению одной-единственной цели.
       Постепенно апостолы начали отмечать неподдельное дружелюбие Иисуса. Несмотря на свою открытость, Учитель всегда жил независимо от всех людей и как бы над ними. Он никогда, ни на мгновение, не был подвластен какому-либо чисто смертному влиянию или переменчивым человеческим суждениям. Он не обращал внимания на общественное мнение и оставался безучастным к похвале. Он редко тратил время на то, чтобы исправить недоразумение или возмутиться неправильным толкованием. Он никогда ни у одного человека не спрашивал совета; он никогда не просил за себя молиться.
       Иаков был потрясён способностью Иисуса видеть всё от начала до конца. Учитель редко казался удивлённым. Он никогда не бывал взволнован, раздосадован или смущён. Он никогда не извинялся ни перед одним человеком. Временами он был опечален, но никогда не приходил в уныние.
       Иоанн с ещё большей ясностью осознал, что Иисус – несмотря на все его божественные дарования – в конечном счёте, был человеком. Иисус жил как человек среди людей; он понимал и любил людей и знал, как ими руководить. В своей личной жизни он был истинным человеком – и вместе с тем, человеком истинно безупречным. И он всегда был бескорыстным.
       Хотя Пётр, Иаков и Иоанн не смогли понять многого из того, что сказал им Иисус в тот день, его благодатные слова запали им в сердце и после распятия и воскресения эти слова пробудились в их памяти, обогатив и наполнив радостью их последующее служение. Неудивительно, что эти апостолы не до конца постигли слова Учителя, – ведь он раскрывал перед ними план новой эпохи.
       
       8.   Работа в Иерихоне.
       
       На протяжении  четырёх  недель, проведённых в заиорданской Вифании, несколько раз в неделю Андрей отправлял апостолов попарно в Иерихон на один или два дня. В Иерихоне у Иоанна было много последователей, и большинство из них приветствовало более прогрессивные учения Иисуса и его апостолов. Во время таких посещений Иерихона апостолы начали уделять больше внимания наставлениям Иисуса о служении больным; они заходили в каждый дом в этом городе и старались дать утешение каждому страждущему человеку.
       В Иерихоне апостолы иногда выступали с проповедями, но в основном их усилия носили более неприметный и индивидуальный характер. Теперь они обнаружили, что благая весть о царстве приносит большое облегчение больным, что их послание несёт в себе исцеление недугов. Именно в Иерихоне они впервые в полной мере выполнили поручение Иисуса – проповедовать благую весть о царстве и помогать страждущим.
       По пути в Иерусалим они остановились в Иерихоне, где их нагнала делегация из Месопотамии, члены которой прибыли побеседовать с Иисусом. Апостолы предполагали задержаться здесь только на день, но после прибытия этих искателей истины с Востока Иисус провёл с ними три дня, и они вернулись в родные места к берегам Евфрата в радости знания новых истин о царстве небесном.
       
       9.   Отбытие в Иерусалим.
       
       В понедельник, последний день марта, Иисус и апостолы начали подниматься на холмы, лежащие на пути к Иерусалиму. Ранее Лазарь из Вифании уже дважды приходил к Иисусу на Иордан и было подготовлено всё необходимое для того, чтобы Учитель и его апостолы могли расположиться у Лазаря и его сестёр и жить там в течение всего их пребывания в Иерусалиме.
       Ученики Иоанна остались в заиорданской Вифании, где учили и крестили народ, поэтому, когда Иисус появился в доме Лазаря, его сопровождали только двенадцать. Здесь Иисус и апостолы оставались в течение пяти дней, отдыхая и восстанавливая силы, прежде чем отправиться на Пасху в Иерусалим. Для Марфы и Марии это стало огромным событием в жизни – принимать Учителя и его апостолов в доме их брата, где они могли ухаживать за ними.
       Утром в воскресенье, 6 апреля, Иисус и апостолы отправились в Иерусалим; и впервые Учитель и все двенадцать были там вместе.
       
       
       Пасха в Иерусалиме (док.142)
       
                            1. Обучение в Храме. 
                            2. Гнев Бога. 
                            3. Представление о Боге. 
                            4. Флавий и греческая культура.
                            5. Беседа об уверенности. 
                            6. Встреча с Никодимом. 
                            7. Урок о семье. 
                            8. В южной Иудеи.        
       В апреле Иисус и апостолы трудились в Иерусалиме, покидая город каждый вечер и проводя ночь в Вифании. Сам Иисус одну или две ночи в неделю проводил в Иерусалиме в доме Флавия – греческого еврея, куда тайно приходили многие видные иудеи, желавшие побеседовать с Иисусом.
       В первый же день Иисус посетил своего друга прошлых лет Анну, бывшего первосвященника и родственника Саломии, жены Зеведея. Анна был наслышан об Иисусе и его учениях, и когда Иисус появился в доме первосвященника, ему был оказан весьма холодный  приём. Когда Иисус почувствовал неприветливость Анны, он сразу же распрощался, сказав перед уходом: «Страх – главный поработитель человека, а гордыня – его огромная слабость; предашь ли ты себя – отдашь ли себя в кабалу этим двум разрушителям радости и свободы?». Но Анна ничего не ответил. Больше Учитель не встречался с Анной вплоть до того дня, когда тот, вместе со своим зятем, судил Сына Человеческого.
       
       1.   Обучение в Храме.
       
       В течение всего этого месяца Иисус или один из апостолов ежедневно учили в храме. Когда пасхальные толпы становились такими плотными, что было невозможно попасть в храм, апостолы учили в нескольких группах за пределами священных стен. Основное содержание их послания заключалось в следующем:
       1. Приблизилось царство небесное.
       2. Через веру в отцовство Бога вы можете войти в царство небесное и тем самым стать сынами Бога.
       3. Любовь есть правило жизни в царстве – высшая преданность Богу и любовь к ближнему, как к самому себе.
       4. Подчинение воле Отца, приносящее плоды духа в личной жизни человека, является законом царства.
       Толпы, прибывшие на празднование Пасхи, слышали это учение Иисуса, и сотни людей возрадовались благой вести. Первосвященники и правители евреев были сильно обеспокоены деяниями Иисуса и его апостолов и спорили между собой о том, что с ними делать.
       Кроме обучения в храме и вблизи него, апостолы и другие верующие проводили большую индивидуальную работу среди пасхальных толп. Заинтересовавшись посланием Иисуса во время празднования Пасхи, эти мужчины и женщины разнесли его в самые отдалённые уголки Римской империи и Востока. Это стало началом распространения евангелия царства по всему миру. С тех пор труд Иисуса уже не ограничивался только Палестиной.
       
       2.   Гнев Бога.
       
       Среди прибывших в Иерусалим на празднование Пасхи был некий Иаков – богатый еврейский торговец с Крита, который пришёл к Андрею с просьбой увидеть Иисуса с глазу на глаз. Андрей организовал эту тайную встречу с Иисусом в доме Флавия вечером следующего дня. Этот человек не мог понять идей Учителя и пришёл для того, чтобы подробнее расспросить его о царстве Бога. Иаков сказал Иисусу: «Однако, Рабби, Моисей и древние пророки говорят нам, что Яхве – Бог ревнивый, Бог великой ярости и лютого гнева. У пророков сказано, что он ненавидит злодеев и мстит всем законоотступникам. Ты же и твои ученики учите нас, что Бог – это добрый и сострадательный Отец, который настолько любит всех людей, что с радостью примет их в своём новом царстве, которое, как ты заявляешь, уже совсем близко».
       Когда Иаков закончил говорить, Иисус ответил: «Иаков, ты хорошо изложил доктрины древних пророков, учивших детей своего поколения в свете тех дней. Наш Райский Отец неизменен. Однако представление о его сущности расширялось и росло со времён Моисея до эпохи Амоса и, далее, вплоть до поколения, к которому принадлежал пророк Исайя. И теперь я пришёл во плоти для того, чтобы раскрыть Отца в новой славе и показать его любовь и милосердие всем людям во всех мирах. По мере распространения в мире евангелия этого царства, несущего идею благоволения и доброй воли ко всем людям, отношения между семьями всех народов будут улучшаться. Со временем отцы и дети будут больше любить друг друга, и тем самым человек достигнет лучшего понимания любви небесного Отца к его земным детям. Помни, Иаков, что хороший, настоящий отец не только любит свою семью в целом – как семью, – но также истинно любит и нежно опекает каждого её отдельного члена».
       После обстоятельного обсуждения характера небесного Отца, Иисус сделал паузу, а затем произнёс: «Как многодетный отец, ты, Иаков, прекрасно знаешь истинность моих слов». Иаков удивился: «Однако, Учитель, кто поведал тебе о том, что у меня шестеро детей? Откуда ты это узнал?» И Учитель ответил: «Достаточно сказать, что Отец и Сын знают всё, ибо поистине они видят всё. Любя своих детей как земной отец, ты должен признать теперь реальность любви небесного Отца к тебе – не просто ко всем детям Авраама, но к тебе, к твоей индивидуальной душе».
       Затем Иисус продолжил: «Когда твои дети ещё очень молоды и незрелы, и когда ты должен наказать их, они могут подумать, что их отец рассержен и исполнен возмущения и гнева. Из-за своей незрелости они не видят дальше наказания и не воспринимают прозорливой и исправляющей любви отца. Но когда те же самые дети становятся взрослыми мужчинами и женщинами, разве не было бы недомыслием с их стороны придерживаться прежних и неправильных представлений о  своём отце? Как мужчины и женщины во всех этих прошлых наказаниях они теперь должны различать отеческую любовь. И по мере того, как один век сменяется другим, разве не должно человечество обретать лучшее понимание подлинной сущности и любящего характера небесного Отца? Какая польза от череды духовно просвещённых поколений, если вы продолжаете видеть Бога таким, каким его видели Моисей и пророки? Я говорю тебе, Иаков, что в ясном свете этого часа ты должен видеть Отца таким, каким его не видел никто другой до тебя. И увидев его таким, ты должен возрадоваться и войти в царство, где правит столь милосердный Отец, и ты должен стремиться к тому, чтобы отныне твоя жизнь подчинялась его исполненной любви воле».
       И Иаков ответил: «Рабби, я верю; я желаю, чтобы ты вёл меня в царство Отца».
       
       3.   Представление о Боге.
       
       В тот вечер двенадцать апостолов, большинство из которых слушали это рассуждение о характере Бога, задали Иисусу много вопросов о небесном Отце. Используя современный стиль изложения, ответы Учителя на эти вопросы можно наилучшим образом передать в форме следующего обобщения: Иисус мягко упрекнул апостолов, в сущности сказав: Разве вы не знаете преданий Израиля, касающихся роста представления о Яхве? Разве вы не слышали, чему учат Писания относительно доктрины Бога? И затем Учитель начал рассказывать апостолам об эволюции концепции Божества в течение всего процесса становления еврейского народа. Он обратил внимание на следующие стадии роста идеи о Боге:
       1. Яхве – бог синайских кланов. Это примитивное представление о Божестве было поднято Моисеем на более высокий уровень Господа Бога Израиля. Небесный Отец никогда не отвергает искреннего поклонения своих земных детей, каким бы незрелым ни было их представление о Божестве и какое бы имя не символизировало для них его божественную сущность.
       2. Всевышний. Эта концепция небесного Отца была провозглашена Мелхиседеком Аврааму и была распространена далеко за пределы Салима теми, кто впоследствии верил в это расширенное и более глубокое представление о Божестве. Авраам и его брат покинули Ур из-за возникновения культа поклонения солнцу и уверовали в учение Мелхиседека об Эль-Эльоне – Всевышнем Боге. Они придерживались смешанной концепции Бога, в которой слились их прежние месопотамские идеи и доктрина Всевышнего.
       3. Эль-Шаддай. В те ранние времена многие иудеи поклонялись Эль-Шаддаю – египетскому представлению о небесном Боге, которому они научились, находясь в плену в земле, где течёт  Нил. Спустя много лет после Мелхиседека, все три представления о Боге соединились в доктрине Божества-создателя, Господа Бога Израиля.
       4. Элохим. Учение о Райской Троице существует со времён Адама. Разве вы не помните, что Писания начинаются с утверждения: «В начале Боги сотворили небо и землю»? Это указывает на то, что уже во время возникновения этой записи представление о Троице – трёх  Богах в одном – занимало прочное место в религии наших праотцов.
       5. Верховный Яхве. Ко времени Исайи эти вероучения о Боге расширились до концепции Всеобщего Создателя, который одновременно являлся всемогущим и всемилостивым. И это эволюционирующее и растущее представление о Боге вытеснило практически все предшествующие концепции Божества в религии наших отцов.
       6. Небесный Отец. И теперь мы знаем Бога как нашего небесного Отца. Наше учение предлагает религию, в которой верующий является сыном Бога. Это и есть благая весть евангелия небесного царства. Сын и Дух сосуществуют с Отцом, и откровение о сущности и служении этих Райских Божеств будет расти и проясняться на протяжении бесконечных эпох вечного духовного развития восходящих сынов Бога. Во все времена и во все эпохи истинное поклонение любого человеческого существа – в том, что касается индивидуального духовного прогресса, – воспринимается его внутренним духом как почитание, направленное к небесному Отцу.
       Никогда прежде апостолы не испытывали такого же потрясения, как после этого рассказа об эволюции концепции Бога в разумах евреев предыдущих поколений; они были настолько сбиты с толку, что не могли задавать вопросы. Они сидели молча перед Иисусом, и Учитель продолжал: «Вы знали бы эти истины, если бы читали Писания. Разве вы не читали у Самуила, где говорится: „И гнев Господен настолько возгорелся на Израиль, что он возбудил против них Давида, говоря: пойдите, пересчитайте народ Израиля и Иудеи»? И это было неудивительно, потому что в дни Самуила дети Авраама действительно верили в то, что Яхве создал как добро, так и зло. Но когда после расширения иудейского представления о сущности Бога более поздний автор пересказывал эти события, он не решился приписать зло Яхве; поэтому он сказал: „И поднялся Сатана против Израильтян и подстрекнул Давида пересчитать народ Израиля”. Разве вы не видите, что такие места в Писаниях ясно показывают, как представление о сущности Бога продолжало расти от одного поколения к другому?
       К тому же, вы должны были бы заметить, что в полном согласии с этими расширявшимися представлениями о божественности происходила эволюция в понимании божественного закона. В эпоху исхода детей Израиля из Египта, до появления расширенного откровения Яхве, у них было десять заповедей, которые служили им законом, пока они не расположились лагерем у Синая. Вот эти десять заповедей:
       1. Не поклоняйся никакому другому богу, ибо Господь – Бог ревнивый.
       2. Не делай литых богов.
       3. Соблюдай праздник пресных хлебов.
       4. Все первенцы у людей или скота – мои, говорит Господь.
       5. Работай шесть дней, а на седьмой день отдыхай.
       6. Соблюдай праздник первых плодов и праздник кущей в конце года.
       7. Не изливай крови жертвы на квасной хлеб.
       8. Не оставляй жертвенного мяса с Пасхи до следующего утра.
       9. Самые первые плоды земли приноси в дом Господа, Бога твоего.
       10. Не вари козлёнка в молоке его матери.
       И затем, посреди грома и молний Синая, Моисей дал им десять новых заповедей, которые – с чем вы все согласитесь – более достойны расширяющихся представлений о Божестве, воплощённых в образе Яхве. И разве вы никогда не обращали внимания на тот факт, что из двух случаев, в которых упоминаются эти заповеди, в первом соблюдение субботы связывается с освобождением из Египта, в то время как во втором прогресс религиозных верований наших праотцов потребовал внести изменения, признающие факт творения в качестве причины соблюдения субботы?
       И вспомните, что во времена Исайи, в эпоху великого духовного просвещения, эти десять негативных заповедей были ещё раз превращены в великий и позитивный закон любви – предписание любить Бога превыше всего и любить своего ближнего, как самого себя. И я тоже провозглашаю вам именно этот высший закон любви к Богу и человеку, ибо в нём – весь долг человека»
.
       И когда он закончил говорить, никто не задал ни одного вопроса. Все разошлись, каждый к своему ночлегу.
       
       4.   Флавий и греческая культура.
       
       Греческий еврей Флавий, не являясь ни обрезанным, ни крещёным, был прозелитом, допущенным лишь ко вратам храма; а так как он был большим ценителем красоты в искусстве и скульптуре, то и дом, который он занимал во время проживания в Иерусалиме, представлял собой великолепное сооружение. Этот дом был изысканно украшен бесценными сокровищами, собранными им в странствиях по миру. Поначалу, задумав пригласить к себе Иисуса, он опасался, что зрелище этих так называемых образов оскорбит Учителя. Но Флавий был приятно удивлён, когда, войдя в его дом, Иисус – вместо того, чтобы укорять его за обладание этими якобы идолопоклонническими предметами, находившимися повсюду в доме, – проявил огромный интерес к этой коллекции и, пока Флавий сопровождал его из комнаты в комнату, демонстрируя все свои любимые статуи, много расспрашивал его, по достоинству оценив каждый предмет.
       Учитель заметил, что хозяин был сбит с толку его положительным отношением к искусству; поэтому, закончив осмотр всей коллекции, Иисус сказал: «Почему ты ждёшь порицания за свою любовь к красоте вещей,  созданных моим Отцом и воспроизведённых руками мастера? Почему все люди должны неодобрительно относиться к воспроизведению изящества и красоты из-за того, что Моисей пытался бороться с идолопоклонством и почитанием ложных богов? Я говорю тебе, Флавий, что дети Моисея превратно поняли его, и теперь они действительно творят лжебогов даже из его запретов на идолов и изображение того, что есть на небе и на земле. Но если Моисей и внушал подобные запреты  тёмным  разумам тех дней, какое отношение это имеет к сегодняшнему дню, когда небесный Отец раскрыт как всеобщий Духовный Правитель всего сущего? И я заявляю, Флавий, что в грядущем царстве люди не будут более учить: “не поклоняйся этому и не поклоняйся тому”; все будут беспокоиться уже не о приказах – воздерживаться от этого и ни в коем случае не делать того, – а о выполнении единственного высшего долга. И этот долг человека выражается в двух великих привилегиях: искреннем поклонении бесконечному Создателю, Райскому Отцу, и любвеобильном служении своим собратьям. Если ты любишь своего ближнего, как самого себя, ты действительно знаешь, что являешься сыном Бога.
       В эпоху, когда отсутствовало правильное понимание моего Отца, попытки Моисея противостоять идолопоклонству были оправданы. Однако в грядущую эпоху Отец будет раскрыт в жизни Сына; и это новое раскрытие Бога навеки избавит от необходимости смешивать Отца-Создателя с каменными идолами или золотыми и серебряными образами. Впредь разумные люди смогут наслаждаться сокровищами искусства без того, чтобы путать такое материальное восприятие красоты с поклонением и служением Отцу в Раю – Богу всего и всех»
.
       Флавий уверовал во всё, что раскрыл ему Иисус. На следующий день он отправился в заиорданскую Вифанию и был крещён учениками Иоанна. Он поступил так потому, что апостолы Иисуса  ещё  не  крестили верующих. Когда Флавий вернулся в Иерусалим, он устроил большой приём в честь Иисуса, пригласив шестьдесят своих друзей. И многие из этих гостей также уверовали в послание о грядущем царстве.
       
       5.    Беседа об уверенности.
       
       Одна из величайших проповедей, произнесённых Иисусом в храме на этой пасхальной неделе, прозвучала в ответ на вопрос слушателя, прибывшего из Дамаска. Этот человек спросил Иисуса: «Однако, Рабби, как мы можем быть уверены в том, что ты послан Богом и что мы действительно можем войти в это царство, которое, как возвещаешь ты и твои ученики, приблизилось?» И Иисус ответил: «Что касается моего послания и учения моих последователей, то вы должны судить их по плодам. Если мы провозглашаем вам истины духа, то о подлинности нашего послания будет свидетельствовать дух в ваших сердцах. Что же касается царства и уверенности в том, что небесный Отец примет вас, позвольте мне спросить, найдётся ли среди вас отец, – достойный и добросердечный отец, – который держал бы своего сына в тревоге или неведении относительно его положения в семье или наличия у него надёжного места в любящем сердце отца? Разве вы, как земные отцы, находите удовольствие в терзании ваших детей сомнениями относительно наличия для них в ваших человеческих сердцах места неисчерпаемой любви? Так и ваш небесный Отец не оставляет своих верующих детей духа в полной сомнений неопределённости относительно их положения в царстве. Если вы принимаете Бога как своего Отца, вы действительно и истинно являетесь сынами Бога. А если вы являетесь сынами, то вы занимаете прочное положение во всём, что касается статуса вечного и божественного сыновства. Если вы верите моим словам, то тем самым вы верите в Того, кто меня послал, и через эту веру в Отца вы утверждаетесь в своём небесном гражданстве. Если вы исполняете волю небесного Отца, вы никогда не оступитесь, стремясь к вечной жизни и прогрессу в божественном царстве.
       Вместе с живущим в каждом из вас духом, Верховный Дух засвидетельствует, что вы воистину являетесь детьми Бога. А если вы являетесь сынами Бога, то вы родились от духа Бога; и всякий, кто родился от духа, имеет в себе силу преодолеть любое сомнение, а победа над любой неуверенностью и есть ваша вера.
       Об этих временах сказано у пророка Исайи: „Когда дух изольётся  на нас свыше, тогда делом праведности станет мир, спокойствие и уверенность вовеки”. И для всех, кто искренне верит в это евангелие, я стану залогом их  приёма в вечное милосердие и бессмертную жизнь в царстве моего Отца. Поэтому вы, слушающие это послание и уверовавшие в евангелие царства, являетесь сынами Бога, имеющими вечную жизнь; и для всего мира свидетельством вашего рождения от духа является ваша искренняя любовь друг к другу».

       В течение многих часов Иисус был окружён толпой слушателей, которые задавали ему вопросы и внимали его утешительным ответам. Учения Иисуса придали сил и апостолам, подвигнув их на более энергичную и уверенную проповедь евангелия царства. Этот иерусалимский опыт стал источником огромного вдохновения для двенадцати. Они впервые соприкоснулись со столь громадными толпами и усвоили много ценных уроков, оказавших великую пользу в их дальнейшей работе.
         
       6.    Встреча с Никодимом.
       
       Однажды вечером дом Флавия для встречи с Иисусом посетил некто Никодим – богатый и престарелый член еврейского синедриона. Он много слышал об учениях этого галилеянина и потому однажды днём отправился послушать, как Иисус учит во дворах храма. Никодим посещал бы проповеди Иисуса чаще, но он опасался, что будет замечен народом, ибо расхождения между еврейскими правителями и Иисусом уже достигли такой глубины, что ни один из членов синедриона не хотел открыто связывать себя с ним. Поэтому Никодим договорился через Андрея о тайной встрече с Иисусом в тот вечер после захода солнца. В начале разговора Пётр, Иаков и Иоанн находились в саду Флавия, однако позднее  все они перешли в дом, где беседа ещё продолжалась.
       Принимая Никодима, Иисус не оказывал ему какого-либо предпочтения; в разговоре с ним не было ни компромиссов, ни чрезмерного желания убедить. Учитель не пытался оттолкнуть своего тайного гостя, как не прибегал он и к сарказму. В своём обращении с высокопоставленным посетителем Иисус был спокоен, серьёзен и исполнен чувства собственного достоинства. Никодим не был официальным представителем синедриона; он пришёл к Иисусу исключительно из-за своего личного и искреннего интереса к  его учениям.
       После того, как он был представлен Флавием, Никодим сказал: «Рабби, мы знаем, что ты – учитель, посланный Богом, ибо никто не мог бы так учить, если бы с ним не было Бога. И я хотел бы узнать больше о твоих учениях относительно грядущего царства».
       Иисус ответил Никодиму: «Истинно, истинно говорю тебе, Никодим: никто не может увидеть царство Бога, если только не родится свыше». Тогда Никодим сказал: «Но как может человек родиться заново, если он стар? Не может он снова войти в материнскую утробу для рождения».
       Иисус сказал: «И тем не менее, я заявляю тебе: никто не войдёт в царство Бога, если только не родится от духа. Рождённое от плоти есть плоть, а рождённое от духа есть дух. Но не удивляйся моим словам о том, что ты должен родиться свыше. Когда дует ветер, ты слышишь шелест листьев, но не видишь ветра – откуда он пришёл и куда уходит – так бывает со всяким, рождённым от духа. Глазами плоти ты можешь видеть проявления духа, но ты не можешь в действительности различить сам дух».
       Никодим ответил: «Но я не понимаю – как такое возможно?» Иисус сказал: «Как возможно, что ты учитель в Израиле и в то же время не знаешь этого? А поэтому те, кто знает о реальностях духа, должны раскрывать их тем, кто видит только проявления материального мира. Но поверишь ли нам, если мы будем говорить тебе о небесных истинах? Хватит ли у тебя мужества, Никодим, поверить в того, кто сошёл с неба – в Сына Человеческого?»
       И Никодим сказал: «Но как я могу начать овладевать этим духом, который должен переродить меня, подготовив для вхождения в царство?» Иисус ответил: «Дух небесного Отца уже пребывает в тебе. И если ты позволишь этому духу свыше вести тебя, то вскоре ты начнёшь видеть глазами духа, и затем, благодаря искреннему выбору духовного руководства, ты будешь рождён в духе, ибо единственной твоей целью в жизни будет исполнение воли твоего небесного Отца. Так, найдя себя рождённым в духе и счастливым в царстве Бога, ты начнёшь приносить в своей ежедневной жизни обильные плоды духа».
       Никодим был совершенно искренним. Он был глубоко впечатлён, однако ушёл в замешательстве. Никодим достиг больших успехов в саморазвитии, самоограничении и даже в обретении высоких нравственных качеств. Он отличался утончённостью, самодовольством и альтруизмом, но он не знал, как подчинить свою волю воле божественного Отца подобно малому дитя, готовому подчиниться опеке и руководству мудрого и любящего земного отца, чтобы действительно стать сыном Бога – эволюционирующим наследником вечного царства.
       И всё же у Никодима хватило веры, чтобы войти в царство. Он слабо протестовал, когда его коллеги по синедриону пытались осудить Иисуса без слушания дела; и позднее, вместе с Иосифом Аримафейским, он смело признался в своей вере и испросил тело Иисуса, несмотря на то, что большинство учеников в страхе бежали с мест последних страданий и смерти своего Учителя.
       
       7.   Урок о семье.
       
       После напряжённой пасхальной недели в Иерусалиме, прошедшей в обучении и индивидуальном труде, Иисус и его апостолы провели среду в Вифании, посвятив её отдыху. В тот день Фома задал вопрос, повлёкший за собой пространный и поучительный ответ. Фома сказал: «Учитель, в тот день, когда мы были избраны в качестве посланников царства, ты многое рассказал нам, дал наставления относительно нашего личного образа жизни; но чему мы должны учить народ? Как должны жить эти люди после более полного установления царства? Могут ли твои ученики владеть рабами? Следует ли верующим в тебя людям стремиться к бедности и сторониться собственности? Должно ли господствовать одно только милосердие, так что у нас не останется закона и правосудия?» Всё послеобеденное время и весь вечер после ужина Иисус и апостолы обсуждали вопросы Фомы. В данном повествовании мы предлагаем краткое изложение наставлений Учителя: прежде всего, Иисус попытался разъяснить своим апостолам, что сам он находится на земле, проживая уникальную жизнь во плоти, и что они, двенадцать, призваны участвовать в этом посвященческом опыте Сына Человеческого; и что как соработники, они также должны разделять многие особые ограничения и обязанности, накладываемые опытом посвящения. В его словах присутствовало завуалированное сообщение о том, что Сын Человеческий является единственным существом, когда-либо жившим на земле, способным одновременно проникать в самое сердце Бога и в самые глубины человеческой души.
       Иисус совершенно недвусмысленно объяснил, что царство небесное является эволюционным опытом, который начинается здесь, на земле, и развивается на последующих этапах жизни вплоть до Рая. В ходе вечера он со всей определённостью заявил, что на некоторой будущей стадии развития царства он вновь посетит этот мир в духовном могуществе и божественной славе.
       Затем он разъяснил, что «идея царства» не лучшим образом иллюстрирует отношение человека к Богу, однако он воспользовался этой метафорой потому, что еврейский народ ожидает царство, а также потому, что Иоанн проповедовал в образах грядущего царства.  Иисус сказал: «Люди другой эпохи лучше поймут евангелие царства, когда оно будет представлено как выражение семейных отношений – когда человек понимает религию как учение об отцовстве Бога и братстве людей, сыновстве человека по отношению к Богу». После этого Учитель какое-то время говорил о земной семье как примере небесной семьи и по-новому сформулировал два основных закона жизни: первую заповедь о любви к отцу, главе семьи, и вторую заповедь о взаимной любви между детьми – любить своего брата, как самого себя. И после этого он объяснил, что такое качество братского чувства неизбежно проявится в бескорыстном и любвеобильном общественном служении.
       Вслед за этим состоялось достопамятное обсуждение характерных черт семейной жизни применительно к взаимоотношениям, существующим между Богом и человеком. Иисус отметил, что в основе настоящей семьи лежат следующие семь фактов: 
       1. Факт существования. Естественные взаимоотношения и феномен наследственности смертных переплетены в семье: дети наследуют определённые родительские черты. Дети происходят от родителей; существование личности зависит от действия, предпринятого родителем. Отношения отца и ребёнка присущи всей природе и пронизывают всё живое бытие. 
       2. Безопасность и удовольствие. Настоящие отцы с огромным удовольствием поддерживают своих детей. Многие отцы не ограничиваются одним только удовлетворением необходимых потребностей детей, но также любят заботиться о том, чтобы и их дети получали удовольствие. 
       3. Образование и воспитание. Мудрые отцы тщательно планируют образование и адекватное воспитание своих сыновей и дочерей, готовя их смолоду к более серьёзным обязательствам в последующей жизни. 
       4. Дисциплина и ограничение. Предусмотрительные отцы заботятся также о должной дисциплине, руководстве, исправлении и, порой, ограничении своего молодого и незрелого потомства. 
       5. Дружеское общение и преданность. Любящий отец поддерживает тесные и сердечные взаимоотношения со своими детьми. Он всегда готов выслушать их просьбы; он всегда готов разделить с ними их горести и помочь им в преодолении трудностей. Отец в высшей степени заинтересован в поступательном благополучии своего потомства. 
       6. Любовь и милосердие. Сострадательный отец легко прощает; отцы не держат зла на своих детей. Отцы не похожи на судей, врагов или кредиторов. Настоящие семьи основаны на терпимости, терпении и прощении.
       7. Забота о будущем. Бренные отцы стремятся оставить наследство своим сыновьям. Семья продолжается от одного поколения к другому. Смерть кладёт конец только одному поколению, чтобы положить начало следующему. Смерть прекращает индивидуальную жизнь, но не обязательно жизнь семьи.
       Часами Учитель обсуждал приложение этих особенностей семейной жизни к отношению человека, земного дитя, к Богу, Райскому Отцу. И его вывод был следующим: «Я в совершенстве знаю всё, что касается отношения сына к Отцу, ибо я уже достиг всего, чего вы должны достигнуть в сыновстве в вечном будущем. Сын Человеческий готов вознестись и занять место по правую руку Отца, так что во мне для всех вас ещё шире открывается путь к Богу; и, встав на этот путь, вы станете совершенными, как совершенен ваш небесный Отец, ещё до того, как завершите своё блистательное восхождение».
       Когда апостолы услышали эти поразительные слова, им вспомнилось то, что говорил Иоанн во время крещения Иисуса. Этот эпизод всегда жил в их памяти в течение всей проповеднической и просветительской деятельности после смерти и воскресения Учителя.
       Иисус является божественным Сыном, обладающим всей полнотой доверия Всеобщего Отца. Он пребывал с Отцом и в полной мере его понимал. Теперь же он в полной мере удовлетворил Отца своей прожитой на земле жизнью, и эта инкарнация во плоти позволила ему полностью понять человека. Иисус являлся совершенством человека; он достиг именно такого совершенства, которого – в нём и через него – суждено достичь всем истинно верующим. Иисус раскрыл человеку Бога совершенства и в собственном лице представил Богу ставшего совершенным сына миров.
       Хотя Иисус говорил в течение нескольких часов, Фома всё ещё не был удовлетворён, ибо он сказал: «Однако, Учитель, на наш взгляд, небесный Отец не всегда относится к нам доброжелательно и милосердно. Нередко мы мучительно страдаем на земле, и не всегда мы получаем ответы на наши молитвы. В чём нам не удаётся понять смысл твоего учения?»
       Иисус ответил: «Фома, Фома, когда же ты научишься внимать духовным слухом? Сколько времени должно пройти, прежде чем ты осознаешь, что это царство – царство духовное, и что мой Отец – существо тоже духовное? Разве ты не понимаешь, что я учу вас как духовных детей небесной семьи духа, и что глава этой семьи – бесконечный и вечный дух? Разве ты не можешь позволить мне использовать земную семью как пример божественных отношений, без того, чтобы буквально применять  моё  учение к тому, что материально? Разве вы неспособны отделить в своих разумах духовные реальности царства от сегодняшних материальных, социальных, экономических и политических проблем? Когда я говорю языком духа, зачем ты упорно переводишь вкладываемый мною смысл на язык плоти только потому, что в качестве примера я предпочитаю пользоваться обычными и буквальными отношениями? Дети мои, я призываю вас перестать прилагать учение о царстве духа к таким жалким вещам, как рабство, бедность, дома, земли, а также к материальным проблемам человеческого равенства и правосудия. Эти бренные вещи относятся к людям этого мира, и хотя они, в некотором роде, затрагивают всех людей, вы  призваны представлять в этом мире меня так же, как я представляю своего Отца. Вы являетесь духовными посланниками духовного царства, особыми представителями духовного Отца. К этому времени я должен был бы уже учить вас как взрослых людей духовного царства. Неужели мне всегда придётся обращаться с вами, как с детьми? Неужели вы никогда не повзрослеете в своём духовном восприятии? И всё же я люблю вас и буду терпелив к вам до самого конца нашей связи во плоти. Но и после мой дух будет идти впереди вас по всему миру».
       
       8.   В южной Иудеи.
       
       К концу апреля противодействие Иисусу среди фарисеев и саддукеев стало столь явным, что Учитель и его апостолы решили на время покинуть Иерусалим и продолжить свою деятельность на юге – в Вифлееме и Хевроне. Весь май прошёл в индивидуальном труде в этих городах и среди жителей окружающих деревень. Во время этого путешествия Иисус и апостолы не выступали с публичными проповедями, ограничившись посещением домов. Часть этого времени, пока апостолы учили евангелию и помогали больным, Иисус и Абнер провели в колонии назореев в Ен-Геди. Отсюда вышел Иоанн Креститель, и Абнер являлся главой этой группы. Многие члены братства назореев уверовали в Иисуса, но в своём большинстве эти аскетичные и чудаковатые мужчины отказались принять его как учителя, посланного свыше, потому что он не призывал к посту и другим формам самоотречения.
       Люди, жившие в этих местах, не знали, что Иисус родился в Вифлееме. Как и огромное большинство учеников, они всегда считали, что Учитель родился в Назарете. Однако апостолы знали истинное положение вещей.
       Время,  проведённое  в южной Иудее, было периодом спокойного и плодотворного труда; царство пополнилось многими новыми душами. К началу июня нападки на Иисуса в Иерусалиме почти прекратились, что позволило Учителю и апостолам вернуться туда для наставления и утешения верующих.
       Хотя весь июнь Иисус и апостолы провели в Иерусалиме и его окрестностях, в этот период они не учили публично. Большую часть времени они жили в палатках, поставленных в тенистом парке, или в саду, в то время известном как Гефсимания. Этот парк находился на западном склоне Елеонской горы недалеко от ручья Кедрон. Субботние выходные они обычно проводили в Вифании в обществе Лазаря и его сестёр. Лишь несколько раз Иисус посещал Иерусалим, однако множество посетителей приходили к нему из города в Гефсиманию. Однажды вечером в пятницу Никодим и Иосиф Аримафейский решили посетить Иисуса, но испугались и повернули назад уже тогда, когда стояли перед входом в палатку Учителя. И, конечно, они не догадывались, что Иисус всё знал об их действиях.
       Когда правители евреев узнали о том, что Иисус вернулся в Иерусалим, они решили было арестовать его; однако увидев, что он не выступает с публичными проповедями, они сделали вывод, что он напуган их прошлыми угрозами и решили прекратить дальнейшие преследования и позволить ему продолжать учить в такой не привлекающей внимания манере. События развивались спокойно вплоть до последних дней июня, когда некий Симон, член синедриона, публично поддержал учение Иисуса, заявив об этом еврейским правителям. Сразу же раздались новые призывы к аресту Иисуса, и события приняли столь серьёзный оборот, что Учитель решил удалиться в города Самарии и Декаполиса.
       
       
       По Самарии (док.143). 
       
                            1. Проповедь в Архелае.
                            2. Урок о самообладании. 
                            3. Развлечение и отдых. 
                            4. Евреи и самаритяне. 
                            5. Женщина из Сихара.
                            6. Возрождение самаритян. 
                            7. Учение о молитве и поклонении.         
       В конце июня 27 года н.э., из-за усилившегося противодействия еврейских религиозных правителей, Иисус и двенадцать покинули Иерусалим, отправив свои палатки и скудное личное имущество на хранение в дом Лазаря в Вифанию. По дороге на север, в Самарию, они задержались на субботу в Вефиле. Здесь в течение нескольких дней они проповедовали людям, пришедшим из Гофны и Ефраима. Группа жителей Аримафеи и Фамны прибыла, чтобы пригласить Иисуса посетить их селения. Более двух недель Учитель и его апостолы учили евреев и самаритян этого района, многие из которых пришли из таких далёких мест, как Антипатрида, чтобы услышать благую весть царства.
       Жители южной Самарии охотно слушали Иисуса, и поэтому апостолам, за исключением Иуды Искариота, удалось в значительной мере преодолеть свои предубеждения против самаритян. Иуде же было очень трудно полюбить их. В последнюю неделю июля Иисус и его товарищи были готовы отправиться в новые греческие города Фазалис и Архелай недалеко от Иордана.
       
       1.   Проповедь в Архелае.
       
       В течение первой половины августа центрами деятельности апостольской группы стали греческие города Архелай и Фазалис, где им впервые пришлось выступать с проповедями перед аудиторией, состоящей практически из одних язычников – греков, римлян и сирийцев, – ибо в двух этих греческих городах было очень мало евреев. Общаясь с этими римскими гражданами, апостолы столкнулись с новыми трудностями при возвещении грядущего царства и услышали новые возражения против учений Иисуса. На одной из многих вечерних бесед со своими апостолами Иисус внимательно выслушал эти возражения против евангелия царства из уст двенадцати, рассказавших о впечатлениях, накопленных за время индивидуального труда.
       Вопрос, заданный Филиппом был типичным в отношении таких трудностей. Филипп сказал: «Учитель, эти греки и римляне умаляют наше послание, говоря, что такие учения годятся лишь для слабых и рабов. Они заявляют, что религия язычников превосходит наше учение, ибо подвигает на обретение сильного, твёрдого и решительного характера. Они утверждают, что мы хотели бы превратить всех людей в лишённых сил, пассивных непротивленцев, которые вскоре исчезли бы с лица земли. Ты, Учитель, нравишься им, и они открыто признают, что твоё учение является небесным и идеальным, однако они не желают относиться к нам серьёзно. Они заявляют, что твоя религия – не для этого мира; что люди неспособны жить так, как ты учишь. Что же, Учитель, нам отвечать этим язычникам?»
       Выслушав аналогичные возражения против евангелия царства от Фомы, Нафанаила, Симона Зелота и Матфея, Иисус сказал двенадцати: «Я пришёл в этот мир для того, чтобы исполнять волю моего Отца и раскрывать его любвеобильный характер всему человечеству. В этом, мои братья, состоит моя миссия. И я буду выполнять только её, невзирая на непонимание, которое моё учение может встретить со стороны евреев или иноверцев этого, или иного поколения. Но вы не должны упускать из виду тот факт, что даже божественная любовь требует строгой дисциплины. Любовь отца к своему сыну нередко побуждает отца удерживать своего безрассудного отпрыска от неразумных деяний. Дитя не всегда постигает мудрые и исполненные любви мотивы отца в отношении сдерживающей дисциплины. Но я заявляю вам, что мой Отец в Раю воистину правит вселенной вселенных посредством неотразимой силы своей любви. Любовь является величайшей из всех духовных реальностей. Истина представляет собой освобождающее откровение, однако любовь — это высшая форма отношений. И какие бы просчёты в управлении миром не допускали ваши собратья сегодня, в будущую эпоху этим миром будет править евангелие, которое я провозглашаю вам. Окончательная цель человеческого прогресса – благоговейное признание отцовства Бога и претворение исполненного любви братства людей.
       Но кто сказал вам, что моё евангелие предназначено только для рабов и слабых? Разве вы, мои избранные апостолы, похожи на слабых людей? Разве Иоанн походил на слабого человека? Разве вы видите, что я порабощён страхом? Действительно, в этом поколении проповедь евангелия обращена к бедным и угнетённым. Религии этого мира отвернулись от бедных, однако мой Отец нелицеприятен. Кроме того, сегодняшние бедняки являются первыми обратившими внимание на призыв к раскаянию и принятию сыновства. Евангелие царства должно проповедоваться всем людям – иудеям и язычникам, грекам и римлянам, богатым и бедным, свободным и подневольным – и в равной мере молодым и старым, мужчинам и женщинам.
       Из-за того, что мой Отец является Богом любви и с удовольствием проявляет милосердие, не думайте, что служение царству должно быть однообразно лёгким. Восхождение к Раю – высшее свершение всего времени, трудное достижение вечности. Служение царству на земле потребует от вас всей мужественной зрелости, на которую будете способны вы и ваши соратники. Многих из вас предадут смерти за вашу верность евангелию этого царства. Легко умереть в физическом сражении, в строю, когда ваша храбрость укрепляется присутствием сражающихся товарищей, однако нужна более высокая и глубокая форма человеческой храбрости и преданности, чтобы спокойно и в полном одиночестве сложить голову за любовь к истине, живущей в вашем смертном сердце.
       Сегодня неверующие могут насмехаться над тем, что вы проповедуете евангелие непротивления и живёте жизнью, свободной от насилия, но вы являетесь первыми добровольцами в длинном ряду искренних верующих в евангелие этого царства, которые поразят человечество своей героической преданностью этим учениям. Никакие армии мира никогда не продемонстрируют такую же храбрость и отвагу, как вы и ваши верные последователи, провозглашающие по всему миру благую весть, – отцовство Бога и братство людей. Храбрость плоти – низшая форма смелости. Бесстрашие разума – более высокая форма человеческой храбрости, но высочайшей и верховной является бескомпромиссная верность просвещённого человека своим убеждениям, покоящимся на глубоких духовных реальностях. И такая храбрость образует героизм Богопознающего человека. И все вы познаете Бога; вы воистину являетесь личными соратниками Сына Человеческого».

       Это не всё, что было сказано Иисусом в данном случае, однако таковым было его вступительное слово, после чего он ещё долго говорил, усиливая и иллюстрируя свои высказывания. Это было одно из самых пылких обращений Иисуса к двенадцати. Не часто слова Учителя, обращённые к апостолам, были исполнены столь сильного чувства, и это был один из тех редких случаев, когда он говорил с явной  серьёзностью,  сопровождаемой заметными эмоциями.
       Влияние его слов сразу же сказалось на публичных проповедях и личном служении апостолов; начиная с этого дня, новая тема мужества стала преобладающей в их проповеди. Двенадцать продолжали обретать дух напористости в новом евангелии царства. С этого дня они уже не уделяли столько внимания проповеди запретительных добродетелей и пассивных предписаний многосторонних доктрин их Учителя.
       
       2.   Урок о самообладании.
       
       Учитель являл собой совершенный образец человеческого самообладания. Когда его оскорбляли, он не оскорблял в ответ; когда он страдал, он не произносил угроз в адрес своих мучителей; когда враги обвиняли его, он лишь предавал себя праведному решению небесного Отца.
       На одном из вечерних собраний Андрей спросил Иисуса: «Учитель, следует ли нам придерживаться самоотречения, как учил нас Иоанн, или же стремиться к самообладанию, к которому призывает твоё учение? В чём твоё учение отличается от учения Иоанна?» Иисус ответил:  «Иоанн действительно учил вас праведному пути согласно учениям и законам его отцов, и таковой была религия самоанализа и самоотречения. Но я пришёл с новым посланием самозабвения и самообладания. Я демонстрирую вам путь жизни таковым, каким он был раскрыт мне моим небесным Отцом. Истинно, истинно я вам говорю: тот, кто владеет собой, более велик, чем тот, кто подчиняет себе город. Самообладание является мерилом нравственной сущности человека и показателем его духовного развития. Согласно прежнему порядку вы постились и молились; как новых созданий, родившихся в духе, вас учат верить и радоваться. В царстве Отца вы должны стать новыми созданиями; старое должно уйти; смотрите – я показываю вам, как всё должно стать новым. И через свою любовь друг к другу вы должны убедить мир, что перешли от рабства к свободе, от смерти к вечной жизни.
       Следуя прежнему пути, вы стремитесь сдерживаться, повиноваться и подчиняться правилам жизни; следуя новому пути, вы сначала преображаетесь Духом Истины и тем самым укрепляете свою внутреннюю душу постоянным духовным обновлением своего разума и обретаете способность  убеждённого  и радостного исполнения милосердной, желанной и совершенной воли Бога. Не забывайте – именно ваша личная вера в величайшие и драгоценные обетования Бога обеспечивает вам причастность к божественной сущности. Так, через свою веру и духовное преображение вы действительно становитесь храмами Бога, и его дух действительно пребывает в вас. Если, в таком случае, в вас пребывает дух, то вы не являетесь более рабами плоти, а становитесь свободными и вольными сынами духа. Новый закон духа дарует вам свободу самообладания вместо прежнего закона, ведущего к страху самозакрепощения и к рабству самоотречения.
       Не раз, совершив зло, вы пытались возложить ответственность за свои поступки на козни дьявола, хотя в действительности вас сбивали с пути истинного ваши собственные естественные наклонности. Разве давным-давно пророк Иеремия не сказал вам, что человеческое сердце более всего обманчиво, а порою и крайне испорчено? С какой  лёгкостью  вы обманываете самих себя, предаваясь глупым страхам, всевозможной похоти, порабощающим наслаждениям, злым умыслам, зависти и даже мстительной ненависти!
       Спасение достигается перерождением духа, а не самодовольными деяниями плоти. Ваше оправдание – вера, ваш путь в братство – благоволение, а не страх или самоотречение плоти, хотя рождённые в духе дети Отца всегда и во всём владеют собой и всем, что связано с желаниями плоти. Когда вы знаете, что спасены верой, то действительно примиряетесь с Богом.
       И всем, кто следует путём этого небесного мира, суждено быть посвящёнными  в вечное служение постоянно развивающихся сынов вечного Бога. Отныне не обязанность, но скорее ваша возвышенная привилегия состоит в том, чтобы очищать свой разум и тело от всякого зла, стремясь достичь совершенства в любви к Богу.
       Ваше сыновство основано на вере, и вы должны оставаться безразличными к страху. Ваша радость рождена из доверия к божественному слову, и потому вы не должны поддаваться сомнениям в реальности любви и милосердия Отца. Сама добродетель Бога приводит человека к истинному и подлинному раскаянию. Ваша тайна владения собой связана с вашей верой в дух, пребывающий в вас и всегда действующий посредством любви. Но даже эта спасительная вера не от вас; она тоже является даром Бога. И если вы дети этой живой веры, то вы уже не рабы своей сущности, а  её  победоносные владыки, вольные  сыны Бога.
       Итак, дети мои, если вы рождены в духе, то вы навечно освобождаетесь от сознаваемого вами бремени жизни – жизни самоотречения и заботы о желаниях плоти – и перемещаетесь в радостное царство духа, где безо всякого принуждения приносите плоды духа в своей каждодневной жизни; а плоды духа – это сущность высшего типа чудесного и облагораживающего самообладания, вершина земного смертного достижения – истинного умения владеть собой».

       
       3.   Развлечение и отдых.
       
       Примерно в то же время в среде апостолов и их ближайших учеников возникло огромное нервное и эмоциональное напряжение. Они ещё не успели как следует привыкнуть к совместной жизни и труду. Им было всё труднее сохранять гармоничные отношения с учениками Иоанна. Общение с иноверцами и самаритянами стало тяжёлым испытанием для этих евреев. Кроме того, недавние высказывания Иисуса ещё больше усилили их душевное смятение. Андрей начинал терять самообладание; он не знал, за что браться, и поэтому отправился к Учителю, чтобы изложить ему свои проблемы и трудности. Выслушав главу апостолов, рассказавшего о своих бедах, Иисус сказал: «Андрей, когда люди достигают такой степени вовлеченности и когда это касается столь многих людей, испытывающих сильные чувства, то их затруднения уже не разрешить словами. Я не могу сделать то, о чём ты просишь, – я не стану участвовать в решении этих личных социальных проблем, – однако я проведу вместе с вами три дня в отдыхе и развлечениях. Ступай к своим братьям и сообщи им, что все вы отправляетесь вместе со мной на гору Сартаба, где я собираюсь отдохнуть день-другой.
       Ты должен подойти к каждому из своих одиннадцати братьев и сказать ему с глазу на глаз: „Учитель желает, чтобы мы посвятили вместе с ним некоторое время отдыху и покою. Так как в последнее время все мы испытали значительное томление духа и напряжение разума, я предлагаю не вспоминать во время этого отдыха о наших трудностях и тревогах. Могу ли я рассчитывать на твоё сотрудничество в этом деле?” Поговори так – лично, с глазу на глаз – с каждым из твоих собратьев»
. И Андрей последовал совету Учителя.
       Этот поход стал удивительным событием для каждого его участника; они навсегда запомнили день восхождения на гору. За всё время путешествия практически ни слова не было сказано о проблемах. Достигнув вершины горы, Иисус усадил их возле себя и сказал: «Братья мои, все вы должны усвоить ценность отдыха и пользу восстановления. Вы должны понять, что лучший метод решения некоторых запутанных проблем – оставить их на время. Возвращаясь же посвежевшими благодаря отдыху или поклонению, вы способны взяться за решение своих проблем с более ясной головой и более уверенной рукой, не говоря уже об исполненном большей решимости сердце. Кроме того, нередко вы обнаруживаете, что пока вы отдыхали разумом и телом, размеры и значимость вашей проблемы уменьшились».
       На следующий день Иисус дал каждому из двенадцати тему для обсуждения. Весь день был посвящён  воспоминаниям и обсуждению дел, не связанных с их религиозным трудом. На мгновение они были шокированы тем, что Иисус даже не выразил вслух благодарения, когда преломил хлеб для их полуденной трапезы. Впервые они видели его пренебрегающим такими формальностями.
       Когда они поднимались на гору, голова Андрея была полна проблем. Иоанн находился в состоянии чрезвычайного духовного смятения. Иаков ощущал сильные душевные муки. Матфей испытывал острую нехватку денег в связи с тем, что они жили среди иноверцев. 
       Пётр был переутомлён и в последнее время проявлял большую несдержанность, чем обычно. Иуда страдал от очередного приступа обидчивости и эгоизма. Симон был необычайно расстроен попытками примирить свой патриотизм с любовью к братству людей. Филипп приходил во всё большее замешательство из-за развития событий. Нафанаил реже шутил с тех пор, как они вошли в контакт с языческим населением, а Фома пребывал в глубокой депрессии. Только близнецы сохраняли обычное состояние духа и невозмутимость. Все они находились в сильном замешательстве из-за того, что не знали, как поддерживать мирные отношения с учениками Иоанна.
       На третий день, когда они начали спускаться с горы назад в свой лагерь, с ними произошла огромная перемена. Они сделали важное открытие, увидев, что многие человеческие трудности в действительности не существуют, что многие неотложные проблемы являются порождением чрезмерного страха и плодом преувеличенных опасений. Они узнали, что лучший способ решения любых подобных затруднений, – оставить их на время; уйдя от своих проблем, они позволили им разрешиться самим.
       Возвращение назад после отдыха положило начало существенному улучшению отношений с последователями Иоанна. Многие из двенадцати действительно повеселели, когда в результате трёхдневного отдыха от  рутинных обязанностей они заметили перемену в разуме каждого из них и увидели, что избавились от раздражительности. Для людей однообразное общение всегда чревато существенным умножением трудностей и увеличением проблем.
       Мало кто из иноверцев двух греческих городов, Архелая и Фазеля, уверовал в евангелие, однако двенадцать апостолов обрели ценный опыт своей первой продолжительной работы с исключительно языческим населением. Однажды утром, в понедельник, примерно в середине месяца, Иисус сказал Андрею: «Мы отправляемся в Самарию». И они сразу же направились в город Сихар, находившийся неподалёку от колодца Иакова.
       
       4.   Евреи и самаритяне.
       
       Более шестисот лет евреи Иудеи, а позднее и евреи Галилеи, враждовали с самаритянами. Неприязнь между евреями и самаритянами возникла следующим образом: примерно за семьсот лет до н.э. ассирийский царь Саргон, подавляя восстание в центральной Палестине, увёл в плен более двадцати пяти тысяч евреев северного Израильского царства и заменил их почти таким же числом потомков кутийцев, сепарян и емафян. Позднее Ашшурбанипал послал новых колонистов для поселения в Самарии.
       Начало религиозной вражде между евреями и самаритянами было положено после возвращения евреев из вавилонского плена, когда самаритяне попытались воспрепятствовать восстановлению Иерусалима. Позднее они оскорбили евреев, оказав дружескую помощь армиям Александра. В ответ на их дружбу Александр разрешил самаритянам построить храм на горе Гаризим, где они поклонялись Яхве и своим племенным богам, а также приносили жертвы с соблюдением ритуалов, во многом напоминавших храмовые богослужения Иерусалима. Это вероисповедание сохранялось у них, по крайней мере, до эпохи Маккавеев, когда Иоанн Гирканский разрушил их храм на горе Гаризим. Во время своих трудов среди самаритян после смерти Иисуса, апостол Филипп провёл много встреч на месте этого древнего храма.
       Враждебные отношения между евреями и самаритянами были освящены временем и уходили в глубь веков; со времён Александра они всё меньше общались друг с другом. Двенадцать апостолов не противились тому, чтобы проповедовать в греческих и других языческих городах Декаполиса и Сирии, но их преданность Учителю подверглась суровому испытанию, когда он сказал: «отправимся в Самарию». Однако более чем за год, проведённый с Иисусом, у них сформировалась такая личная преданность, которая превосходила даже веру в его учения и предубеждения против самаритян.
       
       5.   Женщина из Сихара.
       
       Когда Учитель и двенадцать прибыли к колодцу Иакова, уставший с дороги Иисус остался у колодца, в то время как апостолы отправились вместе с Филиппом, чтобы помочь ему принести из Сихара палатки и еду, ибо они собирались на некоторое время задержаться в этом районе. Пётр и сыновья Зеведея хотели остаться с Иисусом, но он попросил, чтобы они пошли вместе со своими собратьями, сказав: «Не тревожьтесь из-за меня; эти самаритяне будут дружелюбны; только наши братья, евреи, стремятся навредить нам». Так, летним вечером, около шести часов, Иисус присел у колодца дожидаться возвращения апостолов.
       Вода колодца Иакова была меньше насыщена минеральными солями, чем вода колодцев Сихара, и потому высоко ценилась в качестве питьевой воды. Иисуса мучила жажда, но ему было нечем набрать воды. Поэтому когда к колодцу подошла женщина из Сихара со своим кувшином и приготовилась зачерпнуть воды, Иисус сказал ей: «Дай мне напиться». По внешности Иисуса и его одежде самаритянка поняла, что перед ней еврей, а по его акценту она заключила, что он является галилейским евреем. Её звали Налда, и она представляла собой миловидное создание. Она была премного удивлена тем, что еврейский мужчина обращается к ней в такой манере у колодца и просит воды, ибо в те времена считалось неприличным для уважающего себя мужчины прилюдно говорить с женщиной, тем более для еврея вступать в разговор с самаритянкой. Поэтому Налда спросила Иисуса: «Как же это ты, еврей, просишь напиться у меня, самаритянской женщины?» Иисус ответил: «Я действительно попросил у тебя напиться, но если бы ты только могла понять, то сама попросила бы у меня глоток живой воды». Тогда Налда сказала: «Но господин, тебе и зачерпнуть-то нечем, а колодец глубок; где же ты  возьмёшь  эту живую воду? Неужели ты превосходишь нашего праотца Иакова, который дал нам этот колодец и сам пил из него, и сыновья его, и скот его тоже?»
       Иисус ответил: «Всякий, пьющий эту воду, возжаждет снова; тот же, кто пьёт воду живого духа, не будет жаждать вовек. И эта живая вода превратится в нём в животворный источник, текущий в жизнь вечную». Тогда Налда сказала: «Дай мне этой воды, чтобы я никогда больше не испытывала жажды и чтобы мне не пришлось больше приходить сюда за водой. Кроме того, самаритянка с удовольствием примет всё, что сможет предложить ей столь достойный еврей».
       Налда не знала, как объяснить желание Иисуса поговорить с ней. Она видела на лице Учителя печать справедливости и святости, однако она ошибочно приняла дружелюбие за обычную фамильярность и ложно истолковала его образную речь как форму заигрывания. И, будучи женщиной свободных нравов, она была уже готова к откровенному кокетству, когда Иисус, глядя ей прямо в глаза, сказал непререкаемым тоном: «Женщина, пойди, позови мужа твоего и приведи его сюда». Это приказание привело Налду в чувство. Она поняла, что неверно оценила доброту Учителя; она увидела, что неправильно истолковала его манеру говорить. Налда испугалась; она начала осознавать, что перед ней – необыкновенный человек, и, пытаясь подыскать подходящий ответ, страшно смутившись, вымолвила: «Но, господин, я не могу позвать своего мужа, потому что у меня его нет». Тогда Иисус сказал: «Ты сказала правду, ибо хотя когда-то ты и была замужем, тот, с кем ты сейчас живёшь, не является твоим мужем. Было бы лучше, если бы ты перестала легкомысленно относиться к моим словам и пожелала бы живой воды, которую я предложил тебе сегодня».
       К этому времени к Налде вернулось благоразумие и в ней пробудилось всё лучшее. Она стала распутной женщиной не только по собственной воле. Жестоко и несправедливо отвергнутая мужем, отчаявшись, она согласилась жить с неким греком, не выходя за него замуж. Теперь самаритянка чувствовала огромный стыд оттого, что столь легкомысленно разговаривала с Иисусом, и, в глубоком раскаянии, она обратилась к Учителю со словами: «Мой Господин, я сожалею о том, что говорила с тобой таким тоном, ибо я вижу, что ты являешься святым, или, быть может, пророком». И она была уже готова просить у Учителя непосредственной и личной помощи, когда сделала то, что совершали столь многие до и после неё, уходя от вопроса о личном спасении и обращаясь к обсуждению теологии и философии. Она быстро перевела разговор со своих собственных нужд на теологические споры. Показывая на гору Гаризим, она продолжала: «Наши отцы поклонялись на этой горе, и тем не менее, ты утверждаешь, что именно Иерусалим является тем местом, где люди должны поклоняться; так где же нужно поклоняться Богу?»
       Иисус заметил, что душа этой женщины пытается уйти от прямого и испытующего соприкосновения с её Творцом, однако он также увидел в этой душе желание познать путь лучшей жизни. В конце концов, сердце Налды действительно жаждало живой воды; поэтому он проявил к ней терпение, сказав: «Женщина, позволь сказать тебе, что недалёк тот день, когда и не на этой горе, и не в Иерусалиме будете поклоняться Отцу. Сегодня же вы поклоняетесь тому, чего не знаете – смеси религии многих языческих богов и философий. Евреи, по крайней мере, знают, кому поклоняются; они освободились от всякой путаницы, сосредоточив свою веру на одном Боге – Яхве. Но ты должна поверить мне, что настанет время – и настало уже, – когда все искренне верующие будут поклоняться Отцу в духе и в истине, ибо именно таких поклонников ищет Отец. Бог есть дух, и поклоняющиеся ему должны поклоняться в духе и в истине. Твоё спасение не в том, чтобы знать, как или где должны поклоняться другие, а в том, чтобы принять в своё сердце эту живую воду, которую я сейчас предлагаю тебе».
       Но Налда сделала ещё одну попытку уклониться от обсуждения щекотливого вопроса о её личной жизни на земле и статуса её души перед Богом. В очередной раз она прибегла к вопросам на общерелигиозные темы, сказав: «Да, я знаю, господин, что Иоанн проповедовал приход Обратителя – того, которого назовут Избавителем, – и что он, явившись к нам, возвестит нам всё…». И тут Иисус, перебив Налду, сказал с поразившей её уверенностью: «Я, говорящий с тобой, и есть он».
       Это стало первым прямым, уверенным и открытым объявлением своей божественной сущности и сыновства, сделанным Иисусом на земле; и оно было сделано женщине, самаритянке, причём женщине, вплоть до того времени имевшей сомнительную репутацию в глазах людей. Однако божественное око видело, что против этой женщины грешили больше, чем грешила она по своему собственному желанию, и теперь, будучи человеческой душой желавшей спасения, желала его искренне и всем сердцем – и этого было достаточно.
       Когда Налда уже собиралась высказать своё подлинное, личное стремление к лучшему, более благородному образу жизни, как раз тогда, когда она была готова раскрыть истинное желание своего сердца, двенадцать апостолов вернулись из Сихара, и увидев, что Иисус столь доверительно беседует с женщиной – с самаритянкой и притом наедине – они были более чем изумлены. Они быстро сложили свои припасы и удалились, и ни один из них не осмелился укорить его. Иисус же сказал Налде: «Женщина, иди своим путём; Бог простил тебя. Отныне ты будешь жить новой жизнью. Ты получила живую воду, и в твоей душе родится новая радость, и ты станешь дочерью Всевышнего». И женщина, видя неодобрительное отношение апостолов, оставила свой кувшин и поспешила в город.
       Налда вернулась в город, возвещая каждому встречному: «Идите к колодцу Иакова, да поспешите, ибо там вы увидите человека, рассказавшего мне всё, что я когда-либо делала. Быть может, это Обратитель?» И до захода солнца огромная толпа собралась у колодца Иакова, чтобы услышать Иисуса. И Учитель продолжал говорить им о воде жизни – даре пребывающего в человеке духа.
       Апостолы не переставали поражаться готовности Иисуса говорить с женщинами, женщинами сомнительной репутации и даже падшими женщинами. Иисусу было очень трудно научить своих апостолов тому, что женщины – даже так называемые падшие женщины – имеют душу, способную избрать Бога своим Отцом и тем самым стать дочерьми Бога и кандидатами на вечную жизнь. До сих пор, девятнадцать веков спустя, многие люди демонстрируют такое же нежелание постигнуть учения Иисуса. Даже христианская религия упорно строилась вокруг факта смерти Христа, а не вокруг истины его жизни. Мир должен больше интересоваться счастливой и раскрывающей Бога жизнью Иисуса, чем его трагической и печальной смертью.
       На следующий день Налда пересказала этот случай апостолу Иоанну, но он никогда не раскрывал его в полной мере другим апостолам, а Иисус, говоря о нём с апостолами, не касался подробностей.
       Налда поведала Иоанну, что Иисус рассказал ей «всё, что я когда-либо делала». Иоанн не раз хотел спросить у Иисуса об этой беседе с Налдой, но так и не сделал этого. Иисус рассказал Налде только об одном факте из её жизни, но его пристальный взгляд и манера общения привели к тому, что перед ней в одно мгновение промелькнула пёстрая панорама её жизни. Именно поэтому она связала раскрывающуюся перед ней прошлую жизнь со взглядом и словом Учителя. Иисус никогда не говорил ей, что у неё было пять мужей. После того, как её отверг муж, она жила с четырьмя различными мужчинами,  и это, вместе со всем  её прошлым, настолько ярко проявилось в её сознании в тот момент, когда она поняла, что Иисус – человек от Бога, что впоследствии она передала Иоанну то, что Иисус действительно рассказал ей всё о ней самой.
       
       6.   Возрождение самаритян.
       
       В тот вечер, когда Налда привела из Сихара толпу людей, желавших увидеть Иисуса, двенадцать только что вернулись с едой, и упрашивали Иисуса поесть вместе с ними вместо того, чтобы разговаривать с людьми, ибо они весь день провели без пищи и проголодались. Однако Иисус знал, что вскоре стемнеет, поэтому он настоял на том, чтобы поговорить с людьми до того, как отсылать их назад. Когда Андрей попытался уговорить его немного поесть, прежде чем выступать перед толпой, Иисус сказал: «У меня есть пища, о которой вы не знаете». Когда апостолы услышали это, они начали спрашивать друг у друга: «Разве кто-нибудь приносил ему еды? Быть может, женщина дала ему не только воды, но и еды?» Иисус услышал, о чём они говорят между собой, и перед тем, как обратиться к людям, повернулся к двенадцати и произнёс: «Моя пища в том, чтобы исполнять волю Пославшего меня и завершить Его труд. Не говорите больше: осталось столько-то времени до жатвы. Посмотрите на этих людей, пришедших из самаритянского города, чтобы услышать нас; я говорю вам, что нивы уже созрели для жатвы. Тот, кто жнёт, уже получает награду и собирает урожай для вечной жизни, так чтобы и сеятель, и жнец оба могли радоваться. Ибо в этом правдива пословица: «один сеет, другой жнёт». Я посылаю вас жать то, над чем вы не трудились сами; другие трудились, а вы собираете плоды их трудов». Он сказал это, имея в виду проповедь Иоанна Крестителя.
       Иисус и апостолы отправились в Сихар и проповедовали там в течение двух дней, прежде чем разбить лагерь на горе Гаризим. И многие из обитателей Сихара уверовали в евангелие и просили крестить их, однако в то время апостолы Иисуса ещё не крестили.
       В первую ночь, проведённую в лагере на горе Гаризим, апостолы ожидали, что Иисус станет упрекать их за отношение к женщине у колодца Иакова, но он ни словом не обмолвился о том. Вместо этого он выступил перед ними с незабываемой речью о «реальностях, занимающих главное место в царстве Бога». В любой религии можно легко прийти к несоразмерности ценностей и позволить фактам занять место истины в человеческой теологии. Факт креста стал сердцевиной последующего христианства; однако он не является центральной истиной в религии, которую можно создать на основе жизни и учений Иисуса Назарянина.
       Темой учений Иисуса на горе Гаризим было следующее: он желает, чтобы все люди видели Бога как Отца-друга, точно так же как он (Иисус) является для них братом-другом. Вновь и вновь он внушал им, что любовь является величайшим отношением в этом мире – во вселенной, – так же как истина есть величайшее выражение факта этих божественных отношений.
       Иисус столь полно раскрыл себя самаритянам потому, что мог делать это, не подвергая себя риску, а кроме того, он знал, что не сможет вторично посетить глубинные районы Самарии с проповедью царства.
       Иисус и двенадцать жили в лагере на горе Гаризим до конца августа. День они проводили в городах, проповедуя самаритянам благую весть царства – отцовство Бога, а на ночь возвращались в лагерь. Работа, проведённая Иисусом и апостолами в самаритянских городах, привела в царство многие души и в значительной мере подготовила почву для замечательного труда Филиппа в этих местах после смерти и воскресения Иисуса, когда жестокие гонения на верующих в Иерусалиме рассеяли апостолов по всему миру.
       
       7.    Учение о молитве и поклонении.
       
       На вечерних собраниях на горе Гаризим Иисус учил многим великим истинам, в особенности подчеркнув следующее:
       Истинная религия представляет собой деяние индивидуальной души в её сознательных отношениях с Создателем; организованная религия есть попытка человека социализировать поклонение отдельных верующих.
       Поклонение – созерцание духовного – должно чередоваться со служением, контактом с материальной реальностью. Работа должна чередоваться с отдыхом; религия – уравновешиваться юмором. Глубокой философии должна помогать ритмическая поэзия. Трудности жизни – возникающее во времени напряжение личности – должны ослабляться успокоительным поклонением. Чувство ненадёжности, порождаемое страхом перед изолированностью личности во вселенной, должно нейтрализоваться исполненным веры созерцанием Отца и попытками осознания Верховного.
       Молитва призвана сделать человека менее думающим, но более осознающим; она должна не увеличивать знание, но скорее углублять проницательность.
       Поклонение призвано предвосхищать грядущую лучшую жизнь, с тем чтобы эти новые духовные смыслы могли затем найти отражение в текущей жизни. Молитва оказывает духовную поддержку, однако поклонение отличается божественной созидательностью.
       Поклонение является методом созерцания Одного для вдохновения в служении многих. Поклонение – это то мерило, которое определяет степень отрешённости души от материальной вселенной и одновременно её безоговорочной преданности духовным реальностям всего творения.
       Молитва есть само-напоминание – возвышенное мышление; поклонение есть само-забвение – сверхмышление. Поклонение – это не требующее усилия внимание, истинный и идеальный душевный покой, форма успокоительного духовного устремления.
       Поклонение есть акт части, отождествляющей себя с Целым, конечного с Бесконечным, сына с Отцом; времени, стремящегося идти в ногу с вечностью. Поклонение есть акт личного контакта сына с божественным Отцом, принятие на себя человеческой душой-духом живительного, созидательного, братского и романтического отношения.
       Хотя апостолы поняли лишь некоторые из его учений в лагере, другие миры их поняли, а другие поколения на земле ещё поймут.
       
       
       На Гелвуе и в Декаполисе (док.144)
       
                            1. Лагерь на Гелвуе. 
                            2. Беседа о молитве. 
                            3. Молитва верующего. 
                            4. Еще о молитве. 
                            5. Другие формы молитвы. 
                            6. Совещание с апостолами Иоана. 
                            7. В городах Декаполиса.
                            8. В лагере у Пеллы. 
                            9. Смерть Иоана Крестителя.         
       Сентябрь и октябрь прошли в уединении в укромном лагере, разбитом на склонах горы Гелвуй. Весь сентябрь Иисус находился здесь наедине со своими апостолами, обучая и наставляя их истинам царства.
       Существовало несколько причин для уединения Иисуса и апостолов в это время на границе Самарии и Декаполиса. Религиозные правители Иерусалима были настроены весьма враждебно; Ирод Антипа всё ещё держал Иоанна в заточении, не решаясь ни освободить, ни казнить его, и продолжая подозревать, что Иоанн и Иисус каким-то образом связаны друг с другом. В этих условиях было бы неразумно планировать активную работу в Иудее или Галилее. Была и третья причина: постепенное усиление напряжённости между ведущими учениками Иоанна и апостолами Иисуса, что усугублялось с увеличением числа верующих.
       Иисус знал, что предварительная работа – учёба и проповеди – подходит к концу, что следующий шаг положит начало исполнению главной и завершающей задачи его жизни на земле, и ему хотелось приступить к этому делу так, чтобы оно никоим образом не терзало и не смущало Иоанна Крестителя. Поэтому Иисус решил провести какое-то время в уединении, дополнительно подготовив своих апостолов, а затем спокойно трудиться в городах Декаполиса до тех пор, пока Иоанн не будет либо казнён, либо освобождён и сможет присоединиться к ним для совместного труда.
       
       1.   Лагерь на Гелвуе.
       
       Со временем двенадцать апостолов становились всё более преданными Иисусу и всё более приверженными делу царства. Эта преданность в значительной мере объяснялась личной привязанностью. Они не понимали его многостороннего учения; и не вполне постигли всей сущности Иисуса или значимости его посвящения на земле.
       Иисус разъяснил своим апостолам, что они уединяются в силу трёх причин:
       1. Укрепить их понимание евангелия царства и веру в это евангелие.
       2. Дождаться ослабления противодействия их труду в Иудее и Галилее.
       3. Дождаться решения судьбы Иоанна Крестителя.
       За время, проведённое на Гелвуе, Иисус рассказал двенадцати многое о раннем периоде своей жизни и о пережитом опыте на горе Ермон; он также частично поведал им о том, что произошло в горах в течение сорока дней сразу же после его крещения. И он велел им не рассказывать об этом никому до тех пор, пока он не вернётся к Отцу.
       В эти сентябрьские недели они отдыхали, беседовали, вспоминали пережитое со времени, когда Иисус впервые призвал их к служению, и старательно пытались согласовать всё то, что они почерпнули от Учителя вплоть до этого времени. Отчасти все они чувствовали, что это их последняя возможность для длительного отдыха. Они понимали, что очередной публичный труд в Иудее или Галилее положит начало окончательному возвещению грядущего царства, однако они очень смутно представляли себе, если представляли вообще, каким оно будет, когда настанет. Иоанн и Андрей считали, что царство уже пришло; Пётр и Иаков полагали, что оно ещё только должно прийти; Нафанаил и Фома честно признавались в том, что пребывают в замешательстве; Матфей, Филипп и Симон Зелот были неуверенны и сбиты с толку; близнецы пребывали в состоянии блаженного неведения о разногласиях, а Иуда Искариот был молчалив и не выражал определённого мнения.
       Большую часть этого времени Иисус провёл в одиночестве в горах поблизости от лагеря. Иногда он брал с собой Петра, Иакова или Иоанна, но чаще всего он уходил один для молитвы или общения. После крещения Иисуса и сорока дней, проведённых на холмах Переи, вряд ли было бы правильно говорить об этих периодах общения с Отцом как о молитве, равным образом, несообразно было бы говорить об Иисусе, как выражающем чувство поклонения, однако будет совершенно оправданно называть эти периоды личным общением Иисуса со своим Отцом.
        В течение всего сентября центральной темой в обсуждениях были молитва и поклонение. В заключение – после нескольких дней, посвящённых обсуждению поклонения, – Иисус выступил с памятной беседой о молитве в ответ на просьбу Фомы: «Учитель, научи нас молиться».
       Иоанн научил своих учеников молитве – молитве о спасении в грядущем царстве. Хотя Иисус никогда не запрещал своим последователям пользоваться молитвой Иоанна, апостолы быстро поняли, что их Учитель не полностью одобряет практику произнесения заученных и формальных молитв. Тем не менее, верующие постоянно просили научить их молиться. Двенадцать очень хотели узнать, какую форму прошения одобряет Иисус. И именно из-за того, что обычные люди нуждались в простой форме обращения, Иисус – в ответ на просьбу Фомы – на этот раз согласился дать им примерный образец молитвы. Этот урок состоялся в один из дней на третьей неделе их пребывания на горе Гелвуй.
       
       2.   Беседа о молитве.
       
       «Иоанн действительно научил вас простой форме молитвы: „О, Отец, очисти нас от греха, покажи нам свою славу, раскрой свою любовь и позволь духу своему освятить наши сердца на веки вечные. Аминь!” Он учил этой молитве, чтобы вам было, чему учить народ. Он делал это не для того, чтобы вы пользовались таким застывшим и формальным прошением для выражения ваших собственных душ в молитве.
       Молитва является сугубо личным и самопроизвольным выражением отношения души к духу; молитва должна быть сопричастием сыновства и выражением братства. Если молитва идёт от духа, она ведёт к совместному духовному росту. Идеальная молитва представляет собой форму духовного сопричастия, ведущую к разумному поклонению. Истинная молитва отражает подлинное небесное стремление к достижению ваших идеалов.
       Молитва – это дыхание души и она должна вести вас к настойчивости в вашем стремлении познать волю Отца. Если у кого-либо из вас есть сосед, и вы придёте к нему посреди ночи и скажете: „Друг, одолжи мне три хлеба, ибо мой друг зашёл ко мне с дороги, а мне нечем угостить его”; и если ваш сосед ответит: „Не беспокой меня, дверь уже заперта, мои дети и я уже в постели; поэтому я не могу встать и дать тебе хлеба”, вы будете настаивать, объясняя, что ваш друг голоден, и вам нечего предложить ему. Я говорю вам, что если ваш сосед не поднимется, чтобы дать хлеба из дружбы к вам, то благодаря вашей настойчивости он встанет и даст столько хлебов, сколько вам нужно. И если уж упорство приносит результат даже в случае со смертным человеком, насколько же больше хлеба жизни, благодаря своей настойчивости в духе, вы можете получить из щедро дающих рук небесного Отца. И вновь я говорю вам: просите, и дано будет вам; ищите, и найдёте; стучите, и отворится вам. Ибо, кто просит – тому дано будет; кто ищет – тот находит; и тому, кто стучит – будет открыта дверь спасения.
        Кто из вас, будучи отцом, к которому сын обращается с неразумной просьбой, не ответит ему в соответствии с родительской мудростью, а не ошибочным прошением сына? Если ребёнок нуждается в хлебе, дадите ли ему камень только оттого, что он неразумно попросил его? Если сын просит рыбы, дадите ли ему водяную змею только потому, что она угодила в сеть вместе с рыбой и дитя по глупости своей просит змею? Если же вы, будучи смертными и конечными созданиями, знаете, как отвечать на просьбы и давать благие и подобающие дары своим детям, то насколько же больше духовных и многих других благодеяний совершает ваш небесный Отец для тех, кто просит у него! Людям всегда следует молиться и не предаваться унынию.
       Позвольте рассказать вам об одном судье, который жил в нечестивом городе. Этот судья не боялся Бога и не уважал людей. В том же городе жила бедная вдова, которая много раз приходила к этому несправедливому судье, говоря: „Защити меня от противника моего”. Какое-то время он не хотел её слушать, но после сказал сам себе: „Хотя я и Бога не боюсь, и людей не уважаю, но эта вдова не оставляет меня в покое и я защищу её, чтобы она больше не приходила и не надоедала мне”. Я рассказываю вам это для того, чтобы призвать вас к настойчивости в своих молитвах. Мои слова не означают, что ваши прошения изменят справедливого и праведного небесного Отца. Ваша настойчивость нужна не для обретения благосклонности Бога, а для изменения своего земного отношения и расширения способности ваших душ к восприятию духа.
       Однако, когда вы молитесь, вы проявляете слишком мало веры. Подлинная вера сдвигает горы материальных трудностей, которые могут оказаться на пути развития души и духовного продвижения».

         
       3.   Молитва верующего.

       
       Но и это не удовлетворило апостолов; они хотели, чтобы Иисус дал им пример молитвы, которой они могли бы учить новых учеников. Выслушав беседу о молитве, Иаков Зеведеев сказал: «Очень хорошо, Учитель, но нам нужна форма молитвы не столько для себя, сколько для новых верующих, столь часто упрашивающих нас: „Научите, как должно молиться небесному Отцу”».
       Когда Иаков умолк, Иисус сказал: «Если вам всё ещё нужна такая молитва, я познакомлю вас с той, которой я научил моих братьев и сестёр в Назарете»:
       Отец наш небесный, Да святится имя твоё;
       Да наступит царство твоё;
       да будет воля твоя
       И на земле, как на небе.
       Хлеб наш насущный дай нам на сей день;
       Освежи наши души водой жизни.
       И прости нам долги наши,
       Как и мы прощаем должникам нашим.
       Спаси нас во искушении, избавь нас от зла,
       И делай нас всё более совершенными в подобии тебе.
       Неудивительно, что апостолы хотели услышать от Иисуса пример молитвы для верующих. Иоанн Креститель научил своих последователей нескольким молитвам; все великие учителя формулировали молитвы для своих учеников. У еврейских религиозных учителей было около двадцати пяти или тридцати стандартных молитв, которые они произносили в синагогах и даже на перекрёстках улиц. Иисус питал особую неприязнь к публичным молитвам. До сих пор апостолы лишь несколько раз слышали, как он молится. Они видели, что он проводит целые ночи в молитве или поклонении, и их очень интересовал характер или форма его прошений. Им действительно было необходимо знать, что отвечать народу, когда их просят научить молиться, как учил своих последователей Иоанн.
       Иисус учил апостолов молиться в уединении; уходить в одиночестве в тихие окрестности на природе, или отправляться в свои комнаты и закрывать двери на время молитвы.
       После смерти Иисуса и его вознесения к Отцу, для многих верующих стало обыкновением завершать эту так называемую молитву Господа добавлением слов «Во имя Господа Иисуса Христа». Ещё позже при переписывании были утеряны две строки, и к молитве была добавлена дополнительная фраза: «Ибо твоё есть царство, и сила, и слава вовеки».
       Иисус дал апостолам групповую форму молитвы, которую они использовали дома в Назарете. Он никогда не учил формальной индивидуальной молитве – только групповым, семейным или общественным прошениям. И он никогда не делал этого по собственной инициативе.
        Иисус учил, что действенная молитва должна быть:
       1. Бескорыстной – не только для себя.
       2. Убеждённой – соответствующей вере.
       3. Искренней – идущей от сердца.
       4. Разумной – согласно просветлению.
       5. Уповающей – покорной всемудрой воле Отца.
       Когда целые ночи напролёт Иисус проводил на горе в молитве, то это было в основном ради его учеников и в первую очередь для двенадцати. Учитель очень мало молился о себе, хотя он часто предавался поклонению, которое по своей сущности было осмысленным общением с его Райским Отцом.
       
       4.   Еще о молитве.
       
       В продолжение дней, последовавших после беседы о молитве, апостолы продолжали задавать Учителю вопросы об этой крайне важной и вероисповедной практике. На современном языке учение Иисуса о молитве и поклонении, изложенное апостолам в эти дни, можно суммировать и изложить следующим образом:
       Убеждённое и страстное повторение любой просьбы, если такая молитва является искренним выражением дитя Бога и произносится в вере, даже если она неблагоразумна или на неё не возможен прямой ответ, неизменно расширяет способность души к духовной восприимчивости.
       Молясь, всегда помните о том, что сыновство – это дар. Никакому дитя не требуется заслужить свой статус сына или дочери. Земное дитя рождается по воле своих родителей. Точно так же дитя Бога рождается в благодати и новой жизни духа по воле небесного Отца. Поэтому царство небесное – божественное сыновство – должно быть принято так, как это делает малое дитя. В отличие от праведности – постепенного развития характера, которое является вашим обретением, – вы принимаете сыновство через благодать и посредством веры.
       Молитва привела Иисуса к сверхобщению его души с Верховными Правителями вселенной вселенных. Молитва приведёт земных смертных к тому общению, которое присуще истинному поклонению. Способность души к духовному восприятию определяет количество небесных благодеяний, которые могут быть лично восприняты и осознаны в качестве ответа на молитву.
       Молитва и связанное с ней поклонение представляют собой метод отстранения от каждодневной рутины жизни, от монотонного однообразия материального существования. Это путь приближения к одухотворённой самореализации, к индивидуальности интеллектуального и религиозного достижения.
       Молитва – это противоядие от пагубного самоанализа. Во всяком случае, та молитва, которой учил Иисус, является такой благотворной опекой для души. Иисус постоянно пользовался благотворным воздействием молитвы, молясь за своих собратьев. Учитель обычно молился за многих, а не за одного. Только в периоды великих кризисов своей земной жизни Иисус молился за себя самого.
       Молитва – это дыхание духовной жизни посреди материальной цивилизации человеческих рас. Поклонение – это спасение для поколения смертных, ищущих наслаждений.
       Как молитву можно сравнить с перезарядкой духовных батарей души, так поклонение можно сравнить с настройкой души на приём вселенских трансляций бесконечного духа Всеобщего Отца.
       Молитва – это искренний и жаждущий взгляд дитя, обращённый на своего духовного Отца; это психологический процесс замены воли человеческой на волю божественную. Молитва является частью божественного плана преобразования того, что есть, в то, что должно быть.
       Одна из причин, почему Пётр, Иаков и Иоанн, столь часто сопровождавшие Иисуса в его длительных ночных бдениях, никогда не слышали молитв Иисуса, заключалась в том, что их Учитель чрезвычайно редко облекал свои молитвы в слова. Практически все свои молитвы Иисус возносил в духе и в сердце – молча.
       Из всех апостолов Пётр и Иаков более других приблизились к постижению учения Иисуса о молитве и поклонении.
       
       5.   Другие формы молитвы.
         
       Время от времени, в течение оставшегося периода своего пребывания на земле, Иисус обращал внимание апостолов на некоторые дополнительные формы молитвы, однако он использовал их только в качестве иллюстраций в других вопросах и запрещал учить народ этим «молитвам-притчам». Многие из них были с других обитаемых планет, но Иисус не раскрыл этот факт двенадцати. Среди этих молитв были следующие:
       
       Отец наш, в котором заключены вселенские миры,
       Да возвысится имя твоё и да восславится твой характер.
       Твоё присутствие охватывает нас, и слава твоя проявляется
       Несовершенно через нас, как в совершенстве оно явлено на небесах.
       Дай нам на сей день животворящие силы света
       И не дай нам сбиться на порочные тропы нашего воображения,
       Ибо восхитительно твоё внутреннее присутствие, вечное
       могущество,
       Которое для нас явлено как вечный дар бесконечной любви твоего
       Сына.
       
       Воистину и вовеки веков.
       
       ***
       Наш созидательный Родитель, пребывающий в центре вселенной,
       Даруй нам свою сущность и передай нам свой характер.
       Своей благодатью сделай нас своими сыновьями и дочерьми
       И прославь своё имя в нашем вечном достижении.
       Пошли свой направляющий и руководящий дух жить и пребывать в нас,
       Чтобы мы исполнили твою волю в этом мире, как ангелы исполняют твои веления в свете.
       Придай нам сил сегодня в нашем движении по пути истины.
       Освободи нас от бездеятельности, зла и всякого греховного проступка.
       Будь терпелив к нам, как и мы проявляем любовь и доброту к нашим собратьям.
       Щедро излей дух своего милосердия в наши сердца – сердца созданий.
       Шаг за шагом, веди нас своей рукой через запутанный лабиринт жизни,
       И когда придёт наш конец, прими в своё лоно наш верный дух.
       
       Воистину, да исполнится твоя воля, а не наши желания.
       
       ***
       Наш совершенный и праведный небесный Отец,
       В этот день веди и направляй наш путь.
       Освящай наши поступки и согласуй наши мысли.
       Всегда веди нас по путям вечного прогресса.
       Наполни нас всем могуществом мудрости
       И своей бесконечной энергией вдохни в нас жизнь.
       Воодушеви нас божественным сознанием
       Присутствия и водительства серафических множеств.
       Вечно веди нас вверх по пути света;
       Сполна оправдай нас в день великого суда.
       Сделай нас себе подобными в вечной славе.
       
       И прими нас в своё вечное служение на небесах.
       
       ***
       Отец наш, сокрытый тайной,
       Раскрой нам свой святой характер.
       В этот день позволь своим земным детям
       Увидеть путь, свет и истину.
       Покажи нам путь вечного прогресса
       И дай нам волю идти по этому пути.
       Установи в нас своё божественное царство
       И тем самым одари нас полным владением собой.
       Не дай нам сбиться на стези мрака и смерти;
       Вечно веди нас берегами вод жизни.
       Услышь эти наши молитвы во славу твою;
       Соблаговоли делать нас всё более подобными тебе.
       Когда придёт конец, во имя божественного Сына,
       Прими нас в вечные объятия.
       
       Воистину, да не наша воля, но твоя.
       
       ***
       Прославленные Отец и Мать, объединённые в одном родителе,
       Да будем мы верны вашей божественной сущности.
       Ваше «я» да живёт в нас и через нас
       Благодаря дару и посвящению вашего божественного духа
       Воспроизводя вас в несовершенной форме в этом мире,
       Являющего себя в совершенстве и величии на небе.
       Изо дня в день даруй нам своё благотворное служение в духе братства
       И, миг за мигом, веди нас по пути любвеобильного служения.
       Будь вечно и неизменно терпелив к нам,
       Так же как мы являем твоё терпение к нашим детям.
       Даруй нам божественную мудрость, благоприятную во всём,
       И бесконечную любовь, благодатную для каждого создания.
       Посвяти нам своё терпение и милосердие,
       Дабы наша милость могла объять слабых этого мира.
       И когда завершится наш путь, то пусть он будет достоин твоего
       имени,
       Порадует ваш добрый дух и удовлетворит помощников наших душ.
       Не как желаем мы, наш любящий Отец, но как желаешь ты вечного блага
       своим смертным детям.
       Воистину, да будет так.
       
       ***
       Наш всеправедный Источник и всемогущий Центр,
       Да чтится и святится имя твоего всемилосердного Сына.
       Твои щедроты и благословения ниспосланы нам,
       Наделяя нас силой для исполнения твоей воли и твоих велений.
       Миг за мигом даруй нам пищу древа жизни;
       День за днём питай нас живыми водами реки жизни.
       Шаг за шагом выводи нас из мрака и веди в божественный свет.
       Обнови наш разум преобразующим действием пребывающего в нас духа,
       И когда придёт наш смертный конец,
       Прими нас к себе и направь нас в вечность.
       Увенчай нас небесным венцом плодотворного служения,
       И мы прославим Отца, Сына и Святое Влияние.
       
       Воистину, по всей бесконечной вселенной.
       
       ***  
       Наш Отец, сущий в сокровенных местах вселенной,
       Да чтится имя твоё, да почитается милосердие твоё и уважается
       правосудие твоё.
       Пусть солнце праведности светит нам в полдень;
       В сумерках же мы молим тебя направить наши нетвёрдые стопы.
       Веди нас за руку по путям, избранным тобою,
       И не оставляй нас, когда труден путь и когда нас окружает тьма.
       Не забывай нас, столь часто забывающих тебя и пренебрегающих
       тобой.
       Будь же милосерден и люби нас, как мы желаем любить тебя.
       Будь милостив к нам и милосердно прощай нас,
       Как справедливо прощаем мы тех, кто терзает и ранит нас.
       Пусть же любовь, преданность и посвящение величественного Сына
       Даст жизнь вечную, исполненную твоего бесконечного милосердия и любви.
       Пусть же Бог вселенных в полной мере посвятит нам свой дух;
       Дай нам благодать, чтобы подчиняться водительству этого духа.
       Пусть же Сын ведёт и направляет нас до скончания века
       Через любвеобильное служение преданного серафического множества.
       Извечно делай нас всё более подобными тебе
       И в конце нашего пути прими нас в вечные объятия Рая.
       Воистину, во имя посвященческого Сына,
       
       В честь и во славу Верховного Отца.
       
       Хотя апостолы не имели права использовать эти посвящённые молитве уроки в публичных проповедях, в своём личном религиозном опыте они извлекли большую пользу из всех этих откровений. Иисус пользовался данными и другими примерами молитвы в качестве иллюстраций при личном наставлении двенадцати; и нам было дано особое разрешение для включения этих семи образцов молитвы в настоящее повествование.
       
       6.   Совещание с апостолами Иоана.
       
       Первого октября Филипп с некоторыми из своих собратьев апостолов, покупая еду в соседнем селе, повстречал нескольких апостолов Иоанна Крестителя. В результате этой случайной встречи на рынке, в лагере на Гелвуе состоялась трёхнедельное совещание апостолов Иисуса и апостолов Иоанна, ибо незадолго до того Иоанн, следуя примеру Иисуса, назначил двенадцать своих ведущих учеников апостолами. Иоанн поступил так по призыву Абнера, главы его верных последователей. Иисус присутствовал в лагере на Гелвуе в течение первой недели этого совещания, однако отсутствовал в течение второй и третьей недели.
       К началу второй недели этого месяца Абнер собрал всех своих соратников в лагере на Гелвуе и был готов приступить к совещанию с апостолами Иисуса. В течение трёх недель эти двадцать четыре человека встречались трижды в день шесть дней в неделю. В первую неделю Иисус общался с ними в перерывах между их утренними, дневными и вечерними встречами. Они хотели, чтобы Учитель присутствовал на их встречах и возглавлял их совместные диспуты, но он упорно отказывался участвовать в их дискуссиях, хотя и согласился выступить перед ними в трёх случаях. Эти выступления Иисуса перед двадцатью четырьмя были посвящены взаимопониманию, сотрудничеству и терпимости.
       Андрей и Абнер поочерёдно председательствовали на совещаниях обеих апостольских групп. Этим людям предстояло обсудить множество трудных вопросов и разрешить многочисленные проблемы. Раз за разом они приходили со своими трудностями к Иисусу, но в ответ слышали только одно: «Меня заботят исключительно ваши личные и чисто религиозные проблемы. Я являюсь представителем Отца для индивидуума, но не для группы. Если вы сталкиваетесь с личными трудностями в своих отношениях с Богом, приходите ко мне, и я выслушаю вас и посоветую, как решить вашу проблему. Но когда вы приступаете к согласованию различных человеческих толкований религиозных вопросов и к социализации религии, вам суждено самим находить решения всех подобных проблем. Однако моё отношение будет неизменно благожелательным и внимательным, и я заранее обещаю вам свою полную поддержку и дружеское участие, если вы все придёте к единым решениям в этих вопросах, не имеющих духовного значения. Теперь же, чтобы не мешать вашим обсуждениям, я покидаю вас на две недели. Не тревожьтесь обо мне, ибо я вернусь к вам. Я буду заниматься делом моего Отца, ибо, кроме этого, у нас есть и другие миры».
       Сказав это, Иисус спустился по склону горы, и они не видели его в течение целых двух недель. Они так и не узнали, где он был и что он делал в те дни. Прошло какое-то время, прежде чем двадцать четыре человека смогли взяться за серьёзное обсуждение своих проблем, настолько они были расстроены отсутствием Учителя. Однако не прошло и недели, как дискуссии разгорелись с новой силой, но они уже не могли обратиться к Иисусу за помощью.
       Первое, о чём удалось договориться, было принятие молитвы, которой Иисус лишь недавно научил их. Присутствующие единодушно постановили, что именно этой молитве будут учить верующих обе группы апостолов.
       После этого они решили, что до тех пор, пока Иоанн жив, в заключении или на свободе, обе группы из двенадцати апостолов будут продолжать свою деятельность, и что каждые три месяца будут проводиться недельные совместные встречи в специально оговорённых местах.
       Однако наиболее серьёзной проблемой был вопрос крещения. Их трудности ещё больше усугублялись тем, что Иисус отказывался высказать своё мнение по этому вопросу. Наконец, они договорились о следующем: пока Иоанн жив, или до тех пор, пока они вместе не изменят это решение, только апостолы Иоанна будут крестить верующих и только апостолы Иисуса будут давать последние наставления новым ученикам. Соответственно, начиная с того времени и вплоть до периода, наступившего после смерти Иоанна, двое из апостолов Иоанна сопровождали Иисуса и его апостолов для крещения верующих, ибо совместный совет единодушно постановил, что крещение должно быть первым шагом во внешнем приобщении к делам царства.
       После этого было решено, что в случае смерти Иоанна его апостолы явятся к Иисусу и подчинятся его руководству, и что они будут продолжать крестить только с разрешения Иисуса или его апостолов.
       И после этого было принято решение, что в случае смерти Иоанна апостолы Иисуса начнут крестить водой в знак крещения божественным Духом. Следует ли в проповеди крещения упоминать покаяние, было оставлено на усмотрение апостолов; не было принято какого-либо решения, обязательного для всей группы. Апостолы Иоанна проповедовали: «Покайтесь и креститесь». Апостолы Иисуса возвещали: «Уверуйте и креститесь».
       Такой была первая попытка последователей Иисуса согласовать противоречивые устремления, уладить расхождения во мнениях, организовать групповые начинания, выработать правила внешней обрядности и социализировать индивидуальные религиозные ритуалы.
       Были рассмотрены многие другие второстепенные вопросы, в отношении которых апостолы пришли к единодушному мнению. В течение этих двух недель двадцать четыре человека приобрели выдающийся опыт, ибо им пришлось сталкиваться с трудностями и находить решения проблем без помощи Иисуса. Они научились выражать своё мнение, спорить, обсуждать, молиться, идти на компромисс и во всём сохранять благожелательное отношение к точке зрения собеседника и хотя бы некоторую терпимость к его чистосердечным взглядам.
       В тот день, когда апостолы проводили завершающее обсуждение финансовых проблем, вернулся Иисус; он выслушал их решения и сказал: «Таковы, следовательно, ваши заключения, и я помогу каждому из вас воплотить дух ваших совместных решений».
       Через два с половиной месяца Иоанн был казнён, и в течение этого времени апостолы Иоанна оставались с Иисусом и его апостолами. В течение этого времени все они работали сообща и крестили верующих в городах Декаполиса. Лагерь на Гелвуе был покинут 2 ноября 27 года н.э.
       
       7.   В городах Декаполиса.
       
       В ноябре и декабре Иисус и двадцать четыре апостола неприметно трудились в греческих городах Декаполиса – в основном, в Скифополе, Герасе, Абиле и Гадаре. Именно здесь завершился предварительный этап принятия на себя дела Иоанна и его организации. Социализированная религия нового откровения всегда вынуждена идти на компромисс с существующими формами и обычаями предшествующей религии, которую она стремится спасти. Крещение стало той ценой, которую сторонники Иисуса заплатили, чтобы иметь рядом с собой сторонников Иоанна Крестителя в качестве социализированной религиозной группы. Сторонники Иоанна, присоединяясь к сторонникам Иисуса, отказались практически от всего, кроме крещения водой.
       В течение этой миссии в городах Декаполиса Иисус почти не учил публично. Он много занимался с двадцатью четырьмя и провёл целый ряд специальных бесед с двенадцатью апостолами Иоанна. Со временем они стали лучше понимать, почему он не навещал Иоанна в тюрьме и не пытался добиться его освобождения. Но они так и не поняли, почему Иисус не совершает чудес, почему он отказывается творить знамения своей божественной власти. До прихода в лагерь на Гелвуе они верили в Иисуса в основном благодаря свидетельству Иоанна, но вскоре они начали верить в него в результате их собственного контакта с Учителем и его учениями.
       В течение этих двух месяцев большую часть времени группа работала в парах – один из апостолов Иисуса трудился вместе с одним из апостолов Иоанна. Апостол Иоанна крестил, апостол Иисуса наставлял, в то время как оба проповедовали евангелие царства в соответствии с собственным пониманием. И они завоевали много душ среди язычников и отступивших от своей веры евреев.
       Абнер, глава апостолов Иоанна, стал убеждённым последователем Иисуса и впоследствии был назначен главой группы из семидесяти учителей, которых Иисус уполномочил проповедовать евангелие.
       
       8.   В лагере у Пеллы.
       
       Во второй половине декабря все они перебрались к Иордану и обосновались у Пеллы, где снова начали учить и проповедовать. Как иудеи, так и язычники приходили в этот лагерь услышать евангелие. В один из дней, пополудни, когда Иисус учил народ, некоторые из ближайших друзей Иоанна доставили Учителю послание, ставшее последним, которое он получил от Крестителя.
       Иоанн находился в заключении уже полтора года, и в течение большей части этого времени Иисус трудился, не привлекая к себе внимания; поэтому неудивительно, что Иоанн начал беспокоиться о судьбе царства. Друзья Иоанна прервали Иисуса, чтобы сообщить ему: «Иоанн Креститель послал нас спросить – являешься ли ты истинным Избавителем или искать нам другого?»
       Помолчав, Иисус ответил друзьям Иоанна: «Пойдите и скажите Иоанну, что он не забыт. Скажите ему, что вы слышали и видели, что бедным проповедуется благая весть». И поговорив ещё с вестниками Иоанна, Иисус повернулся к народу и сказал: «Не думайте, что Иоанн усомнился в евангелии царства. Он спрашивает только для того, чтобы уверить своих учеников, которые являются также и моими учениками. Иоанн – не слабый человек. Позвольте спросить вас, слышавших проповеди Иоанна до того, как Ирод бросил его в темницу: что видели вы в Иоанне – тростник, раскачиваемый ветром? Капризного человека, одетого в мягкие одежды? Обычно те, кто пышно одевается и роскошно живёт, находятся в царских дворцах и в особняках богатеев. Но кого же вы видели в Иоанне? Пророка? Да, говорю я вам, и много больше, чем пророка. Именно об Иоанне было сказано: „Вот, я посылаю перед тобой своего предтечу; он приготовит тебе путь”.
        Истинно, истинно говорю вам: среди всех родившихся не было никого более великого, чем Иоанн Креститель; и всё же самый малый в царстве небесном выше его, ибо он рождён в духе и знает, что стал сыном Бога».

       Многие из тех, кто слышал Иисуса в тот день, приняли Иоанново крещение и тем самым публично заявили о вступлении в царство. И с того дня апостолы Иоанна крепкими узами связали себя с Иисусом. Это событие ознаменовало действительное объединение последователей Иоанна и Иисуса.
       После беседы с Абнером вестники отправились в Махерон, чтобы рассказать обо всём этом Иоанну. Он был чрезвычайно утешен, и слова Иисуса, вместе с сообщением от Абнера, укрепили его веру.
       В тот день Иисус продолжил обучение словами: «С кем сравню я это поколение? Многие из вас не хотят принимать ни проповедь Иоанна, ни моё учение. Вы подобны детям, играющим на рыночной площади, которые обращаются к своим приятелям и говорят: „Мы играли для вас на свирели, а вы не плясали; мы пели вам скорбные песни, а вы не плакали”. Так и некоторые из вас. Пришёл Иоанн, который не ел и не пил, и они говорили, что он одержим бесом. Пришёл Сын Человеческий, который ест и пьёт, и те же люди говорят: „Вот человек, который слишком много ест и слишком много пьёт вина, друг мытарей и грешников!” Воистину, о мудрости судят по её плодам.
       Может показаться, что небесный Отец сокрыл некоторые из этих истин от мудрых и высокомерных, открыв их младенцам. Но Отец всё делает во благо; Отец раскрывает себя вселенной теми способами, которые он выбирает сам. А потому придите ко мне все вы, кто трудится и обременён, и вы найдёте успокоение для своих душ. Возложите на себя божественное ярмо, и вы обретёте божественный мир, которое превыше любого понимания».

       
       9.   Смерть Иоана Крестителя.

       
       Иоанн Креститель был казнён по приказу Ирода Антипы вечером 10 января 28 года н.э. На другой день некоторые из его учеников, которые пришли в Махерон, узнали о казни и, обратившись к Ироду, испросили разрешение забрать тело, которое они положили в гробницу, а позднее похоронили в Севастии, на родине Абнера. На следующий день, 12 января, они отправились на север, в лагерь апостолов Иисуса и Иоанна у Пеллы, и рассказали Иисусу о смерти Иоанна. Выслушав их сообщение, Иисус отпустил народ и сказал собравшимся двадцати четырём: «Иоанн мёртв. Ирод обезглавил его. Вечером соберите совет и решите соответствующим образом свои дела. Промедление закончено. Пришёл час возвестить царство открыто и со всей силой. Завтра мы отправляемся в Галилею».
       Так ранним утром 13 января 28 года н.э. Иисус и апостолы в сопровождении примерно двадцати пяти последователей отправились в Капернаум и остановились в ту ночь в доме Зеведея
       
       
       Четыре знаменательных дня в Капернауме (док.145)
       
                            1. Улов рыбы. 
                            2. Пополудни в синагоге.       
                            3. Исцеление на заходе солнца. 
                            4. Вечером того же дня.
                            5. Ранним утром в воскресенье. 
       Иисус и апостолы прибыли в Капернаум вечером во вторник, 13 января. Как обычно, они расположились в доме Зеведея в Вифсаиде. Теперь, когда Иоанн Креститель был казнён, Иисус приготовился впервые открыто отправиться в путешествие по  Галилее с публичными проповедями. Весть о прибытии Иисуса быстро разнеслась по городу, и на следующий день, ранним утром, его мать Мария поспешила прочь, отправившись в Назарет к своему сыну Иосифу.
       Среду, четверг и пятницу Иисус провёл в доме Зеведея, готовя своих апостолов к их первому большому проповедническому путешествию. Кроме того, он принял и учил многих проявлявших искренний интерес посетителей – как по одному, так и в группах. Через Андрея он договорился о выступлении в синагоге в ближайшую субботу.
       Поздно вечером в пятницу Иисуса тайно навестила его младшая сестра, Руфь. Они провели вдвоём около часа в лодке, стоявшей на якоре неподалёку от берега. Ни один человек, за исключением Иоанна Зеведеева, не знал об этой встрече, и ему было велено никому о ней не рассказывать. Руфь была единственным членом семьи Иисуса, последовательно и непоколебимо верившей в божественность его земной миссии, – начиная со времени пробуждения её духовного сознания и на протяжении его богатого событиями служения, смерти, воскресения и вознесения; в итоге, она перешла в иные миры, ни разу не усомнившись в сверхъестественном характере миссии её отца-брата, исполненной им во плоти. Из всех членов земной семьи Иисуса малышка Руфь была его главным утешением на всём протяжении тяжёлого испытания – суда, отвержения и распятия.
       
       1.   Улов рыбы.
       
       Утром в пятницу той же недели, когда Иисус учил на берегу, толпа оттеснила его настолько, что он оказался у самой воды и дал знак рыбакам, находившимся неподалёку  в лодке, прийти к нему на помощь. Перейдя в лодку, он более двух часов продолжал учить собравшийся народ. Лодка эта называлась «Симон»; ранее она принадлежала Симону Петру, и была построена руками Иисуса. В то утро лодкой пользовался Давид Зеведеев с двумя своими помощниками; они только что подошли к берегу после безуспешного ночного лова на озере. Когда Иисус позвал их на помощь, они чистили и чинили свои сети.
       Закончив учить людей, Иисус сказал Давиду: «Так как вам пришлось задержаться, чтобы помочь мне, позвольте поработать с вами. Отправимся порыбачить; отведите лодку туда, на глубину, и закиньте свои сети». Но один из помощников Давида, Симон, ответил: «Учитель, это бесполезно. Мы трудились всю ночь и ничего не поймали; тем не менее, мы сделаем, как ты велишь, – отойдём от берега и закинем сети». И Симон согласился последовать указаниям Иисуса после знака своего хозяина, Давида. Когда они достигли указанного Иисусом места и закинули сеть, то в ней оказалось столько рыбы, что они стали бояться за свои сети и были вынуждены дать знать своим товарищам, находившимся на берегу, что нуждаются в помощи. Когда все три лодки были наполнены до краёв рыбой, – так, что почти черпали бортами воду, – Симон припал к ногам Иисуса и сказал: «Оставь меня, Учитель, ибо я грешен». Симон и все остальные свидетели этого случая были потрясены уловом рыбы. С того дня Давид Зеведеев, этот Симон и их товарищи оставили свои сети и последовали за Иисусом.
       Однако в этом улове рыбы не было ничего чудесного. Иисус внимательно изучал природу; он был опытным рыбаком и знал повадки рыб в Галилейском море. В данном случае он просто направил лодки к тому месту, где обычно водилась рыба в это время суток. Но последователи Иисуса всегда считали это чудом.
       
       2.   Пополудни в синагоге.
       
       В следующую субботу, во время дневной службы в синагоге, Иисус выступил с проповедью на тему «Воля небесного Отца». Утром Симон Пётр проповедовал на тему «О царстве». Темой Андрея, выступившего в четверг на вечернем собрании в синагоге, был «Новый Путь». В это время в Капернауме в Иисуса верило больше людей, чем в каком-либо другом городе на земле.
       Обучая в синагоге в тот субботний день, Иисус, следуя обычаю, сначала выбрал текст из закона, прочитав отрывок из Книги Исхода: «Служи Господу, Богу своему, и он благословит твой хлеб и твою воду и отведёт от тебя все болезни». Второй текст он взял из пророков, прочитав отрывок из Исайи: «Поднимись и свети, ибо твой свет пришёл, и слава Господа сияет над тобою. Тьма может покрывать землю, во мраке народы, но дух Господа воссияет над тобою, и божественная слава будет зрима в тебе. Даже язычники придут к этому свету, и многие великие умы склонятся перед сиянием света сего».
        Для Иисуса эта проповедь была попыткой разъяснить, что религия является личным опытом. В частности, Учитель сказал:
       «Вы хорошо знаете, что любовь добросердечного отца к своей семье как к единому целому объясняется его сильным чувством к каждому отдельному члену своей семьи. Впредь всякий из вас должен относиться к небесному Отцу не как дитя Израиля, а как дитя Бога. Все вместе вы действительно являетесь детьми Израиля, но как индивидуумы каждый из вас есть дитя Бога. Я пришёл не для того, чтобы раскрыть Отца детям Израиля, а для того, чтобы принести это знание Бога и откровение его любви и милосердия каждому отдельному верующему в качестве подлинного личного опыта. Пророки учили вас, что Яхве заботится о своих детях, что Бог любит Израиль. Но я пришёл к вам, чтобы провозгласить более великую истину, – ту, которую поняли многие поздние пророки: Бог любит каждого – каждого из вас – как индивидуума. В течение всех этих поколений ваша религия была национальной или расовой; теперь же я пришёл для того, чтобы дать вам религию личную.
       Впрочем, и эта идея не нова. Многие из духовно мыслящих среди вас знают эту истину, поскольку некоторые пророки наставляли вас в этом. Разве вы не читали в Писаниях у пророка Иеремии, где сказано: „В те дни уже не будут говорить, что отцы ели зелёный виноград, а у детей – оскомина. Каждый умрёт только за свой собственный грех; оскомина будет у каждого, кто ест кислый виноград. И вот наступят дни, когда я заключу со своим народом новый завет, – не такой, какой я заключил с их предками, когда я вывел их из земли Египетской, но согласно новому пути. Я запишу свой закон в их сердцах. Я буду их Богом, а они – моим народом. В те дни уже не спросит брат брата, знает ли он Господа. Нет! Ибо все они узнают меня лично, от мала до велика”.
       Разве вы не читали этих обещаний? Разве вы не верите Писаниям? Разве вы не понимаете, что слова пророка исполняются в том, что вы видите сегодня? И разве Иеремия не призывал вас сделать религию делом сердца, установить личную связь с Богом, как отдельным индивидуумам? Разве пророк не сказал вам, что Бог небесный прозрит в каждое сердце? И разве вас не предупреждали, что обычное человеческое сердце более всего обманчиво, а порою и крайне испорчено?
       Разве не читали вы то место, где Иезекииль ещё учит ваших отцов, что религия непременно должна стать реальностью в вашем личном опыте? Вы больше не будете пользоваться пословицей, гласящей: „Отцы ели зелёный виноград, а у детей – оскомина”. „Живу я! – говорит Господь Бог. – Смотрите, все души принадлежат мне; как душа отца, так и душа сына. Только та душа, которая грешила, умрёт”. Именно этот день предвидел Иезекииль, когда сказал от имени Бога: „И дам вам сердце новое, и новый дух вложу в вас”.
       Вы не должны больше бояться того, что Бог накажет нацию за грех одного человека; не накажет небесный Отец и одного из своих верующих детей за грехи нации, хотя члены любой семьи зачастую должны сталкиваться с материальными последствиями семейных ошибок и коллективных проступков. Разве вы не осознаёте, что мечта о лучшей нации – или о лучшем мире – связана с прогрессом и просвещением индивидуума?»

       Вслед за этим Учитель рассказал о желании небесного Отца, чтобы его земные дети, постигшие эту духовную свободу, приступили к тому вечному восхождению к Раю, которое состоит в осознанном ответе создания на божественное побуждение пребывающего в нём духа: найти Создателя, познать Бога и стремиться стать подобным ему.
       Эта проповедь оказала апостолам огромную помощь. Каждый из них более полно осознал, что евангелие царства обращено к индивидууму, а не к нации.
       Несмотря на то, что жители Капернаума были знакомы с учением Иисуса, они были потрясены его проповедью, с которой он выступил в эту субботу. Он действительно учил как человек, имеющий власть, а не как книжник.
       Как только Иисус закончил говорить, с одним из слушающих – юношей, сильно взволнованным его словами, – случился страшный эпилептический припадок, и он громко закричал. Когда приступ прошёл и к нему стало возвращаться сознание, он проговорил в полузабытьи: «Что нам до тебя, Иисус Назарянин? Кто ты – святой Божий? Зачем ты явился сюда? Чтобы погубить нас?» Иисус приказал людям успокоиться и, взяв молодого человека за руку, сказал: «Очнись» – и юноша тут же пришёл в себя.
       Этот юноша не был одержим нечистым духом или демоном; он страдал обычной эпилепсией. Однако ему внушили, что его недуг является следствием одержимости злым духом. Он верил этим внушениям, и это накладывало отпечаток на всё, что он думал или говорил относительно своего заболевания. Все люди верили, что подобные явления – прямое следствие присутствия нечистых духов. Поэтому они считали, что Иисус изгнал из этого человека демона. Однако в данном случае Иисус не излечил его от эпилепсии. Этот человек действительно был исцелён в тот же день, но произошло это позднее, после  захода солнца. Спустя много лет после Пятидесятницы апостол Иоанн, последним описавший деяния Иисуса, избегал каких-либо упоминаний так называемых «изгнаний бесов», и он поступал так потому, что случаи одержимости полностью прекратились после Пятидесятницы.
       В результате этого рядового события по всему Капернауму быстро разнеслась весть о том, что Иисус изгнал из человека беса и чудесным образом исцелил его в синагоге по окончании дневной проповеди. Суббота была подходящим временем для молниеносного распространения такого поразительного слуха. Сообщение об этом происшествии разнеслось также по всем небольшим селениям вокруг Капернаума, и многие люди поверили ему.
       Приготовлением еды и хозяйством в большом доме Зеведея, ставшем центром деятельности Иисуса и двенадцати апостолов, обычно занимались жена Симона Петра и её мать. Дом Петра находился рядом с домом Зеведея и Иисус и его друзья остановились здесь, возвращаясь из синагоги, так как мать жены Петра уже в течение нескольких дней страдала малярией. И вот, случилось так, что примерно в то же время, когда Иисус стоял над больной женщиной, держа её за руку, гладя ей лоб и говоря слова утешения и ободрения, лихорадка оставила её. Иисус ещё не успел объяснить своим апостолам, что в синагоге не произошло никакого чуда. Теперь же, находясь под свежим и ярким впечатлением от того случая и вспомнив воду и вино в Кане, они восприняли и это совпадение как очередное чудо, и некоторые из них бросились из дома, чтобы разнести эту новость по всему городу.
       Тёща Петра, Амафа, страдала малярийной лихорадкой. В этот раз она не была чудесным образом исцелена Иисусом. Только спустя несколько часов, после захода солнца, она излечилась в связи с чрезвычайным событием, произошедшим в палисаднике дома Зеведея.
       И все эти случаи типичны для поведения падкого на волшебства поколения; эти верившие в чудеса люди использовали в качестве предлога каждое стечение обстоятельств, чтобы заявить, что Иисус сотворил очередное чудо.
       
       3.   Исцеление на заходе солнца.
       
       К концу этой богатой событиями субботы, когда Иисус и его апостолы собирались приступить к своей вечерней трапезе, весь Капернаум и его окрестности пришли в возбуждение из-за этих якобы чудесных исцелений; и все, кто страдал каким-то недугом, приготовились сразу же после захода солнца отправиться к Иисусу сами или с помощью друзей. Согласно еврейскому учению, в священные часы субботы человек не имел права отправиться даже на лечение.
       Поэтому, как только солнце село за горизонтом, множество поражённых болезнями мужчин, женщин и детей начали стекаться к дому Зеведея в Вифсаиде. Один человек отправился в путь со своей парализованной дочерью, как только солнце скрылось за домом его соседа.
       Всё в этот день вело к этому необыкновенному событию, произошедшему на закате солнца. Даже отрывок, использованный Иисусом в послеобеденной проповеди, указывал на то, что следует избавиться от болезней; и он говорил с такой невиданной мощью и властностью! Его проповедь была столь убедительной! Не взывая к человеческим авторитетам, он говорил, обращаясь непосредственно к сознанию и душам людей. Не прибегая к логике, софизмам законников или хитроумным рассуждениям, он обращался с сильным, прямым, ясным и личным воззванием к сердцам своих слушателей.
       Эта суббота была великим днём в земной жизни Иисуса, да и в жизни вселенной. Для всей локальной вселенной небольшой еврейский городок Капернаум фактически стал настоящей столицей Небадона. Горстка евреев в капернаумской синагоге не были единственными существами, которые внимали заключительным словам проповеди Иисуса: «Ненависть – это тень страха, месть – личина трусости». Не могли слушатели забыть и его благословенных слов: «Человек – сын Бога, а не дитя дьявола».
       Вскоре после захода солнца, когда Иисус и апостолы, отужинав, ещё сидели за столом, жена Петра услышала из палисадника голоса и, подойдя к двери, увидела, что перед домом собирается большая толпа больных людей и что дорога из Капернаума запружена теми, кто направляется к ним в надежде на исцеление от рук Иисуса. Увидев это зрелище, она сразу же сообщила о нём своему мужу, а тот – Иисусу.
       Когда Учитель вышел из парадной двери Зеведеева дома, его взору предстало множество поражённых болезнями и страдающих людей. Он смотрел почти на тысячу больных и хворых; во всяком случае, такое число людей собралось перед ним. Не все присутствующие страдали от болезней; некоторые пришли, помогая своим любимым в их стремлении исцелиться.
       Вид этих страдающих смертных – мужчин, женщин и детей, мучения которых в значительной мере являлись следствием ошибок и преступлений его собственных доверенных Сынов вселенской администрации, – особенно тронул человеческое сердце Иисуса и вызвал в этом великодушном Сыне-Создателе божественное милосердие. Но Иисус прекрасно понимал, что ему никогда не построить прочного духовного движения на фундаменте одних только материальных чудес. Он последовательно стремился воздерживаться от демонстрации своих прерогатив создателя. Со времени Каны с его учением не было связано ничего сверхъестественного или чудесного; тем не менее, эта толпа страждущих тронула его отзывчивое сердце и мощно воззвала к его сострадательной любви.
       Он услышал, как из палисадника кто-то крикнул: «Учитель, вымолви слово, верни нам здоровье, исцели наши болезни и спаси наши души». Не успели эти слова растаять в воздухе, как огромная свита серафим, физических управляющих, Носителей Жизни и промежуточных созданий, постоянно
       сопровождавших воплощённого Создателя вселенной, приготовилась использовать созидательную силу в случае получения сигнала от их Владыки.
       Это был один из тех моментов в земной жизни Иисуса, когда божественная мудрость и человеческое сострадание в суждении Сына Человеческого переплелись настолько, что он обратился за помощью к воле своего Отца.
        Когда Пётр стал умолять его внять их крику о помощи, Иисус, глядя на толпу страждущих, ответил: «Я пришёл в этот мир, чтобы раскрыть Отца и установить его царство. Этой цели посвящена вся моя прожитая до сих пор жизнь. Поэтому если на то будет воля Пославшего меня, и если это не будет противоречить провозглашению мною евангелия небесного царства, я хотел бы видеть своих детей исцелёнными, и… » – но дальнейшие слова Иисуса потонули в шуме и криках.
       Иисус передал Отцу ответственность за принятие решения об исцелении. Очевидно, воля Отца не противоречила этому желанию, ибо не успел Учитель произнести своих слов, как сонм небесных личностей, действующих под предводительством Персонализированного Настройщика Мышления Иисуса, пришёл в состояние чрезвычайной активности. Огромная свита опустилась на разноликую толпу страдающих смертных, и через мгновение 683 человека – мужчины, женщины и дети – были исцелены, полностью избавлены от всех физических заболеваний и других материальных недугов. Подобное никогда не наблюдалось на земле ни до этого дня, ни после. И для тех из нас, кто был свидетелем такой созидательной волны исцеления, это стало действительно захватывающим зрелищем.
       Но из всех существ, потрясённых мгновенным и неожиданным всплеском сверхъестественного исцеления, больше всех был удивлён Иисус. В тот момент, когда его человеческое участие и сострадание были сосредоточены на открывшемся перед ним зрелище страданий и боли, он упустил из виду предупреждения своего Персонализированного Настройщика о том, что при определённых условиях и в некоторых обстоятельствах становится невозможным ограничить временной аспект присущих Сыну-Создателю прерогатив творца. Иисус желал исцеления этих страдающих смертных, если это не противоречило воле его Отца. Персонализированный Настройщик Иисуса тут же постановил, что в тот момент подобный акт с использованием созидательной энергии не нарушал волю Райского Отца, и этим решением – ввиду предшествующего желания Иисуса вылечить людей – созидательный акт стал фактом. То, чего желает Сын-Создатель и что соответствует воле его Отца, ЕСТЬ. Это стало самым массовым физическим исцелением смертных за всю земную жизнь Иисуса.
       Как и следовало ожидать, молва об этом исцелении на заходе солнца в Вифсаиде близ Капернаума разнеслась по всей Галилее и Иудее, а также за их пределами. В очередной раз у Ирода пробудился страх, и он послал наблюдателей, которые должны были сообщить ему о труде и учениях Иисуса и выяснить, кто он – бывший плотник из Назарета или же воскресший из мёртвых Иоанн Креститель.
       В основном благодаря этой непреднамеренной демонстрации физического исцеления, впредь – на протяжении всей его оставшейся земной жизни – Иисус в равной мере являлся как врачом, так и проповедником. Конечно, он продолжал учить людей, но его непосредственный труд заключался в основном в помощи больным и страждущим, в то время как его апостолы выступали с публичными проповедями и крестили верующих.
       Однако большинство из тех, на ком проявилось действие божественной энергии, продемонстрированной после захода солнца в форме сверхъестественного или созидательного исцеления, не извлекли долговременной духовной пользы из этого необычайного проявления милосердия. Лишь немногих эта физическая помощь действительно укрепила в вере, но поразительный всплеск вневременного исцеления не помог сердцам людей проникнуться духовным царством.
       Чудеса исцеления, с которыми то и дело была связана земная миссия Иисуса, не являлись частью его плана провозглашения царства. Они были побочным следствием присутствия на земле божественного существа, обладающего практически неограниченными прерогативами создателя в сочетании с беспрецедентным соединением божественного милосердия и человеческого сочувствия. Однако эти так называемые чудеса доставляли Иисусу много хлопот, являясь порождающим предубеждения источником известности и создавая ненужную шумиху.
       
       4.   Вечером того же дня.
       
       Весь вечер после этого великого массового исцеления, толпы ликующих и счастливых людей заполнили дом Зеведея, и апостолы Иисуса были на вершине эмоционального подъёма. С человеческой точки зрения, этот день стал, наверное, величайшим из всех великих дней в их отношениях с Иисусом. И никогда – ни до, ни после – их надежды не взлетали до таких высот убеждённого упования. Лишь за несколько дней до этого – когда они ещё находились в Самарии – Иисус сказал им, что настал час для провозглашения царства со всей мощью, и теперь они лицезрели то, что, как они полагали, было исполнением этого обещания. Они трепетали, предвидя, что их ожидает впереди, если эта поразительная демонстрация целительной силы является только началом. Исчезли последние следы сомнений в божественности Иисуса. Ошеломлённые и зачарованные, они буквально опьянели от восторга.
       Однако, когда они стали искать Иисуса, то не смогли его найти. Учитель был крайне обеспокоен произошедшим. Эти мужчины, женщины и дети, исцелившиеся от различных болезней, не расходились допоздна в надежде дождаться возвращения Иисуса и поблагодарить его. Апостолы не могли понять поведения Учителя: шло время, а он оставался в уединении; их радость была бы полной и совершенной, если бы не его затянувшееся отсутствие. Когда же Иисус, наконец, вернулся к ним, было поздно, и практически все облагодетельствованные исцелением люди уже разошлись по домам. Иисус отверг поздравления и восторги двенадцати и других людей, задержавшихся здесь, чтобы поприветствовать его, и только сказал: «Не радуйтесь тому, что мой Отец может исцелить тело, – радуйтесь тому, что он способен спасти душу. Отправимся на покой, ибо завтра нам предстоит заняться делом Отца».
       И вновь двенадцать разочарованных, смущённых и опечаленных мужчин отправились на покой; в ту ночь они, за исключением близнецов, почти не сомкнули глаз. Стоило Учителю совершить нечто такое, что ободряло души и радовало сердца его апостолов, как он, казалось, тут же вдребезги разбивал их надежды и полностью уничтожал саму основу их мужества и энтузиазма. Сбитые с толку, эти рыбаки смотрели друг на друга, и в их глазах читалась только одна мысль: «Мы не можем понять его. Что всё это значит?»
       
       5.   Ранним утром в воскресенье.
       
       В ту субботнюю ночь Иисус тоже почти не сомкнул глаз. Он сознавал, что мир полон физических бедствий и изобилует материальными трудностями, и размышлял об огромной опасности – быть вынужденным посвящать столь значительную часть своего времени заботе о больных и страждущих, что физическая опека сделалась бы препятствием для его миссии по установлению духовного царства в сердцах людей или, по крайней мере, подчинила бы её себе. Из-за этих и схожих мыслей, одолевавших ночью смертный разум Иисуса, в то воскресное утро он поднялся задолго до рассвета и отправился в одиночестве в одно из своих излюбленных мест для общения с Отцом. В это раннее утро Иисус молился о мудрости и здравом смысле, о том, чтобы не позволять своему человеческому сочувствию, соединённому с божественным милосердием, оказывать  на него столь сильное влияние в присутствии страдающих смертных, чтобы всё его время уходило на физическую опеку в ущерб опеке духовной. Хотя он не хотел полностью уклоняться от помощи больным, он знал, что должен заниматься более важным делом, – духовным обучением и религиозным наставлением.
       Пётр не мог заснуть в ту ночь; поэтому вскоре после того, как Иисус отправился молиться, когда ещё было очень рано, он разбудил Иакова и Иоанна, и трое апостолов отправились на поиски Учителя. Проискав Иисуса больше часа, они нашли его и стали просить, чтобы он объяснил им причину своего странного поведения. Они хотели знать, почему он казался обеспокоенным могучим излиянием духа исцеления, приведшего всех людей в бурный восторг и столь обрадовавшего его апостолов.
       Более четырёх часов Иисус пытался разъяснить этим трём апостолам, что случилось. Он раскрыл им произошедшее и объяснил всю опасность таких проявлений. Иисус поведал им, почему он  пришёл  сюда для молитвы. Он стремился объяснить своим личным соратникам действительные причины невозможности построить царство Отца на чудесах и физическом исцелении. Однако они не смогли постигнуть его учения.
       Тем временем, с раннего утра в воскресенье, к дому Зеведея стали стекаться новые толпы страдающих и любопытных, которые требовали встречи с Иисусом. Андрей и апостолы оказались в столь затруднительном положении, что пока Симон Зелот говорил с собравшейся толпой, Андрей вместе с несколькими своими товарищами отправился на поиски Иисуса. Найдя Иисуса в обществе трёх апостолов, он сказал: «Учитель, зачем ты оставил нас наедине с народом? Посмотри, все ищут тебя; никогда ещё так много людей не стремилось к твоему учению. Вот и сейчас дом окружают люди, пришедшие из ближних и дальних мест после сотворённых тобою чудес. Разве ты не вернёшься вместе с нами, чтобы помочь им?»
       Услышав эти слова, Иисус ответил: «Андрей, разве я не учил тебя и других, что моя земная миссия – раскрытие Отца, а моя проповедь – возвещение царства небесного? Так почему же, в таком случае, ты готов допустить, чтобы меня отвлекали от моего труда ради ублажения любопытных и удовлетворения тех, кто ищет знамений и чудес? Разве мы не находились среди этих людей все эти месяцы, и разве стекались они толпами, чтобы услышать благую весть царства? Почему же теперь они пришли осаждать нас? Вследствие ли восприятия ими духовной истины для спасения душ или просто потому, что исцелились их физические тела? Когда люди тянутся к нам из-за необычайных явлений, многие из них ищут не истины и спасения, а исцеления своих физических болезней и освобождения от своих материальных трудностей.
       Всё это время я провёл в Капернауме; и в синагоге, и у моря я провозглашал благую весть царства всем, кто имел уши, чтобы слышать и сердца, чтобы принять истину. Воля моего Отца – не в том, чтобы я вернулся с вами угождать любопытным и заниматься телесной опекой в ущерб духовной. Я посвятил вас проповедовать евангелие и помогать больным, но я не могу посвятить себя исцелению в ущерб своему учению. Нет, Андрей, я не вернусь с вами. Идите и скажите людям, чтобы они верили в то, чему мы их учили, и радовались свободе сынов Бога, а сами собирайтесь в дорогу – мы отправляемся в другие города Галилеи, где уже подготовлен путь для проповеди благой вести царства. Именно для этой цели я пришёл от Отца. Ступайте же и будьте готовы сразу же выйти в путь; я буду ждать вашего возвращения здесь».
       Когда Иисус закончил говорить, Андрей и его собратья-апостолы понуро отправились назад к дому Зеведея, распустили собравшийся народ и быстро собрались в путь, как и велел Иисус. Так, пополудни в воскресенье, 18 января 28 года н.э., Иисус и апостолы отправились в своё первое действительно открытое путешествие с публичными проповедями по городам Галилеи. Во время этого первого путешествия они проповедовали евангелие царства во многих городах, но не посетили Назарет.
       В тот же день – вскоре после того, как Иисус и его апостолы вышли в Риммон, – его братья Иаков и Иуда пришли в дом Зеведея, чтобы повидаться с ним. В тот день, около полудня, Иуда разыскал своего брата Иакова и настоял на том, чтобы они отправились к Иисусу. К тому времени, когда Иаков согласился, Иисус уже покинул Капернаум.
       Апостолам было жаль покидать Капернаум, где их проповедь была встречена с огромным интересом. По подсчётам Петра, не менее тысячи человек могло бы креститься и вступить в царство. Иисус терпеливо выслушал их, однако отказался вернуться. На время воцарилось молчание, и затем Фома обратился к своим собратьям-апостолам со словами: «Пойдём! Учитель сказал своё слово. Хотя мы и не можем до конца постигнуть тайны небесного царства, в одном мы уверены: мы следуем за учителем, который не ищет славы для себя самого». И с неохотой покинув Капернаум, они отправились в путь возвещать благую весть в городах Галилеи.
       
       
       Первое проповедническое путешествие по Галилее (док. 146).
       
                            1. Проповедь в Риммоне.
                            2. В Иотапате. 
                            3. Остановка в Раме. 
                            4. Евангелие в Ироне.
                            5. Снова в Кане. 
                            6. Наин и вдовий сын. 
                            7. В Ендоре.         
       Первое путешествие по Галилее с публичными проповедями началось в воскресенье, 18 января 28 года н.э., и продолжалось около двух месяцев, завершившись 17 марта возвращением в Капернаум. Во время этого путешествия Иисус и двенадцать апостолов, которым помогали бывшие апостолы Иоанна, проповедовали евангелие и крестили верующих в Риммоне, Иотапате, Раме, Завулоне, Ироне, Гисхале, Хоразине, Мадоне, Кане, Наине и Ендоре. В этих городах они останавливались и учили, в то время как во многих меньших городах они провозглашали евангелие царства, не задерживаясь в них.
       В это время Иисус впервые разрешил своим товарищам проповедовать без ограничений. Во время этого путешествия он предупредил их только в трёх случаях, посоветовав держаться подальше от Назарета и быть осмотрительными, проходя через Капернаум и Тивериаду. Сознание того, что они свободны проповедовать и учить без ограничений было источником огромного удовлетворения для апостолов, и они целиком посвятили себя проповеди евангелия, помощи больным и крещению верующих, делая всё это с великим усердием и радостью.
       
       1.   Проповедь в Риммоне.
       
       Когда-то небольшой городок Риммон поклонялся вавилонскому богу воздуха – Рамману. Многие из ранних вавилонских и последующих зороастрийских учений  ещё являлись частью верований риммонитян; поэтому Иисус и двадцать четыре апостола посвятили много времени разъяснению отличия этих древних верований от нового евангелия царства. Здесь Пётр выступил с одной из своих лучших ранних проповедей – «Аарон и Золотой Телец».
       Хотя многие жители Риммона уверовали в учение Иисуса, в последующие годы они доставили немало неприятностей своим собратьям. За короткий промежуток времени, выпадающий на долю одного поколения, трудно превратить тех, кто обожествляет силы природы, в подлинных членов братства – поклонников духовного идеала.
       Многие из лучших идей Вавилона и Персии о свете и мраке, добре и зле, времени и вечности были впоследствии включены в так называемое христианство, что сделало христианские учения более приемлемыми для народов Ближнего Востока. Таким же образом, включение многих теорий Платона об идеальном духе, или невидимых эталонах всего видимого и материального, – в том виде, в каком они были позднее приспособлены Филоном к теологии евреев, – сделало христианские учения Павла более приемлемыми для западных греков.
       Именно в Риммоне Тодан впервые услышал евангелие царства, и впоследствии он принёс эту идею в Месопотамию и далеко за её пределы. Он был среди первых проповедников благой вести за Евфратом.
       
       2.   В Иотапате.
       
       Хотя простые люди Иотапаты охотно слушали Иисуса и его апостолов и многие из них приняли евангелие царства, посещение Иотапаты было отмечено, прежде всего, беседой Иисуса с двадцатью четырьмя, имевшей место во второй вечер их пребывания в этом городке. Нафанаил запутался в учениях Иисуса о молитве, благодарении и поклонении, и в ответ на его вопрос Иисус дал весьма подробное толкование своего учения. Резюмируя его речь современным языком, можно выделить следующие моменты:
       1. Сознательное и настойчивое стремление к пороку в сердце человека постепенно разрушает молитвенную связь человеческой души с духовными контурами, соединяющими человека и его Творца. Конечно, Бог слышит прошение своего дитя, но когда человеческое сердце умышленно и настойчиво вынашивает порочные представления, происходит постепенная утрата личного контакта земного дитя со своим небесным Отцом.
       2. Молитва, несовместимая с известными и установленными законами Бога, отвратительна Райским Божествам. Если человек не желает слушать Богов, говорящих со своим творением в законах духа, разума и материи, то сам акт подобного преднамеренного и сознательного пренебрежения со стороны создания делает духовные личности глухими к личным прошениям таких не подчиняющихся законам и непокорных смертных. Иисус напомнил своим апостолам слова пророка Захарии: «Но они не желали внимать, отвернулись от меня, и заткнули уши, чтобы не слышать. Да, и сердца свои сделали твёрдокаменными, чтобы не слышать закона и слов, которые я послал через своего духа и возвестил устами пророков; а потому результом их злоумышления стал великий гнев, обрушенный на их преступные головы. И было так, что они взывали, но ни одно ухо не было открыто для них». После этого Иисус процитировал высказывание мудреца: «Если человек отказывается следовать наставлениям божественного закона, то даже его молитва будет отвратительна».
       3. Открывая канал общения человека с Богом со стороны человека, смертные сразу же обретают доступ к непрекращающемуся потоку божественной опеки созданиям миров. Когда человек слышит, как в его сердце говорит голос Божьего духа, неотъемлемой частью такого опыта является то, что Бог одновременно слышит молитву человека. Таким же безошибочным образом совершается и прощение греха. Небесный Отец простил вас ещё  до того, как вы подумали о подобном прошении, однако такое прощение возникает в вашем личном религиозном опыте только тогда, когда вы прощаете своих собратьев. Прощение Бога как факт не зависит от вашего прощения своих собратьев, однако в опыте оно связано именно таким условием. И этот факт синхронности человеческого и божественного прощения нашёл отражение и связь в молитве, которой Иисус научил апостолов.
       4. Во вселенной действует основополагающий закон правосудия, который не может быть  обойдён  милосердием.
       Всецело эгоистичному созданию из пространственно-временных миров недоступно чуждое корысти великолепие Рая. Даже бесконечная любовь Бога не может заставить принять вечное продолжение жизни, если смертное создание решает иначе. Посвящение милосердия огромно по своему охвату, но в конечном итоге существует правосудие, которое не может отменить даже соединённая  с милосердием любовь. Иисус вновь процитировал из священных писаний евреев: «Я звал, но вы отказались слушать; я протянул вам руку, но вы отказались от помощи. Вы отвергли все мои советы и не приняли моих упрёков, и ваше мятежное отношение неизбежно приведёт к тому, что будете звать меня, но не услышите ответа. Отвергнув путь жизни, усердно будете искать меня в дни ваших страданий, но не найдёте».
       5. Желающие милосердия, должны являть милосердие; не судите, да не судимы будете. Каким судом судите, таким будете судимы. Милосердие не отменяет всей справедливости во вселенной. В конечном счёте, подтвердится истина: «Кто остаётся глухим к воплям бедных, тот однажды и сам возопит – и не будет услышан». Искренность любой молитвы – залог того, что её слышат; духовная мудрость и вселенская состоятельность любого прошения определяет время, способ и  меру ответа. Мудрый отец не отвечает буквально на глупые молитвы своих невежественных и неопытных детей, хотя дети могут получать большое удовольствие и действительное душевное удовлетворение, обращаясь с такими абсурдными прошениями.
       6. Когда вы целиком посвятите себя исполнению воли небесного Отца, тогда будет появляться ответ на все ваши прошения, ибо ваши молитвы будут полностью соответствовать воле Отца, а воля Отца проявляется всегда, по всей его необъятной вселенной. То, что желает истинный сын и велит бесконечный Отец, ЕСТЬ. Такая молитва не может остаться без ответа, и на никакое иное прошение не может быть полного ответа.
       7. Мольба праведника есть вероисповедное действие дитя Бога, которое открывает двери кладовых Отца, содержащих добродетель, истину и милосердие, и эти благие дары уже давно дожидаются того, чтобы сын востребовал и лично использовал их. Молитва не изменяет божественного отношения к человеку, однако она действительно изменяет отношение человека к неизменному Отцу. Проникновение к божественному уху обеспечивается именно мотивом молитвы, а не социальным, экономическим или внешним религиозным статусом молящегося.
       8. С помощью молитвы невозможно сократить время или преодолеть ограничения пространства. Молитва не может быть методом самовозвеличения или обеспечения несправедливого преимущества перед своими собратьями. Целиком эгоистичная душа неспособна молиться в истинном смысле этого слова. Иисус сказал: «Пусть ваша высшая радость выразит себя в характере Бога, и он непременно исполнит искренние желания ваших сердец». «Доверься Господу, верь в него, и он совершит». «Ибо Господь слышит вопль обездоленных и не останется глух к молитве беспомощных».
       9. «Я пришёл  от Отца; поэтому, если вы когда-либо будете испытывать сомнения относительно того, что просить у Отца, просите во имя моё, и я представлю ваше прошение в соответствии с вашими действительными потребностями и желаниями и согласно воле моего Отца». Остерегайтесь великой опасности оставаться эгоистичными в своих молитвах. Не молитесь много о себе; молитесь больше о духовном росте своих собратьев. Избегайте материалистических молитв; молитесь в духе и о богатстве даров духа.
        10. Когда вы молитесь о больных и страждущих, не ждите, что ваши прошения заменят сердечную и разумную помощь им. Молитесь о благополучии своих семей, друзей и собратьев, но особо молитесь за проклинающих вас, и возносите исполненные любви прошения за преследующих вас. «Но я не скажу вам, когда нужно молиться. Только пребывающий в вас дух может подвигнуть вас на произнесение тех прошений, которые выражают вашу внутреннюю связь с Отцом духов».
       11. Многие прибегают к молитве только в беде. Такая практика бездумна и обманчива. Конечно, вы правильно поступаете, если, не находя покоя, обращаетесь к молитве, однако вы не должны забывать говорить как сын с Отцом также и тогда, когда в душе вашей царит покой. Пусть ваши действительные прошения всегда будут тайными. Не позволяйте людям слышать ваши личные молитвы. Благодарственные молитвы уместны для групп верующих, однако молитва души – дело личное. Существует только одна форма молитвы, которая уместна для всех Божьих детей и она следующая: «Как бы то ни было, да свершится воля твоя».
       12. Все верующие в это евангелие, должны искренне молиться за расширение царства небесного. Из всех молитв, приведённых в еврейских писаниях, Иисус наиболее одобрительно отозвался о следующем прошении Псалмопевца: «Вложи мне в сердце чистоту, о Боже, и дух мой снова сделай правым. Очисть меня от тайных грехов и удержи твоего слугу от высокомерного беззакония». Иисус подробно остановился на отношении молитвы к легкомысленной и оскорбительной речи, процитировав: «Стражу поставь, о Господи, у рта моего, чтобы следила за дверьми моих уст». «Человеческий язык, – сказал Иисус, – это орган, который редко кому удаётся укротить, однако внутренний дух способен преобразовать этот непокорный орган в добрый глас терпимости и в воодушевляющего слугу милосердия».
       13. Иисус учил, что молитва о божественном водительстве по стезям земной жизни является следующей по важности после прошения о знании воли Отца. Фактически это означает молитву о божественной мудрости. Иисус никогда не учил, что молитва может дать человеку знания и специальные умения. Но он действительно учил, что молитва является одним из факторов повышения чувствительности человека к присутствию божественного духа. Когда Иисус учил своих товарищей молиться в духе и в истине, он объяснял, что имел в виду молиться искренне и согласно личной просвещённости, молиться от всего сердца, разумно, серьёзно и настойчиво. 
       14. Иисус предостерёг своих последователей против выводов о том, что витиеватые повторения, изысканные выражения, пост, искупление или жертвоприношение сделают их молитвы более эффективными. Но он действительно побуждал своих верующих использовать молитву как средство восхождения через благодарение к истинному поклонению. Иисус сожалел о том, что в молитвах и в поклонении его последователей было так мало от духа благодарения. По этому поводу он процитировал из Писаний: «Благо славить Господа и петь хвалу имени Всевышнего, каждое утро быть благодарным за его милосердие, и каждый вечер – за его верность, ибо Бог доставляет мне радость своим трудом. Буду благодарить за всё согласно воле Бога»
       15. И затем Иисус сказал: «Не нужно постоянно и чрезмерно беспокоиться о своих обычных потребностях. Не тревожьтесь о проблемах своего земного существования, но в молитве и прошении, в духе искреннего благодарения открывайте свои нужды перед небесным Отцом». После этого он процитировал из Писаний: «Я буду славить имя Бога в песнях и превозносить его имя в благодарственном молебне. И это обрадует Господа намного больше, чем принесённый в жертву вол или телец с рогами и копытами».
       16. Иисус учил своих последователей, что после вознесения молитвы Отцу им следует на время оставаться в состоянии молчаливой восприимчивости, чтобы предоставить внутреннему духу лучшую возможность для разговора с внимающей ему душой. Дух Отца успешней всего говорит с человеком тогда, когда человеческий разум пребывает в состоянии истинного поклонения. Мы поклоняемся Богу с помощью пребывающего в нас духа Отца и посредством озарения человеческого разума через служение истины. Поклонение, учил Иисус, делает поклоняющегося всё более похожим на того, кому поклоняются. Поклонение – это преобразующий опыт, посредством которого конечное постепенно приближается и в итоге достигает присутствия Бесконечного.
       Иисус раскрыл своим апостолам также многие другие истины относительно общения человека с Богом, но мало кто из них смог полностью охватить его учение.
       
       3.   Остановка в Раме.
       
       В Раме у Иисуса состоялась достопамятная беседа с престарелым греческим философом, который учил, что наука и философия достаточны для удовлетворения потребностей, возникающих в человеческом опыте. Иисус терпеливо и благожелательно выслушал этого греческого учителя и во многом согласился с истинностью сказанного им, но когда грек закончил, Иисус указал, что в своём обсуждении человеческого существования он не смог объяснить «откуда, зачем и куда» и добавил: «Где вы останавливаетесь, там мы начинаем. Религия – это предназначенное для человеческой души откровение, связанное с духовными реальностями, которые никогда не удалось бы открыть или целиком охватить одним только разумом. Интеллектуальные устремления способны открыть факты жизни, однако евангелие царства раскрывает истины бытия. Ты говорил о материальных тенях истины; готов ли ты выслушать мой рассказ о вечных и духовных реальностях, которые порождают эти преходящие временные тени материальных фактов вечного существования?» Более часа Иисус учил этого грека спасительным истинам евангелия царства. Престарелый философ оказался восприимчивым к подходу Учителя и, будучи действительно искренним в сердце, быстро поверил этому евангелию спасения.
       Апостолы были несколько обескуражены открытым согласием Иисуса со многими утверждениями грека, однако позднее, когда они остались одни, Иисус сказал им: «Дети мои, не удивляйтесь моему терпимому отношению к философии грека. Истинная, подлинная внутренняя уверенность ничуть не боится внешнего анализа, как не отвергает истина и честной критики. Вам не следует забывать о том, что нетерпимость – это маска, под которой скрываются тайные сомнения в истинности собственных убеждений. Если человек совершенно убеждён в истине, в которую верит всем сердцем, то его никогда не будет тревожить отношение ближнего. Отважна бескомпромиссно-честная убеждённость в том, во что человек верит. Искренние люди не боятся критического рассмотрения своих истинных убеждений и благородных идеалов».
       Во второй вечер в Раме Фома задал Иисусу следующий вопрос: «Учитель, как только что уверовавший в твоё учение может действительно знать и быть уверенным в истинности этого евангелия царства?»
       Иисус ответил Фоме: «Ваша уверенность в том, что вы вошли в семью Отца в царстве и в том, что вы обретёте вечное посмертие вместе с детьми царства, целиком относится к личному опыту – к вере в слово истины. Духовная убеждённость равна вашему личному религиозному опыту в сфере вечных реальностей божественной истины; иначе говоря, она равна вашему здравому пониманию реальностей истины плюс духовная вера и минус ваши честные сомнения.
       Сын конечно же  одарён  жизнью Отца. Будучи одарёнными живым духом Отца, вы являетесь сынами Бога. После жизни во плоти в материальном мире вы продолжаете жить, ибо соединены с живым духом Отца, даром вечной жизни. Действительно, многие обладали этой жизнью до того, как я пришёл от моего Отца, и многие получили этот дух, ибо поверили моему слову; но я заявляю: когда я вернусь к Отцу, он пошлёт свой дух в сердца всех людей.
       Хотя вы и не видите, как божественный дух действует в вашем разуме, существует практический метод для определения той меры, в которой вы передали управление вашими душевными силами наставлению и руководству пребывающего в вас духа небесного Отца, и это – степень вашей любви к вашим собратьям-людям. Дух Отца несёт в себе любовь Отца, и по мере того, как он становится доминирующим влиянием в человеке, он неизменно ведёт к божественному поклонению и любвеобильному отношению к собратьям. Сначала вы верите, что являетесь сынами Бога потому, что моё учение помогло вам лучше осознать внутренние побуждения пребывающего в вас духовного присутствия нашего Отца; однако вскоре Дух Истины будет излит на всю плоть, и он будет жить среди людей и учить всех людей так же, как я живу сейчас среди вас и говорю вам слова истины. И этот Дух Истины, обращаясь к духовным дарам ваших душ, поможет вам узнать, что вы являетесь сынами Бога. Он будет безошибочно свидетельствовать о внутреннем духовном присутствии Отца, вашем духе, который к тому времени будет жить во всех людях, как сегодня он  живёт  в некоторых, говоря вам, что вы действительно являетесь сынами Бога.
       Каждое земное дитя, следующее побуждениям этого духа, в итоге узнает волю Бога, а тот, кто подчиняется воле моего Отца, будет жить вечно. Путь от земной жизни к вечному бытию не был вам указан, но он есть и всегда был, и я пришёл для того, чтобы сделать этот путь новым и живым. Тот, кто вступает в царство, уже обрёл вечную жизнь – он никогда не погибнет. Однако многое из этого вы поймёте лучше после того, как я вернусь к Отцу, и вы сможете увидеть ваш  сегодняшний опыт ретроспективно».

       И те, кто слышал эти благословенные слова, были премного утешены. Еврейские учения были путаными и неопределёнными в том, что касалось спасения праведников, и потому совершенно определённые и уверенные слова о вечном спасении всех истинно верующих придали сил сторонникам Иисуса и воодушевили их.
       Апостолы по-прежнему проповедовали и крестили верующих, продолжая по своему обыкновению ходить по домам, утешая отверженных и помогая больным и страждущим. Апостольская организация была расширена, ибо с каждым из апостолов Иисуса трудился один из апостолов Иоанна; Абнер был напарником Андрея; и такая структура сохранялась до тех пор, пока они не отправились в Иерусалим на очередную Пасху.
       Особое наставление, данные Иисусом во время их пребывания в Завулоне, касалось, в первую очередь, дальнейшего обсуждения взаимных обязанностей, накладываемых царством, и включало положения, призванные прояснить различия между личным религиозным опытом и духом согласия, присущим социальным религиозным обязательствам. Это был один из тех редких случаев, когда Учитель обсуждал социальные аспекты религии. На протяжении всей своей земной жизни Иисус не дал своим последователям почти никаких наставлений относительно социализации религии.
       Население Завулона было смешанным; его нельзя было назвать ни иудейским, ни языческим и мало кто из этих людей действительно верил в Иисуса, несмотря на то, что они слышали об исцелении больных в Капернауме.
       
       4.   Евангелие в Ироне.
       
       В Ироне, как и во многих других городах и сёлах Галилеи и Иудеи, была синагога, и в начале своего служения Иисус обычно выступал в этих синагогах по субботам. Иногда он говорил на утреннем богослужении, а Пётр или один из других апостолов проповедовали пополудни. Кроме того, Иисус и апостолы часто учили и проповедовали на вечерних собраниях в синагогах в будние дни. Хотя религиозные вожди Иерусалима становились всё более враждебными к Иисусу, их непосредственное влияние не распространялось за пределы синагог Иерусалима. Лишь позднее им удалось столь широко настроить против Иисуса народ, что почти везде синагоги закрыли свои двери перед его учением. Пока же все синагоги Галилеи и Иудеи были открыты для него.
       В Ироне находились крупные по тем временам рудники, а так как Иисус никогда не жил жизнью рудокопа, то пока они находились в Ироне, большую часть своего времени он проводил в рудниках. Пока апостолы посещали дома и проповедовали в общественных местах, Иисус работал в рудниках вместе с подземными тружениками. Слава Иисуса-целителя достигла даже этого глухого селения, и много больных и страждущих ждали от него помощи – и многие получили огромную пользу от его исцеляющей опеки. Однако ни в одном из этих случаев Учитель не совершил так называемого чуда, кроме излечения прокажённого.
       День клонился к вечеру, когда на третий день своего пребывания в Ироне Иисус возвращался с рудников, идя по узкой улице к своему жилищу. Когда он оказался рядом с убогой лачугой некоего прокажённого, несчастный, знавший о славе Иисуса как целителя, решился обратиться к нему, когда тот проходил мимо его двери. Упав перед ним на колени, он произнёс: «Господи, если бы ты только захотел, ты смог бы меня очистить. Я слышал послание твоих учителей, и я вошёл бы в царство, если бы стал чистым».
       И прокажённый говорил так потому, что у евреев прокажённым запрещалось даже посещать синагогу и вообще принимать участие в публичном богослужении. Этот человек действительно верил, что он не может быть принят в грядущее царство, пока не излечится от проказы. И когда Иисус увидел его страдания и услышал слова, в которых звучала твёрдая вера, его человеческое сердце было тронуто, и божественный разум отозвался состраданием. Когда Иисус посмотрел на него, человек в поклонении пал ниц. Затем Иисус протянул свою руку и, прикоснувшись к нему, сказал: «Повелеваю – очистись». И тот сразу же исцелился; проказа более не причиняла ему страданий.
       Подняв человека на ноги, Иисус приказал ему: «Смотри, никому не рассказывай о своём исцелении, но скромно займись своим делом, покажи себя священнику и принеси жертвы, какие повелел Моисей, во свидетельство твоего излечения». Но этот человек не сделал так, как ему сказал Иисус. Вместо того, он стал рассказывать всем встречным о том, что Иисус излечил его проказу, и так как все в городе знали его, люди могли удостовериться в том, что он очистился от своей болезни. Несмотря на наставления Иисуса, он не пошёл к священникам. В результате распространения вести о том, что Иисус исцелил этого человека, Учителя осадили такие толпы больных, что на следующий день ему пришлось встать засветло и покинуть селение. Хотя Иисус не входил больше в город, в течение двух дней он оставался на окраине, рядом с рудниками, продолжая учить уверовавших рудокопов евангелию царства.
       Очищение прокажённого до сих пор было первым так называемым чудом, сознательно и преднамеренно совершённым Иисусом. И это был случай настоящей проказы.
       Из Ирона они отправились в Гишалу, где провели два дня, провозглашая евангелие, после чего вышли в Хоразин, где задержались почти на неделю, проповедуя благую весть; однако в Хоразине им не удалось привлечь в царство сколь-нибудь значительное число верующих. Ни в одном другом месте, где довелось учить Иисусу, он не встречался с таким единодушным неприятием своего послания. Пребывание в Хоразине оказало гнетущее воздействие на большинство апостолов; Андрею и Абнеру с трудом удавалось поддерживать присутствие духа в своих товарищах. Не привлекая к себе внимания, они прошли через Капернаум и продолжили путь в село Мадон, где добились чуть большего успеха. В разумах большинства апостолов преобладала мысль о том, что их неспособность добиться успеха в городах, которые они недавно посетили, объяснялась настойчивым требованием Иисуса не упоминать о нём как о целителе в их выступлениях и проповедях. Как же им хотелось, чтобы он очистил ещё одного прокажённого или каким-то другим образом обнаружил своё могущество, чтобы привлечь внимание людей! Однако их искренние уговоры не возымели на Учителя никакого воздействия.
       
       5.   Снова в Кане.
       
       К огромной радости апостольской группы Иисус объявил: «Завтра мы идём в Кану». Они знали, что в Кане их ждёт благожелательный приём, ибо Иисус был хорошо известен там. Они успешно трудились, помогая людям войти в царство, когда, на третий день, в Кану прибыл видный житель Капернаума по имени Тит, который до некоторой степени верил в царство и сын которого был серьёзно болен. Он узнал, что Иисус находится в Кане, и поспешил сюда, чтобы увидеть его. Верующие Капернаума думали, что Иисус способен излечить любую болезнь.
       Когда этот знатный господин разыскал Иисуса в Кане, то стал упрашивать его спешно отправиться в Капернаум и исцелить его больного сына. Пока апостолы стояли рядом, затаив дыхание, Иисус, глядя на отца больного мальчика, сказал: «Долго ли мне ещё терпеть вас? Могущество Бога среди вас, но вы не уверуете, пока не увидите знамений и чудес». Но аристократ взмолился: «Господи, я подлинно верую, но приди, пока не скончался мой сын, ибо когда я оставил его, он уже был при смерти». На мгновенье Иисус склонил в раздумье голову и внезапно произнёс: «Возвращайся домой; твой сын будет жить». Тит поверил слову Иисуса и поспешил назад в Капернаум. По дороге его встретили слуги со словами: «Радуйся – твоему сыну лучше, он жив». Тогда Тит спросил, в котором часу мальчик стал выздоравливать, и когда слуги ответили: «Вчера в седьмом часу горячка оставила его», отец вспомнил, что примерно в это же время Иисус сказал: «Твой сын будет жить». И с тех пор Тит уверовал всем сердцем, как и вся его семья. Этот сын стал выдающимся служителем царства и позднее отдал свою жизнь вместе с теми, кто принял страдания в Риме. Хотя все домашние Тита, его друзья и даже апостолы считали этот эпизод чудом, он таковым не являлся. По крайней мере, это не было чудом исцеления физической болезни. Это был лишь случай использования априорного знания естественного закона развития событий, к чему Иисус часто прибегал после своего крещения.
       И вновь Иисусу пришлось поспешить прочь из Каны из-за нездорового внимания, привлечённого вторым случаем подобного рода за время его служения в этом селении. Горожане помнили о воде и вине; теперь же, когда он, якобы, излечил сына аристократа на большом расстоянии, они не только стали приходить к нему, приводя больных и страждущих, но и слали гонцов с просьбой исцелить на расстоянии. И когда Иисус увидел, что вся округа пришла в движение, он сказал: «Отправимся в Наин».
       
       6.   Наин и вдовий сын.
       
       Эти люди верили в знамения; они принадлежали к поколению людей, жаждущих чуда. К тому времени в центральной и южной Галилее имя Иисуса и его личное служение отождествлялись с чудесами. Десятки, сотни честных людей, страдавших от сугубо нервных и эмоциональных расстройств, приходили к Иисусу и затем возвращались домой к своим друзьям, объявляя, что Иисус исцелил их. И эти невежественные и простодушные люди принимали такие случаи ментального исцеления за исцеление физическое, чудесное выздоровление.
       Когда Иисус попытался покинуть Кану и отправиться в Наин, за ним последовали огромные толпы верующих и множество любопытных. Им непременно нужны были чудеса и волшебства, и им не пришлось разочароваться. Когда Иисус и апостолы подходили к городским воротам, им повстречалась похоронная процессия, которая несла на местное кладбище единственного сына вдовы из Наина. Это была уважаемая в деревне женщина, и половина односельчан следовала за похоронными дрогами, на которых лежал считавшийся мёртвым мальчик. Когда похоронная процессия поравнялась с Иисусом и его спутниками, вдова и её друзья узнали Учителя и стали умолять его вернуть мальчика к жизни. Упование на чудо достигло такой степени, что они считали Иисуса способным излечить любое человеческое заболевание – так почему же такой целитель не мог бы воскресить мёртвого? Одолеваемый настойчивыми просьбами, Иисус подошёл к дрогам и, приподняв покров, осмотрел мальчика. Обнаружив, что в действительности юноша не умер, он понял, какую трагедию может предотвратить его присутствие; поэтому, повернувшись к матери, он сказал: «Не плачь. Твой сын не умер; он спит. Он вернётся к тебе». После этого, взяв юношу за руку, он сказал: «Проснись и встань». И юноша, который считался мёртвым, тут же сел и заговорил, и Иисус отправил их по домам.
       Иисус старался успокоить толпу, тщетно пытаясь объяснить, что мальчик в действительности не умер, что он не возвращал его из могилы, – но всё было бесполезно. Следовавшая за ним толпа и вся деревня Наин пришли в состояние полного неистовства. Многих охватил страх, других – паника, в то время как третьи принялись молиться, сетуя на свои грехи. Лишь далеко за полночь удалось рассеять шумную толпу. И, конечно, несмотря на утверждение Иисуса о том, что мальчик не был мёртв, никто не сомневался в свершившемся чуде, воскрешении из мёртвых. Хотя Иисус сказал им, что юноша находился всего лишь в глубоком сне, они сочли это за образное выражение, ибо помнили, что он всегда отличался великой скромностью и пытался скрыть свои чудеса.
       Так по всей Галилее и Иудее разнеслась весть о том, что Иисус воскресил сына вдовы, и многие из тех, кто услышал известие, поверили ему. Иисусу так и не удалось объяснить даже своим апостолам, что вдовий сын в действительности не был мёртв в тот момент, когда он приказал ему проснуться и встать. Однако его разъяснения оказались достаточными для того, чтобы в дальнейшем этот эпизод никем не упоминался, за исключением Луки, который описал его с чужих слов. И вновь такое количество людей стало осаждать Иисуса как врача, что на следующий день ранним утром он вышел в Ендор.
       
       7.   В Ендоре.
       
       В Ендоре Иисус на несколько дней избавился от шумных толп, требовавших физического исцеления. Во время их пребывания в этом месте Учитель, в наставление апостолам, рассказал историю царя Саула и ворожеи из Ендора. Иисус недвусмысленно объяснил своим апостолам, что заблудшие и мятежные промежуточные создания, нередко выдававшие себя за духов умерших людей, вскоре будут обузданы и не смогут более вытворять такие странные вещи. Он сказал своим спутникам, что, после того как он вернётся к Отцу и они изольют свой дух на всю плоть, такие полудуховные существа – так называемые нечистые духи – уже не смогут вселяться в слабоумных и злонамеренных смертных.
       Иисус также объяснил своим апостолам, что духи усопших людей не возвращаются в мир своего происхождения для общения со своими живущими собратьями. Лишь после окончания судного периода прогрессирующий дух смертного человека может вернуться на землю, причём, только в исключительных случаях и в составе духовного руководства планеты.
       После двухдневного отдыха Иисус сказал своим апостолам: «Завтра мы возвращаемся в Капернаум и пробудем там, пока не успокоится народ в сёлах. К тому времени люди, разойдясь по домам, успеют отойти от этого возбуждения».
       
       
       Краткое посещение Иерусалима (док.147)
       
                            1. Слуга центуриона. 
                            2. Путешествие в Иерусалим. 
                            3. У купальни Вифезда.
                            4. Правило жизни.
                            5. В гостях у фарисея Симона.
                            6. Возвращение в Капернаум. 
                            7. Снова в Капернауме.
                            8. Праздник духовной добродетели.
       Иисус и апостолы прибыли в Капернаум в среду, 17 марта, и, прежде чем отправиться в Иерусалим, они провели две недели в Вифсаиде в доме, где обычно останавливались. В течение этих двух недель апостолы учили людей на берегу моря, Иисус же подолгу уединялся в горах, занимаясь делом своего Отца. За это время Иисус в сопровождении Иакова и Иоанна Зеведеевых дважды тайно побывал в Тивериаде, где они встречались с верующими и разъясняли им евангелие царства.
       Многие из домочадцев Ирода верили в Иисуса и посещали эти встречи. Именно влияние верующих среди официальной семьи Ирода помогло смягчить враждебное отношение правителя к Иисусу. Эти тивериадские верующие исчерпывающе объяснили Ироду, что провозглашаемое Иисусом «царство» является духовным, а не политическим начинанием. Ирод был склонен верить членам своей собственной семьи и потому не слишком беспокоился из-за распространявшихся сообщений об учении и целительстве Иисуса. Он не возражал против деятельности Иисуса в качестве целителя или религиозного учителя. Однако, несмотря на благоприятное отношение многих советников Ирода и самого правителя, среди его подчинённых существовала группа людей, находившихся под столь сильным влиянием религиозных вождей Иерусалима, что они оставались жестокими и грозными врагами Иисуса и апостолов и впоследствии сделали многое для того, чтобы помешать их публичной деятельности. Величайшая опасность для Иисуса исходила не от Ирода, а от религиозных лидеров Иерусалима. Именно по этой причине Иисус и апостолы провели так много времени и выступили с большинством публичных проповедей в Галилее, а не в Иерусалиме и Иудее.
       
       1.   Слуга центуриона.
       
       За день до сборов в Иерусалим на празднование Пасхи, Мангус – центурион, или командир римского гарнизона, стоявшего в Капернауме, – пришёл к управляющим синагоги и сказал: «Мой верный ординарец болен и находится при смерти. Не смогли бы вы пойти к Иисусу и от моего имени попросить его исцелить моего слугу?» Римский командир поступил так, полагая, что еврейские вожди имели бы более сильное влияние на Иисуса. Старейшины пришли к Иисусу, и их представитель сказал: «Учитель, мы настоятельно просим тебя отправиться в Капернаум и спасти любимого слугу римского центуриона, который достоин твоего внимания, ибо он любит наш народ и даже построил нам ту самую синагогу, в который ты так часто выступаешь».
       Выслушав их, Иисус сказал: «Я пойду с вами». Они направились к дому центуриона и уже подходили к его двору, когда навстречу им вышли друзья римского воина, которым он поручил встретить Иисуса и сказать ему: «Не утруждай себя, Господи, входить в мой дом, ибо я недостоин, чтобы ты вошёл под мой кров. Я и сам не счёл себя достойным прийти к тебе; поэтому я послал старейшин из твоего народа. Но я знаю, что ты можешь сказать слово там, где стоишь, и мой слуга исцелится. Ибо хотя я и подвластный человек, у меня есть в подчинении воины, и я говорю одному: „Ступай”, и он уходит; другому говорю: „Иди сюда”, и он приходит, говорю слугам: „Сделайте это или то”, и они делают».
       И когда Иисус услышал эти слова, он повернулся и сказал апостолам и остальным сопровождавшим его: «Я изумлён верой этого язычника. Истинно, истинно вам говорю: не встречал я такой веры даже в Израиле». Повернувшись, Иисус сказал: «Пойдёмте отсюда». А друзья центуриона вошли в дом и передали Мангусу слова Иисуса. И с того часа слуга начал поправляться и в конце концов полностью восстановил своё здоровье и трудоспособность.
       Однако мы так и не узнали, что именно произошло в данном случае. Мы располагаем лишь описанием этого события. Сопровождавшим Иисуса не было раскрыто, помогли ли невидимые существа слуге центуриона или нет. Нам же известен только факт полного выздоровления слуги.
       
       2.   Путешествие в Иерусалим.
       
       Ранним утром во вторник, 30 марта, Иисус и группа апостолов отправились в Иерусалим на празднование Пасхи, избрав путь, проходивший через долину Иордана. Они достигли цели пополудни в пятницу, 2 апреля, и остановились, как обычно, в Вифании. Проходя через Иерихон, они задержались здесь для отдыха, а Иуда воспользовался остановкой, чтобы положить часть их общих средств в банк друга его семьи. У Иуды впервые образовался излишек денег, и этот вклад оставался нетронутым до тех пор, пока они снова не оказались в Иерихоне во время последнего и богатого событиями путешествия в Иерусалим незадолго до суда и смерти Иисуса.
       Спутники добрались до Иерусалима без приключений, но не успели они устроиться в Вифании, как из ближних и дальних мест стали стекаться люди в надежде излечить свою плоть, утешить свой беспокойный разум и спасти свои души. Их было столько, что у Иисуса почти не оставалось времени для отдыха. Поэтому они поставили свои палатки в Гефсимании, и Учитель переходил из Вифании в Гефсиманию и назад, пытаясь избежать постоянно осаждавших его толп. Апостолы провели в Иерусалиме около  трёх  недель, однако Иисус велел им не выступать с публичными проповедями и ограничиться частным обучением и личным трудом.
       В Вифании они спокойно отпраздновали Пасху. И это был первый случай, когда Иисус и все двенадцать апостолов разделили бескровную пасхальную трапезу. Апостолы Иоанна не участвовали в пасхальной трапезе вместе с Иисусом и его апостолами; они праздновали Пасху вместе с Абнером и многими из ранних последователей Иоанна. Это была вторая Пасха, которую Иисус встретил вместе со своими апостолами в Иерусалиме.
       Когда Иисус и двенадцать апостолов отправились в Капернаум, апостолы Иоанна не вернулись вместе с ними. Они остались в Иерусалиме и его окрестностях и, не привлекая к себе внимания, трудились над распространением царства под руководством Абнера, в то время как Иисус и его апостолы вернулись в Галилею. Лишь однажды все двадцать четыре апостола снова оказались вместе, собравшись на короткое время перед назначением и отправкой семидесяти евангелистов. Однако две эти группы сотрудничали друг с другом, и, несмотря на расхождения во мнениях, поддерживали между собой самые тёплые отношения.
       
       3.    У купальни Вифезда.
       
       Во вторую субботу, проведённую в Иерусалиме, пополудни, когда Учитель и апостолы собирались принять участие в храмовых богослужениях, Иоанн сказал Иисусу: «Пойдём со мной, я покажу тебе кое-что». Через одни из городских ворот Иоанн вывел Иисуса к купальне, называвшейся Вифезда. Эту купальню окружало строение из пяти портиков, где собиралось большое число страждущих в надежде исцелиться. Здесь находился горячий источник, чья красноватая вода начинала пузыриться через нерегулярные промежутки времени из-за скоплений газа в скальных кавернах под купальней. Многие люди верили в то, что периодическое возмущение горячей воды объясняется сверхъестественными силами и что первый человек, попавший в воду после такого возмущения, излечится от любого недуга.
       Из-за наложенных Иисусом ограничений апостолы ощущали некоторое нетерпение. Особенно томился Иоанн, самый младший из двенадцати. Он привёл Иисуса к купальне в надежде на то, что собравшиеся здесь несчастные пробудят в Учителе сочувствие и, тронутый этим, он совершит чудо исцеления, в результате чего весь Иерусалим придёт в изумление и сразу же уверует в евангелие царства. Иоанн сказал Иисусу: «Учитель, посмотри на всех этих страдающих людей; разве мы не можем что-нибудь сделать для них?» И Иисус ответил: «Иоанн, зачем искушаешь меня свернуть с избранного мною пути? Почему по-прежнему желаешь заменить возвещение евангелия вечной истины совершением чудес и исцелением больных? Сын мой, я не могу сделать то, чего ты желаешь, однако собери этих больных и страждущих, чтобы я мог обратиться к ним со словами ободрения и вечного утешения».
       
Обращаясь к собравшимся, Иисус сказал: «У многих из вас, явившихся сюда, болезни и недуги являются следствием долгих лет неправильной жизни. Для одних людей причиной страдания являются несчастные случаи, другие страдают от ошибок, допущенных предками, в то время как третьи томятся под гнётом несовершенных условий вашего бренного существования. Однако мой Отец трудится, и я буду трудиться над улучшением вашего земного положения, но особенно – для обеспечения вашего вечного состояния. Никто из нас не может сколько-нибудь существенно повлиять на трудности жизни, пока мы не обнаруживаем, что такова воля небесного Отца. В конечном счёте, все мы обязаны выполнять волю Вечного. Если бы все вы были исцелены от своих физических недугов, это действительно восхитило бы вас, но ещё более великой задачей является очищение от всех духовных болезней и исцеление от всех нравственных пороков. Все вы – Божьи дети, сыны небесного Отца. Вам может казаться, что оковы времени заставляют вас страдать, однако Бог вечности любит вас. И когда придёт время суда, не бойтесь, ибо все вы встретите не только правосудие, но и щедрое милосердие. Истинно, истинно говорю вам: слушающий евангелие царства и верующий в это учение о Богосыновстве имеет жизнь вечную; такие верующие уже переходят от суда и смерти к свету и жизни. И близок час, когда даже лежащие в склепах услышат глас воскрешения».
       И многие из тех, кто слышал эти слова, поверили в евангелие царства. Некоторые страждущие почувствовали такое воодушевление и духовное возрождение, что стали повсюду заявлять об исцелении и от своих физических недугов.
       Некий человек, многие годы пребывавший в подавленном состоянии и мучительно страдавший из-за неустойчивости своего расстроенного разума, обрадовался словам Иисуса и, взяв свою постель, отправился домой, хотя это и было в субботу. Долгие годы этот страждущий ждал, чтобы  кто-нибудь  помог ему; чувство собственной беспомощности овладело им настолько, что ему никогда не приходило в голову помочь самому себе, а это оказалось именно тем, что ему требовалось для выздоровления, – взять свою постель и уйти.
       После этого Иисус сказал Иоанну: «Уйдём, пока мы не натолкнулись на первосвященников и книжников, которые оскорбятся из-за того, что мы обратились к этим страждущим со словами жизни». И они вернулись в храм, чтобы присоединиться к своим товарищам, и вскоре все отправились на ночь в Вифанию. Однако Иоанн никогда не рассказывал остальным апостолам о том, что в этот субботний день он и Иисус посетили купальню Вифезда.
       
       4.    Правило жизни.
       
       Вечером того же субботнего дня, в Вифании, когда Иисус, двенадцать и группа верующих собрались у костра в саду у Лазаря, Нафанаил задал Иисусу вопрос: «Учитель, хотя ты и учишь нас позитивному толкованию старого правила жизни, наставляя, что мы должны поступать с другими так, как мы хотели бы, чтобы они поступали с нами, – я не совсем понимаю, как мы можем всегда следовать этому предписанию. Позволь мне проиллюстрировать свою точку зрения, приведя в пример похотливого мужчину, с вожделением смотрящего на женщину, с которой он хочет согрешить. Как мы можем учить, что этот злонамеренный человек должен поступать с другими так, как он хотел бы, чтобы они поступали с ним?»
       Когда Иисус услышал заданный Нафанаилом вопрос, он тотчас встал и, указывая пальцем на апостола, сказал: «Нафанаил, Нафанаил! Что за мысли таятся в твоём сердце? Разве ты не принимаешь моё учение как человек, рождённый от духа? Разве ты не внемлешь истине как человек мудрости и духовного понимания? Когда я наставлял вас относиться к другим так, как вы хотели бы, чтобы они относились к вам, я обращался к людям высоких идеалов – не к тем, кто, соблазнившись, исказит моё учение, превратив его в потворствующую злодеянию вседозволенность».
       Когда Учитель умолк, Нафанаил встал и сказал: «Однако, Учитель, тебе не следует думать, будто я одобряю такие толкования твоего учения. Я задал этот вопрос, так как полагал, что многие подобные люди могут неправильно понять твой наказ, и я надеялся, что ты дашь нам дополнительные наставления относительно этого». И когда Нафанаил сел, Иисус продолжил: «Я прекрасно знаю, Нафанаил, что твой разум не одобряет таких порочных идей, но я разочарован тем, что зачастую все вы оказываетесь не способными извлечь подлинно духовный смысл из моих простых учений – наставлений, которые я должен давать на понятном людям языке и в доступных выражениях. Позволь мне рассказать о различных уровнях смыслов, соответствующих толкованию этого правила жизни, – этого наставления «поступать с другими так, как вы хотели бы, чтобы поступали с вами»:
       1. Уровень плоти. Такое чисто эгоистическое и сладострастное толкование подразумевается в твоём вопросе.
       2. Уровень чувств. По сравнению с уровнем плоти, этот является следующей ступенью; подразумевается, что сочувствие и жалость смогут улучшить толкование правила жизни. 
       3. Уровень разума. Здесь на первый план выходят доводы разума и жизненный опыт. Здравое суждение подсказывает, что такое правило жизни должно толковаться в созвучии с высшими идеалами, заключёнными в благородстве глубокого самоуважения.
       4. Уровень братской любви. Ещё более высоким оказывается уровень бескорыстной преданности благополучию своих собратьев. На этом более высоком уровне чистосердечного социального служения, произрастающего из осознания отцовства Бога и вытекающего из него братства людей, открывается новое и намного более прекрасное толкование этого основного закона жизни.
       5. Нравственный уровень. И затем, когда вы достигнете истинно философских уровней толкования, – когда вы овладеете действительным пониманием правильного и неправильного, когда вы станете ощущать вечную гармоничность человеческих взаимоотношений, – тогда вы начнёте подходить к проблеме толкования с тех позиций, с которых подобное предписание может рассматриваться и освещаться воображаемым благородным, идеалистическим, мудрым и непредвзятым третьим лицом применительно к вашим личным проблемам урегулирования жизненных ситуаций.
       6. Духовный уровень. Наконец, мы достигаем последнего, но величайшего уровня, – уровня духовной проницательности и духовного толкования, побуждающего нас признать в этом правиле жизни божественное веление обращаться со всеми людьми в соответствии с нашим представлением о том, как с ними обращался бы Бог. Таков вселенский идеал человеческих взаимоотношений. И таковым должно быть ваше отношение ко всем подобным проблемам, когда высшим желанием является извечное исполнение воли Отца. Поэтому я хотел бы, чтобы вы относились ко всем людям согласно вашему представлению о том, как при аналогичных обстоятельствах к ним относился бы я».

       Ничто из до сих пор сказанного Иисусом не потрясало апостолов в большей степени. Они ещё долго продолжали обсуждать слова Учителя после того, как он удалился на покой. И хотя Нафанаил никак не мог успокоиться, предполагая, что Иисус неправильно истолковал суть его вопроса, остальные апостолы были очень признательны своему философствующему собрату за его смелый и наводящий на размышления вопрос.
       
       5.   В гостях у фарисея Симона.
       
       Хотя Симон не был членом еврейского синедриона, он являлся влиятельным иерусалимским фарисеем. Он отчасти верил в евангелие и, несмотря на то, что мог подвергнуться за это суровому осуждению, решился пригласить к себе на обед Иисуса и его ближайших сподвижников – Петра, Иакова и Иоанна. Симон уже давно наблюдал за Учителем и находился под большим впечатлением от учения Иисуса и тем более – от его личности.
       Богатые фарисеи усердно раздавали милостыню и прилюдно занимались своей благотворительностью. Порой, прежде чем подать нищему, они даже трубили в трубу. Устраивая званый обед для высоких гостей, эти фарисеи обычно оставляли двери открытыми, чтобы даже уличные нищие могли зайти в дом и, стоя вдоль стен за ложами обедающих, могли получать куски пищи, которые иногда бросали им пирующие.
       В данном случае среди зашедших в дом Симона с улицы была женщина сомнительной репутации, незадолго до того уверовавшая в благую весть евангелия царства. Эта женщина была хорошо известна всему Иерусалиму как бывшая содержательница одного из так называемых первоклассных публичных домов, находившихся рядом с храмовым двором для язычников. Приняв учение Иисуса, она закрыла своё нечестивое заведение и уговорила большинство работавших на неё женщин принять евангелие и начать новую жизнь; несмотря на это, фарисеи по-прежнему глубоко презирали её, вынуждая ходить с распущенными волосами в знак распутства. Эта безымянная женщина принесла с собой большой сосуд с благовонием и, став позади Иисуса, возлежавшего во время трапезы, стала умащать его ноги, увлажняя их слезами благодарности и утирая своими волосами. Закончив, она продолжала плакать и целовать его ноги.
       Увидев всё это, Симон подумал: «Если бы этот человек был пророком, он почувствовал бы, кто и какая женщина прикасается к нему; что она отъявленная грешница». Иисус, знавший, какие мысли одолевают Симона, сказал во всеуслышание: «Симон, я хотел бы сказать тебе кое-что». Симон ответил: «Скажи, Учитель». Тогда Иисус сказал: «У одного богатого ростовщика было два должника. Один должен был пятьсот динариев, а другой пятьдесят. Но так как им было нечем заплатить, он простил им долг. Как ты думаешь, Симон, который из двух будет больше любить ростовщика?» Симон ответил: «Я полагаю тот, которому он простил больше». И Иисус сказал: «Ты рассудил правильно» и, указывая на женщину, он продолжил: «Симон, посмотри внимательно на эту женщину. Я пришёл в твой дом как званый гость, но ты не дал мне воды омыть ноги. Эта же благодарная женщина омыла мои ноги слезами и осушила их своими волосами. Ты не поцеловал меня в знак дружеского приветствия, а эта женщина, с тех пор как она вошла в дом, не перестаёт целовать мои ноги. Ты не помазал мне волосы маслом, а она помазала мои ноги благовонием. Что всё это значит? Только то, что многие её грехи прощены, и это привело её к большей любви. А кому мало прощается, тот порой мало любит». И, повернувшись к женщине, он взял её за руку, поднял на ноги и сказал: «Ты действительно раскаялась в своих грехах, и они прощены. Не огорчайся из-за бездумного и недоброго отношения людей; продолжай жить в радости и свободе царства небесного».
       Когда Симон и его друзья, сидевшие с ним за столом, услышали эти слова, они ещё больше изумились и начали перешёптываться: «Что это за человек, что даже грехи смеет отпускать?» Услышав это, Иисус повернулся, чтобы отпустить женщину, и сказал: «Женщина, иди с миром; вера твоя спасла тебя».
       И поднявшись вместе со своими друзьями, чтобы уйти, Иисус повернулся к Симону и сказал: «Я знаю твоё сердце, Симон, знаю, как ты разрываешься между верой и сомнениями, знаю, как ты смущён страхом и замучен гордыней; но я молюсь за тебя, дабы ты сумел уступить свету и испытать в своём положении в жизни такие же могучие преобразования разума и духа, которые были бы сравнимы с громадными изменениями, уже произведёнными евангелием царства в сердце твоей незваной и непрошеной гостьи. И я заявляю всем вам, что Отец открыл двери небесного царства каждому, у кого есть вера, необходимая для того, чтобы войти в царство; и ни один человек или группа людей не могут закрыть эти двери даже перед самой скромной душой или перед тем, кто считается самым ужасным на земле грешником, если таковой искренне стремится войти в царство». И Иисус, вместе с Петром, Иаковом и Иоанном, покинули дом Симона и отправились к остальным апостолам в лагерь, разбитый в Гефсиманском саду.
       В тот же вечер Иисус выступил с незабываемым обращением к апостолам об относительной ценности статуса по отношению к Богу и о прогрессе вечного восхождения к Раю. Иисус сказал: «Дети мои, если существует истинная, живая связь между дитя и Отцом, дитя обязательно будет постоянно продвигаться вперёд, к идеалам Отца. Разумеется, вначале успехи дитя могут быть скромными, однако прогресс, тем не менее, несомненен. Важна не скорость вашего продвижения, но скорее уверенность движения. Важно не столько ваше конкретное достижение, сколько факт вашего продвижения по направлению к Богу. То, чем вы становитесь день ото дня, бесконечно важнее того, чем вы являетесь сегодня.
       Эта преобразившаяся женщина, которую некоторые из вас видели сегодня в доме Симона, в настоящий момент живёт на уровне неизмеримо более низком, чем Симон и его благонамеренные товарищи; однако в то время как эти фарисеи якобы добиваются прогресса, основанного на иллюзии пересечения мнимых кругов, состоящих из бессмысленных церемониальных богослужений, эта женщина всерьёз приступила к длительному и богатому событиями поиску Бога, и путь, ведущий  её  на небо, не преграждён  духовной гордыней и нравственным самодовольством. С точки зрения людей, она значительно дальше от Бога, чем Симон, но её душа находится в поступательном движении; она встала на путь, ведущий к вечной цели. В этой женщине присутствуют громадные духовные возможности, которые могут проявиться в будущем. Некоторые из вас могут и не находиться на высоких уровнях души и духа, но вы добиваетесь каждодневных успехов, ступая по живому пути, открытом верой и ведущем к Богу. В каждом из вас таятся колоссальные возможности. Куда лучше иметь небольшую, но живую и растущую веру, чем обладать огромным интеллектом с его мёртвым грузом житейской мудрости и духовного неверия».

       Однако Иисус всерьёз предостерёг своих апостолов против неразумности дитя Бога, злоупотребляющего любовью Отца. Он  заявил, что небесный Отец не похож на вялого, снисходительного или слепо потакающего родителя, всегда готового отпустить грехи и простить безрассудство. Он предупредил своих слушателей против ошибочного использования его примера отца и сына – против уподобления Бога чрезмерно балующим и неразумным земным родителям, безрассудные поступки которых способствуют нравственной гибели их бездумных детей и тем самым явно и непосредственно усугубляют проступки и скорую деморализацию собственного потомства. Иисус сказал: «Мой Отец не потворствует тем действиям и образу жизни своих детей, которые саморазрушительны и губительны для всякого нравственного роста и духовного прогресса. В глазах Бога такие греховные действия отвратительны».
       Иисус побывал на многих полуофициальных встречах и обедах у знатных и простых, богатых и бедных людей Иерусалима, прежде чем отправиться со своими апостолами в Капернаум. И многие действительно уверовали в евангелие царства и были впоследствии крещены Абнером и его товарищами, которые остались укреплять интересы царства в Иерусалиме и его окрестностях.
       
       6.   Возвращение в Капернаум.
       
       В последнюю неделю апреля Иисус и апостолы покинули свой вифанский центр поблизости от Иерусалима и отправились обратно в Капернаум через Иерихон и долину Иордана.
       Первосвященники и религиозные лидеры евреев провели много тайных встреч, пытаясь решить, что делать с Иисусом. Все они были согласны с тем, что необходимо положить конец его учению, но они не могли решить, как это сделать. Поначалу они надеялись, что гражданские власти расправятся с ним так же, как Ирод с Иоанном, однако обнаружили, что Иисус действует таким образом, чтобы не особенно беспокоить своими проповедями римские власти. Соответственно, на встрече, состоявшейся за день до возвращения Иисуса в Капернаум, было решено задержать его по религиозным мотивам и судить в синедрионе. Поэтому была назначена комиссия из шести шпионов, которые должны были следовать за Иисусом, следить за его словами и действиями и, собрав достаточно свидетельств нарушения закона и богохульства, вернуться со своим отчётом в Иерусалим. Эти шесть евреев догнали апостольскую группу, состоявшую примерно из тридцати человек, в Иерихоне, и, под предлогом того, что они хотели бы стать учениками, примкнули к семье последователей Иисуса, оставаясь с группой вплоть до начала второго проповеднического путешествия в Галилее. После этого трое из них вернулись в Иерусалим, чтобы представить свой отчёт первосвященникам и синедриону.
       Пётр выступил с проповедью перед собравшимся народом у переправы через Иордан, и на следующее утро они направились на север вдоль реки к Амафу. Они хотели сразу же продолжить путь в Капернаум, но собралось столько людей, что им пришлось задержаться здесь на три дня, в течение которых они проповедовали, учили и крестили. Только ранним субботним утром, в первый день мая, они отправились домой. Иерусалимские шпионы были уверены в том, что они смогут выдвинуть первое обвинение против Иисуса, а именно – в нарушении субботы, ибо он позволил себе выйти в путь в субботний день. Однако их ждало разочарование, поскольку перед самым отходом Иисус позвал к себе Андрея и во всеуслышание приказал ему пройти расстояние только в тысячу ярдов, что соответствовало законной еврейской субботней прогулке.
       Но шпионам не пришлось долго ждать возможности обвинить Иисуса и его товарищей в нарушении субботы. Компания шла узкой дорогой, по обеим сторонам которой волновались нивы созревающей пшеницы, и некоторые из апостолов, чувствуя голод, срывали спелое зерно и ели его. В том, что путешественники, проходя по дороге, угощались зерном, не было ничего необычного, и поэтому такое поведение не воспринималось как проступок. Но шпионы воспользовались этим в качестве предлога для нападок на Иисуса. Когда они увидели, что Андрей растирает зерно в своей ладони, они подошли к нему и спросили: «Разве ты не знаешь, что противозаконно срывать и растирать зерно в субботу?» И Андрей ответил: «Но мы голодны и растираем лишь столько, сколько нам нужно; к тому же, с каких это пор греховно есть зерно в субботу?» Но фарисеи ответили: «Ты нарушаешь закон не тем, что ешь, а тем, что срываешь и растираешь зерно между ладонями. Ваш Учитель наверняка не одобрил бы этого». Тогда Андрей сказал: «Но если я не нарушаю закон, когда ем зерно, едва ли растирание зерна в руках является большей работой, чем его пережёвывание, которое вы допускаете; зачем вы придираетесь к таким пустякам?» Когда Андрей намекнул, что они являются буквоедами, фарисеи пришли в негодование и поспешили выразить свой протест Иисусу, который разговаривал на ходу с Матфеем: «Вот, Учитель, твои апостолы делают то, чего не должно делать в субботу: они срывают, растирают и едят зерно. Мы уверены, что ты велишь им перестать заниматься этим». Тогда Иисус ответил своим обвинителям: «Вы действительно ревниво блюдёте закон, и вы правильно поступаете, помня субботу и почитая её как святой день. Но разве вы не читали в Писании о том, как однажды, когда Давид проголодался, он вместе с теми, кто был с ним, вошёл в храм Божий и ел священные хлебы, принесённые в дар Богу, хотя закон и запрещает делать это всем, кроме священников? И Давид дал этот хлеб также тем, кто был с ним. И разве вы не читали в нашем законе, что в субботний день законно делать многие необходимые вещи? И разве до исхода дня я не увижу, как вы едите то, что вы взяли с собой на этот день? Добрые люди, вы правильно делаете, ревностно соблюдая субботу, но вы поступили бы ещё правильней, если бы заботились о здоровье и благополучии своих собратьев. Я заявляю: суббота для человека, а не человек для субботы. И если вы находитесь здесь с нами для того, чтобы следить за моими словами, то я открыто объявляю, что Сын Человеческий – господин и субботы».
       Фарисеи были изумлены и сбиты с толку его проницательными и мудрыми словами. Остаток дня они держались в стороне, не решаясь задавать новые вопросы.
       Антагонистическое отношение Иисуса к еврейским традициям и рабской зависимости от ритуалов всегда было позитивным. Оно заключалось в том, что он делал и что он утверждал. Учитель не тратил времени на негативные опровержения. Он учил, что познавшие Бога могут наслаждаться свободой жизни, не обманывая себя разрешениями на право грешить. Иисус сказал апостолам: «Благословенны вы, люди, если просвещены истиной и действительно знаете, что делаете; но если вы не знаете божественного пути, вы несчастны и уже являетесь нарушителями закона».
       
       7.   Снова в Капернауме.

       
       В понедельник, 3 мая, около полудня Иисус и двенадцать прибыли в Вифсаиду на лодке из Тарихеи. На лодке же они приплыли для того, чтобы избавиться от путешествующих вместе с ними. Однако на следующий день остальные, включая подосланных иерусалимских шпионов, снова нашли Иисуса.
       Во вторник, когда Иисус проводил один из обычных вечеров вопросов и ответов, глава шести шпионов сказал ему: «Сегодня я говорил с одним из учеников Иоанна, который посещает здесь твои уроки, и мы никак не могли понять, почему ты никогда не велишь своим ученикам поститься и молиться, как постимся мы, фарисеи, и как Иоанн завещал своим последователям». Иисус, ссылаясь на одно из заявлений Иоанна, ответил вопрошавшему: «Постятся ли сыны брачного чертога, когда с ними жених? Пока жених среди них, они вряд ли могут поститься. Но придут дни, когда уведут от них жениха, и тогда сыны брачного чертога несомненно будут поститься и молиться. Молитва естественна для детей света, но пост не является частью евангелия царства небесного. Напомню, что мудрый портной не нашивает заплату из новой и не давшей усадку ткани на старую одежду, ибо, намокнув, заплата сядет и стянет одежду, и дыра станет ещё больше. И не наливают молодое вино в старые мехи – иначе старые мехи лопнут, вино выльется, и мехи тоже будут погублены. Мудрые люди наливают молодое вино в новые мехи. Поэтому мои ученики поступают мудро, не привнося слишком много от старого порядка в новое учение евангелия царства. Вам, потерявшим своего учителя, позволительно временно соблюдать пост. Соблюдение поста может быть должной частью закона Моисея, но в грядущем царстве сыны Бога обретут свободу от страха и радость в божественном духе». Услышав эти слова, ученики Иоанна были утешены, а фарисеи ещё больше сбиты с толку.
       После этого Учитель предостерёг своих слушателей против представления о том, что прежнее учение следует целиком заменить новыми доктринами. Иисус сказал: «То, что является старым и истинным, должно сохраниться. Точно так же то, что является новым, но ложным, должно быть отвергнуто. Однако имейте веру и мужество принять то, что является новым и истинным. Помните, что написано: „Не бросай старого друга, ибо нового с ним не сравнить. Как новое вино, так и новый друг; если оно станет старым, ты будешь пить его с радостью”».
       
       8.   Праздник духовной добродетели.
       
       В тот вечер, ещё долго после того, как остальные слушатели отправились на покой, Иисус продолжал учить своих апостолов. Он начал этот необычный урок цитатой из пророка Исайи:
       «„Зачем вы постились? Для чего томятся ваши души, когда вы продолжаете находить удовольствие в угнетении и наслаждаться несправедливостью? Вот, вы поститесь для ссор и распрей и для того, чтобы злобной рукой бить других. Но вы не должны так поститься, чтобы ваш голос был услышан на небе.
       Думаете, мне угодно видеть, как человек томит свою душу? Думаете, я хочу, чтобы он склонял свою голову, как тростник, чтобы пресмыкался в рубище и прахе? Осмелитесь ли называть это постом и днём, угодным Господу? Не такой ли пост следует избрать мне: снять оковы зла, сбросить груз тяжкого бремени, освободить угнетённых и разбить каждое ярмо? Не в том ли этот пост, чтобы разделить хлеб с голодными и ввести в мой дом бездомных и нищих? И когда я вижу нагих, я даю им одежду.
       И тогда свет ваш засияет зарёй, и здоровье ваше быстро укрепится. Ваша праведность  пойдёт  впереди вас, и слава Господня будет следовать позади. Тогда вы воззовёте ко Господу, и он ответит; возопите, и он откликнется: „Я здесь”. И всё это он совершит, если удержитесь от тирании, осуждения и тщеславия. Отцу угодно, чтобы вы сострадали голодным, чтобы помогали страждущим; и тогда свет ваш засияет во тьме, и даже ваш мрак будет, как полдень. И тогда Господь будет вести вас всегда, насыщая ваши души и восполняя силы. И вы будете, как напоённый водою сад, как ручей, который никогда не иссякает. И те, кто так поступает, вернут былую славу; они возведут основания для многих поколений; и будут называть их восстановителями разрушенных стен, воссоздателями безопасных путей для жизни».

       И после этого, далеко за полночь, Иисус излагал апостолам истину о том, что в царстве настоящего и будущего их утвердила вера, а не душевные страдания или телесный пост. Он призывал своих апостолов жить хотя бы согласно идеям древнего пророка и выразил надежду, что в своём развитии они намного превзойдут представления Исайи и пророков древности. Его последними словами в ту ночь были: «Растите в благодати с помощью той живой веры, которая охватывает факт вашего Богосыновства и одновременно видит в каждом человеке брата».
       Был третий час ночи, когда Иисус перестал говорить, и все отправились на покой.
       
       
       Подготовка евангелистов в Вифсаиде (док. 148)
       
                            1. Новая школа пророков. 
                            2. Больница в Вифсайде.
                            3. Дело Отца. 
                            4. Зло, грех и порок. 
                            5. Назначение страдания.
                            6. Не понимание страдания – беседа об Иове. 
                            7. Сухорукий.
                            8. Последняя неделя в Вифсайде. 
                            9. Исцеление паралитика.         
       В период с 3 мая по 3 октября 28 года н.э. местом пребывания Иисуса и апостольской группы являлся дом Зеведея в Вифсаиде. В течение этих пяти месяцев сухого сезона на берегу моря, неподалёку от дома Зеведея, содержался гигантский лагерь, существенно увеличенный для размещения растущей семьи Иисуса. Этот постоянно обновлявшийся прибрежный лагерь, населённый искателями истины, ждавшими исцеления больными и любопытными, насчитывал от пятисот до полутора тысяч человек. Палаточный город находился под общим наблюдением Давида Зеведеева, которому помогали близнецы Алфеевы. Лагерь служил образцом порядка и санитарии, равно как и общего управления. Различные типы больных были изолированы и находились под наблюдением верующего врача, сирийца по имени Элман.
       В течение этого периода минимум раз в неделю апостолы ловили рыбу, продавая улов Давиду для потребления прибрежным лагерем. Полученные таким образом средства поступали в общую казну. Раз в месяц апостолам разрешалось провести неделю со своими семьями или друзьями.
       Хотя Андрей продолжал осуществлять общее руководство деятельностью апостолов, школа евангелистов находилась целиком на попечении Петра. Каждое утро все апостолы принимали участие в обучении евангелистов, а во второй половине дня как учителя, так и ученики учили народ. После ужина, пять раз в неделю апостолы проводили занятия, на которых отвечали на вопросы евангелистов. Раз в неделю час вопросов и ответов проводил Иисус, который отвечал на вопросы, оставшиеся невыясненными на предыдущих занятиях.
       За пять месяцев через этот лагерь прошло несколько тысяч человек. Здесь часто появлялись интересовавшиеся евангелием люди со всех концов Римской империи и из стран к востоку от Евфрата. Для Учителя это был самый продолжительный период упорядоченного и хорошо организованного обучения. Родные Иисуса провели большую часть этого времени либо в Назарете, либо в Кане.
       В отличие от апостольской семьи, данный лагерь не являлся общиной, объединённой единством интересов. Под управлением Давида Зеведеева огромный палаточный город превратился в автономное предприятие, и при этом ни одному человеку не было отказано в приёме. Этот постоянно обновлявшийся лагерь являлся органической частью школы подготовки евангелистов, которой руководил Пётр.
       
       1.   Новая школа пророков.
       
       Пётр, Иаков и Андрей входили в состав комитета, назначенного Иисусом для отбора кандидатов в школу евангелистов. Среди слушателей этой новой школы пророков были представители всех рас и национальностей римского мира и Востока вплоть до Индии. В план занятий входило как приобретение знаний, так и применение их на практике. Во второй половине дня студенты учили собравшийся на берегу народ тому, что было усвоено ими на утренних занятиях. После ужина они непринуждённо обсуждали как утренние занятия, так и послеполуденную практику обучения.
       Каждый из преподавателей-апостолов учил своему собственному пониманию евангелия царства. Они не пытались учить одинаково; не существовало стандартных или догматических формулировок теологических доктрин. Хотя все они учили одной и той же истине, каждый из апостолов предлагал личное толкование учения Иисуса. И Учитель поддерживал эту практику изложения разнообразного личного опыта в отношении царства, неизменно гармонизируя и согласовывая многообразие взглядов на евангелие во время своих еженедельных вечеров вопросов и ответов. Несмотря на огромную степень личной свободы, в том, что касалось обучения, Симон Пётр постепенно становился ведущим теологом школы евангелистов. После Петра наибольшее личное влияние оказывал Иаков Зеведеев.
       Более ста евангелистов, подготовленных за пять месяцев на побережье, являлись теми, из кого (не считая Абнера и апостолов Иоанна) впоследствии были отобраны семьдесят учителей и проповедников евангелия. В школе евангелистов не было такой же степени обобществления собственности, как у двенадцати.
       Хотя эти евангелисты являлись учителями и проповедниками евангелия, они начали крестить верующих только после того, как Иисус посвятил их и назначил в качестве семидесяти вестников царства. В числе будущих евангелистов было лишь семь человек из всего множества людей, исцелённых на этом же месте при закате солнца. Сын знатного человека из Капернаума был одним из тех, кто прошёл подготовку к евангелическому служению в школе Петра.
       
       2.   Больница в Вифсайде.
       
       При этом прибрежном лагере с помощью группы из двадцати пяти молодых женщин и двенадцати мужчин сирийский врач Элман организовал и в течение четырёх месяцев руководил тем, что можно считать первой больницей царства. В этом  лазарете, находившемся неподалёку к югу от основного палаточного города, они лечили больных всеми известными материальными способами, а также с помощью духовных методов молитвы и укрепления веры. Не реже трёх раз в неделю Иисус посещал больных этого лагеря и лично встречался с каждым страждущим. Насколько нам известно, среди тысячи поражённых болезнями и страдавших людей, покинувших этот лазарет в улучшенном состоянии или выздоровевшими, не было случаев так называемого чудесного, или сверхъестественного, исцеления. Тем не менее, огромное большинство получивших помощь индивидуумов не переставали утверждать, что их исцелил Иисус.
       Многие из случаев исцеления, совершенных Иисусом в связи с его опекой пациентов Элмана, действительно напоминали чудеса, однако нам объяснили, что они представляли собой лишь такие изменения разума и духа, которые возможны в опыте полных надежды и веры людей, находящихся под непосредственным и воодушевляющим воздействием сильной, положительной и благодетельной личности, чья опека изгоняет страх и уничтожает тревогу.
       Элман и его помощники пытались просветить этих больных людей относительно «одержимости злыми духами», но почти ничего не добились. Убеждённость в том, что физические болезни и психические расстройства могут вызываться присутствием в разуме или теле поражённого человека так называемых нечистых духов, была практически повсеместной.
       Во всех своих контактах с больными и страждущими – в тех случаях, когда дело касалось методов лечения или раскрытия неизвестных причин болезней, – Иисус следовал наставлениям своего Райского брата Эммануила, полученным перед инкарнацией на Урантии. Несмотря на это, помогавшие больным люди извлекли для себя много полезного, наблюдая за тем, как Иисус вселял веру и уверенность в больных и страждущих.
       Лагерь был свёрнут незадолго до приближения периода простуд и лихорадки.
       
       3.    Дело Отца.
       
       За всё это время Иисус провёл в лагере лишь несколько публичных встреч и только однажды выступил в синагоге Капернаума – в предпоследнюю субботу, прежде чем отправиться вместе с закончившими подготовку евангелистами во второе проповедническое путешествие по Галилее.
       Никогда со времени своего крещения Учитель не проводил столько времени в одиночестве, как в этот период подготовки евангелистов в лагере у Вифсаиды. Всякий раз, когда кто-либо из апостолов набирался духу спросить Иисуса, чем объяснялось его столь частое отсутствие, он неизменно отвечал, что выполняет «дело Отца».
       В эти периоды отсутствия Иисуса сопровождали только двое из апостолов. Он временно освободил Петра, Иакова и Иоанна от обязанностей его личных спутников, чтобы они могли также принять участие в подготовке более ста будущих евангелистов. Когда Учитель желал отправиться в горы и заняться делом Отца, он брал в провожатые любых двух свободных апостолов. Так каждому из двенадцати предоставилась возможность тесного и сокровенного общения с Иисусом.
       Хотя это и не было раскрыто для настоящего повествования, нам дали понять, что в течение многочисленных периодов уединения в горах Учитель находился в непосредственной руководящей связи со многими из своих главных управляющих делами вселенной. Примерно со времени своего крещения этот Властелин нашей вселенной принимал всё более активное и осознанное участие в руководстве некоторыми сторонами управления вселенной. И мы всегда придерживались того мнения, что в эти недели менее активного участия в земных делах, он – неким нераскрытым его непосредственным товарищам образом, – руководил теми высокими духовными разумными существами, которые отвечали за функционирование обширной вселенной, и что Иисус-человек решил называть  своё  участие в такой деятельности исполнением «дела Отца».
       Не раз, когда Иисус уединялся на долгие часы, но рядом были двое из его апостолов, они наблюдали быстрое и многообразное изменение черт его лица, хотя и не слышали каких-либо слов. Не видели они и зримого проявления небесных существ, которые могли сообщаться с Учителем, наподобие тех, которых некоторые из них увидели впоследствии.
       
       4.   Зло, грех и порок.
       
       Дважды в неделю Иисус, по своему обыкновению, устраивал особые встречи в укромной беседке в саду у Зеведеев с теми, кто хотел поговорить с ним. Во время одной из таких частных вечерних бесед Фома задал Учителю вопрос: «Почему, прежде чем войти в царство, людям необходимо родиться в духе? Является ли новое рождение необходимым для того, чтобы избавиться от власти лукавого? Учитель, что такое зло?» Выслушав эти вопросы, Иисус ответил Фоме: «Не допускай ошибки, смешивая зло со злодеем, а точнее – с преступником. Тот, кого вы называете лукавым, является сыном самолюбия, высоким управляющим, который сознательно пошёл на преднамеренное восстание против правления моего Отца и его преданных Сынов. Но я уже победил этих греховных мятежников. Проясни в своём разуме следующие различные виды отношений к Отцу и его вселенной. Никогда не забывайте следующих законов, определяющих связь с волей Отца: Зло есть неосознанное, или непреднамеренное, нарушение божественного закона – воли Отца. Зло является также мерой несовершенства подчинения воле Отца.
       Грех является осознанным, преднамеренным и умышленным нарушением божественного закона, воли Отца. Грех является мерой нежелания воспринимать божественное руководство и духовное наставление.
       Порок является умышленным, настойчивым и упорным преступлением божественного закона, воли Отца. Порок является мерой непрекращающегося отвержения любвеобильного плана Отца, направленного на сохранение личности в посмертии, и милосердной опеки Сына, направленной на спасение.
       По своей природе смертный человек – до перерождения в духе – подвержен  врождённым  злотворным тенденциям, но такие естественные несовершенства поведения не являются ни грехом, ни пороком. Смертный человек только начинает своё долгое восхождение к совершенству Отца в Раю. Быть несовершенным или обладать недостаточными природными одарённостями не означает быть греховным. Человек действительно подвержен злу, но он ни в коей мере не является дитя лукавого, если только он не избрал – сознательно и намеренно – греховные пути и порочную жизнь. Зло присуще естественному порядку вещей этого мира, однако грех является осознанным отношением мятежника – отношением,  привнесённым в этот мир теми, кто пал из духовного света в кромешную тьму.
       Ты смущён, Фома, доктринами греков и ложными представлениями персов. Ты не понимаешь взаимоотношений зла и греха, ибо считаешь, что человечество началось на земле с совершенного Адама и через грех быстро деградировало до нынешнего плачевного состояния. Но почему ты отказываешься постигнуть смысл повествования, рассказывающего о том, как Каин, сын Адама, отправился в землю Нода, где нашёл себе жену? И почему ты отказываешься толковать смысл повествования, где говорится о сынах Бога, берущих себе в жёны дочерей человеческих?
       Действительно, люди по своей природе злонамеренны, но не обязательно греховны. Новое рождение – крещение духом – необходимо для освобождения от зла и вхождения в царство небесное, но ни одно из этих условий не умаляет того факта, что человек является сыном Бога. Не означает это врождённое присутствие потенциального зла и того, что человек неким  таинственным образом  отчуждён  от небесного Отца и потому, как чужое, незнакомое или неродное дитя должен каким-то образом добиваться от Отца законного усыновления. Все подобные представления рождаются, во-первых, из твоего непонимания Отца и, во-вторых, из твоего незнания происхождения, сущности и предназначения человека.
       Греки и другие учили тебя, что человек спускается с высот божественного совершенства и неуклонно движется к забвению или уничтожению; я же пришёл показать, что человек, через вхождение в царство, непременно и уверенно восходит к божественному совершенству. Любое существо, которое в каком-либо отношении не соответствует божественным и духовным идеалам, заключённым в воле вечного Отца, несёт в себе потенциальное зло, однако такие существа ни в коем случае не являются греховными, а тем более – порочными.
       Фома, разве ты не читал в Писаниях то место, где сказано: «Вы дети Господа вашего Бога». «Я буду ему Отцом, и он будет мне сыном». «Я избрал его себе сыном – я буду ему Отцом». «Приведи сыновей моих издалека и дочерей моих со всех концов земли; всех, кто носит моё имя, ибо я сотворил их для себя». «Вы – сыны живого Бога». «Те, в ком Божий дух, воистину являются сынами Божьими». Подобно тому, как в земном дитя есть материальная часть человеческого отца, так и в каждом верующем сыне царства присутствует духовная часть небесного Отца».

       Всё это и многое другое сказал Иисус Фоме, и многое апостол понял, хотя Иисус предупредил его «не говорить об этих вещах с остальными, пока я не вернусь к Отцу». И Фома рассказал об этой беседе только после того, как Учитель покинул этот мир.
       
       5.   Назначение страдания.
       
       Во время другой такой частной беседы в саду Нафанаил спросил Иисуса: «Учитель, хотя я и начинаю понимать, почему ты отказываешься исцелять всех подряд, я всё ещё не могу понять, почему любящий небесный Отец допускает, чтобы столь многие его земные дети страдали от столь многих недугов». В ответ Учитель сказал Нафанаилу: «Как и многие другие, ты, Нафанаил, смущён из-за того, что не понимаешь, как естественное развитие событий в этом мире неоднократно нарушалось греховными авантюрами некоторых мятежных предателей, презревших волю Отца. И я пришёл, чтобы положить начало восстановлению порядка. Но потребуется много эпох, чтобы вернуть эту часть вселенной на изначальные пути и, таким образом, освободить детей человеческих от излишнего груза греха и восстания. Присутствие зла уже является достаточным испытанием для восхождения человека – испытание грехом не существенно для посмертия.
       Однако, сын мой, ты должен знать, что Отец не причиняет своим земным детям преднамеренных страданий. Человек навлекает на себя ненужные несчастья из-за своего упорного отказа идти по лучшим стезям в согласии с божественной волей. Зло таит в себе страдания, но многие страдания являются следствием греха и порока. В этом мире произошло так много необычного, и неудивительно, что все мыслящие люди приходят в недоумение, взирая на несчастья и страдания, свидетелями которых они являются. Но в одном ты можешь быть уверен: Отец не насылает страдания в качестве деспотического наказания за проступок. Связанные со злом несовершенства и ограничения  врождённы; расплата за грех неизбежна; разрушительные последствия порока неотвратимы. Человеку не следует винить Бога за те страдания, которые являются естественным результатом избранной им жизни; не следует человеку и жаловаться на тот опыт, который связан с жизнью, проживаемой в этом мире. Воля Отца в том, чтобы смертный человек упорно и последовательно трудился над улучшением своего положения на земле. Разумное усердие должно во многом помочь человеку преодолеть его земные невзгоды.
       Нафанаил, наша миссия состоит в том, чтобы помогать людям решать свои духовные проблемы и тем самым стимулировать их разум, что позволит им с большей готовностью и воодушевлением справляться со своими многочисленными материальными трудностями. Я знаю, что чтение Писаний озадачило тебя. Слишком часто Богу стремились приписать ответственность за всё, что недоступно пониманию невежественного человека. Отец не несёт личной ответственности за всё то, что может быть непостижимым для тебя. Не сомневайся в любви Отца только оттого, что некоторые учреждённые  им справедливые и мудрые законы приносят тебе страдания, если – по неведению или преднамеренно – ты преступаешь эти божественные предписания.
       Однако, Нафанаил, в Писаниях есть многое, что просветило бы тебя, если бы ты вдумался в прочитанное. Разве ты не помнишь следующих слов: «Сын мой, не огорчайся Господнему наказанию и не тяготись, когда он указывает тебе на твои ошибки, ибо Господь исправляет тех, кого любит, как отец, наказывающий любимого сына». «Не по воле своей наказывает Господь». «До того как пострадать, я заблуждался, а теперь я послушен закону. Я рад, что страдал, ибо научился божественным уставам». «Я знаю твои скорби. Извечный Бог – твоё прибежище, власть Бога непреходяща». «Господь есть также приют для униженных, тихая гавань во времена скорби». «В болезни Господь даст ему силы; он не забудет больных». «Он знает ваше тело; он помнит, что вы вышли из праха». «Он исцеляет разбитые сердца, врачует раны». «Он – надежда для бедных, сила – для тех, кто бедствует, защита от бури, тень от опустошительного зноя». «Он даёт уставшим силу и укрепляет изнемогших». «Он не переломит даже надломленный тростник, не погасит даже тлеющих углей». «Когда будешь переходить через воды страданий, я буду с тобой, и когда реки несчастий хлынут на тебя, я не оставлю тебя». «Он послал меня исцелять сокрушённых сердцем, возвещать свободу пленным и утешать всех скорбящих».

       
       6.   Не понимание страдания – беседа об Иове.

       
       В тот же вечер в Вифсаиде Иоанн также спросил Иисуса, почему так много явно невинных людей мучаются от такого множества болезней и испытывают столь многочисленные страдания. Отвечая на вопрос Иоанна, Учитель, помимо многого другого, сказал: «Сын мой, ты не понимаешь смысла невзгод или назначения страдания. Разве ты не читал шедевра семитской литературы – библейскую историю о страданиях Иова? Разве ты не помнишь, как эта замечательная притча начинается рассказом о материальном процветании слуги Господа? Ты хорошо помнишь, что Иов был благословен детьми, богатством, саном, положением, здоровьем и всем тем, что ценится людьми в этой бренной жизни. Согласно освящённым веками учениям детей Авраама, подобное материальное благополучие являлось достаточным свидетельством божественного благоволения. Однако такая материальная собственность и преходящее процветание не являются признаками благосклонности Бога. Мой небесный Отец любит бедных точно так же, как и богатых; он нелицеприятен.
       Хотя нарушение божественного закона рано или поздно влечёт за собой наказание, хотя, в конце концов, люди непременно пожинают тот урожай, который они сами посеяли, тебе всё же следует знать, что человеческие страдания не всегда являются наказанием за предшествующий грех. Ни Иов, ни его друзья не смогли выяснить истинную причину своих невзгод. В свете тех знаний, которыми ты теперь обладаешь, ты вряд ли припишешь Сатане или Богу те роли, которые они играют в этой уникальной притче. Хотя страдания не помогли Иову в разрешении его интеллектуальных трудностей или решении философских проблем, он действительно добился огромных побед; даже перед лицом крушения своей теологической защиты, он поднялся на те духовные высоты, на которых смог искренне сказать: «Я отвратителен самому себе», после чего ему было даровано спасение через видение Бога. Поэтому, хотя Иов неправильно понимал страдание, он взошёл на сверхчеловеческий уровень нравственного понимания и духовной проницательности. Когда страдающий слуга обретает видение Бога, наступает душевный покой, превосходящий любое человеческое понимание.
       Первый из друзей Иова, Елифаз, посоветовал страдальцу проявить в скорби ту же стойкость, которую он предписывал другим во времена своего процветания. Этот ложный утешитель сказал: «Верь своей религии, Иов; помни, что не праведники страдают, а нечестивцы. Должно быть, ты заслужил эту кару, иначе бы ты не страдал. Ты хорошо знаешь, что никто не может быть праведным перед Богом. Ты знаешь, что нечестивцы никогда не достигают настоящего процветания. Как бы то ни было, человек, по-видимому, обречён на бедствия, и Господь, возможно, карает тебя для твоего же блага». Неудивительно, что такое толкование проблемы человеческих страданий мало утешило Иова.
       Однако совет его второго друга, Вилдада, был ещё более гнетущим, несмотря на его разумность с точки зрения принятой в то  время теологии. Сказал Вилдад: «Бог не может быть несправедливым. Раз твои дети погибли, они не могли не быть грешниками; ты наверняка согрешил, иначе бы ты так не страдал. А если ты действительно праведен, Бог наверняка избавит тебя от всех твоих страданий. Из истории отношений человека с Богом тебе следует уяснить, что Всемогущий уничтожает только нечестивых».
       После этого, как ты помнишь, Иов ответил своим друзьям: «Я хорошо знаю, что Бог не слышит моего крика о помощи. Как может быть Бог справедлив и в то же время полностью пренебрегать моей безвинностью? Я начинаю сознавать, что мне не искупить грехов обращением к Всемогущему. Разве вы не видите, что Бог позволяет нечестивцам преследовать праведников? А поскольку человек столь слаб, как он может надеяться на внимание всемогущего Бога? Я предстаю перед Богом таким, какой я есть, и когда он обрушивается на меня, я беспомощен. Стоило ли Богу сотворять меня, чтобы обрекать на эти ужасные страдания?»
       И кто может оспорить отношение Иова, принимая во внимание совет его друзей и его собственные ошибочные представления о Боге? Разве ты не видишь, что Иов стремился к человеческому Богу, что он жаждал общения с божественным Существом, знающим смертное положение человека и понимающим, что справедливые должны нередко страдать без вины, ибо так устроена эта первая на долгом пути восхождения к Раю жизнь? Потому и пришёл Сын Человеческий от Отца прожить жизнь во плоти, чтобы утешать и поддерживать тех, кому впредь придётся испытать страдания Иова.
       После этого третий друг Иова, Софар, произнёс ещё менее утешительные слова, сказав: «Нелепо заявлять тебе о своей праведности при таком несчастье. Но я признаю, что пути Божьи неисповедимы. Возможно, что во всех твоих бедах присутствует скрытый смысл». И когда Иов выслушал всех троих друзей, он воззвал о помощи к самому Богу, оправдываясь тем, что «жизнь человека, рождённого женщиной, коротка и полна печали».
       Затем началась вторая беседа с друзьями. Елифаз стал более жёстким, обвиняющим и саркастичным. Вилдад пришёл в негодование из-за неуважительного отношения Иова к своим друзьям. Софар вновь повторил свой унылый совет. К этому времени Иов стал испытывать отвращение к друзьям, и он воззвал к Богу, но теперь к справедливому Богу в противоположность Богу несправедливости, воплощённому в философии его друзей и таившемуся также в его собственных религиозных воззрениях. После этого Иов стал утешать себя грядущей жизнью с её более полным устранением несправедливостей смертного существования. Невозможность получить помощь от человека обращает Иова к Богу. Так в его сердце вспыхивает великая борьба между верой и сомнением. Наконец, страдалец начинает видеть свет жизни; его измученная душа поднимается к новым высотам надежды и отваги; его страдания могут продолжаться и даже привести к смерти, но теперь его озарённая душа издаёт победный клич: «Мой Защитник жив!»
       Иов был совершенно прав, усомнившись в доктрине о том, что Бог карает детей в наказание родителям. Иов всегда был готов признать, что Бог праведен, однако он жаждал удовлетворяющего душу раскрытия личного характера Вечного. И такова наша миссия на земле. Впредь страдающие смертные не будут лишаться того утешения, которое приносит знание любви Бога и понимание милосердия небесного Отца. Хотя слово Бога, прозвучавшее из бури, было величественным представлением для своего времени, ты уже знаешь, что Отец не раскрывает себя подобным образом, а говорит в человеческом сердце спокойным, тихим голосом: «Вот путь; иди по нему». Разве ты не понимаешь, что Бог пребывает в тебе, что он стал тем, чем являешься ты, чтобы сделать тебя тем, чем является он!»

       В заключение Иисус сказал: «Не по воле своей наказывает небесный Отец детей человеческих. Человек страдает, во-первых, из-за случайностей времени и несовершенств, причиной которых является зло незрелого физического бытия. Во-вторых, он страдает из-за неотвратимых последствий греха – нарушения законов света и жизни. И, наконец, человек пожинает плоды своего собственного порочного упрямства, когда восстаёт против праведного правления неба на земле. Однако человеческие беды не являются личной карой, которую насылает божественное правосудие. Человек способен сделать – и сделает – многое для уменьшения своих страданий во времени. Но раз и навсегда избавься от суеверного представления о том, что Бог наказывает человека по велению лукавого. Изучай Книгу Иова именно для того, чтобы увидеть, сколь многих ложных представлений о Боге могут искренне придерживаться даже добродетельные люди; и после этого обрати внимание на то, что даже мучительно страдавший Иов нашёл утешение и спасение, несмотря на столь ошибочные учения. В итоге его вера пробилась сквозь облака страданий, чтобы увидеть свет жизни, изливаемый Отцом в виде целительного милосердия и непреходящей праведности».
       В течение многих дней Иоанн обдумывал про себя эти высказывания. Разговор с Учителем в саду существенным образом изменил всю его оставшуюся жизнь, и впоследствии он сделал многое для того, чтобы изменить взгляды остальных апостолов на источник, сущность и назначение обычных человеческих страданий. Однако Иоанн не упоминал об этой беседе до тех пор, пока Учитель не покинул их.
       
       7.   Сухорукий.
       
       В предпоследнюю субботу, перед тем как апостолы и новый корпус евангелистов отправились во второе проповедническое путешествие по Галилее, Иисус выступил в синагоге Капернаума с проповедью «Радости праведной жизни». Когда Иисус закончил говорить, его обступила большая группа ищущих исцеления увечных, хромых, больных и страдальцев. В этой группе были также апостолы, многие из новых евангелистов и шпионы-фарисеи из Иерусалима. Куда бы ни направлялся Иисус (за исключением пребывания в горах, где он посвящал себя делу Отца), шесть иерусалимских шпионов неотступно следовали за ним.
       Пока Иисус говорил с людьми, глава шпионивших фарисеев подговорил человека с сухой рукой подойти к Иисусу и спросить, будет ли законно принять исцеление в субботу или же ему следует просить помощи в другой день. Когда Иисус увидел этого человека, услышал его слова и понял, что тот был послан фарисеями, он сказал: «Подойди ко мне и ответь на мой вопрос. Если бы в субботу твоя овца упала в яму, дотянулся бы ты до неё, схватил бы её и вытащил бы её наверх? Законно ли поступать так в субботу?» И человек ответил: «Да, Учитель, было бы законно совершить такое благое дело в субботу». Тогда Иисус сказал, обращаясь ко всем: «Я знаю, зачем вы послали ко мне этого человека. Вы хотели бы найти повод для нападок, склонив меня к проявлению милосердия в субботу. Все вы молчаливо согласились с тем, что даже в субботу было бы законно вытащить из ямы несчастную овцу, и я призываю вас стать свидетелями того, что проявление милосердия в субботу законно не только по отношению к животным, но и к людям. Насколько же человек ценнее овцы! Я заявляю, что творить добро в субботу является законным делом». И пока они стояли перед ним в молчании, Иисус обратился к сухорукому: «Встань рядом со мной, чтобы все могли видеть тебя. А теперь – дабы вы знали, что мой Отец желает, чтобы вы творили добро в субботу, – если ты веришь в  своё  исцеление, я прошу тебя протянуть свою  руку».
       И этот человек протянул свою сухую руку, и она стала здоровой. Люди были готовы наброситься на фарисеев, но Иисус велел им успокоиться, сказав: «Только что я говорил вам, что законно совершать благие поступки в субботу, спасать жизнь, но я не учил вас причинять вред и поддаваться желанию убивать». Разгневанные фарисеи удалились, и, несмотря на субботу, поспешили в Тивериаду для совещания с Иродом. Всеми силами они пытались возбудить в нём предубеждение, чтобы заручиться поддержкой иродиан в своей борьбе против Иисуса. Однако Ирод отказался принять меры против Иисуса, посоветовав им направить свои жалобы в Иерусалим.
       Это был первый случай чуда, сотворённого Иисусом в ответ на вызов, брошенный его врагами. И Учитель совершил это так называемое чудо не для демонстрации своих целительных способностей, а в качестве действенного протеста против превращения  учреждённого  религией субботнего отдыха в настоящую кабалу бессмысленных запретов для всех людей. Этот человек вернулся к своему занятию каменотёса, оказавшись одним из тех, чьё исцеление повлекло за собой жизнь, прожитую в благодарении и праведности.
       
       8.    Последняя неделя в Вифсайде.
       
       В последнюю неделю пребывания в Вифсаиде среди иерусалимских шпионов произошёл раскол в их отношении к Иисусу и его учениям. Трое из этих фарисеев были до глубины души потрясены увиденным и услышанным. Тем временем, в Иерусалиме молодой и влиятельный член синедриона по имени Авраам публично принял учения Иисуса и был крещён Абнером в Силоамской купальне. Это событие взбудоражило весь Иерусалим, и в Вифсаиду были немедленно отправлены гонцы с приказом отозвать шестерых шпионивших фарисеев.
       Греческий философ, уверовавший в царство во время предыдущего путешествия по Галилее, вернулся из Александрии с несколькими богатыми евреями, которые в очередной раз пригласили Иисуса прибыть в их город для создания объединённой школы философии и религии, а также лазарета для больных. Однако Иисус вежливо отклонил это приглашение.
       Примерно в это же время в вифсаидский лагерь прибыл из Багдада человек по имени Кирмет, изрекавший пророчества в состоянии транса. Когда этот мнимый пророк впадал в транс, перед ним представали странные картины, а при нарушениях сна он видел фантастические видения. Он вызвал серьёзное возбуждение в лагере, и Симон Зелот был готов довольно жёстко обойтись с этим обманывавшим самого себя лжепророком, но Иисус вмешался и позволил тому беспрепятственно действовать в течение нескольких дней. Все, кто слышал его проповеди, сразу поняли зыбкость его учения в свете евангелия царства. Вскоре он вернулся в Багдад, уведя с собой лишь полдюжины неустойчивых и колеблющихся душ. Но ещё до того, как Иисус вступился за багдадского пророка, Давид Зеведеев, с помощью стихийно возникшего комитета, вывез Кирмета в открытое озеро и окунув того несколько раз в воду, посоветовал немедленно покинуть их – организовать и построить свой собственный лагерь.
       В тот же день финикиянка Бет-Марион вошла в такой раж, что лишилась рассудка и едва не утонула, пытаясь пойти по воде, после чего была отослана из лагеря своими друзьями.
       Новообращённый из Иерусалима – фарисей Авраам – передал все свои мирские владения в апостольскую казну, и во многом благодаря этому вкладу удалось снарядить в путь сто вновь обученных евангелистов. К тому времени Андрей уже объявил о закрытии лагеря, и все приготовились либо разойтись по домам, либо следовать за евангелистами в Галилею.
       
       9.   Исцеление паралитика.
       
       Пополудни в пятницу, 1 октября, когда Иисус проводил свою последнюю встречу с апостолами, евангелистами и другими лидерами прекращавшего существование лагеря, в присутствии шести иерусалимских фарисеев, сидевших в первом ряду в расширенной просторной гостиной дома Зеведея, произошёл один из самых странных и уникальных случаев за всю земную жизнь Иисуса. В это время Учитель стоял, выступая с речью в этом большом помещении, которое было построено для таких собраний, проводимых в сезон дождей. Дом был окружён плотной толпой людей, которые напрягали свой слух, пытаясь уловить хотя бы что-то из того, о чём говорил Иисус.
       В это время к дому, до отказа набитому людьми и окружённому напряжённо слушающей толпой, из Капернаума на небольшой лежанке друзья принесли давно разбитого параличом человека. Услышав, что Иисус собирается покинуть Вифсаиду и поговорив с только что исцелённым каменотёсом Аароном, этот парализованный велел, чтобы его отнесли к Иисусу, у которого он мог бы просить об исцелении. Его друзья пытались пробиться в дом Зеведея как через передние, так и задние двери, однако толпа была слишком плотной. Но парализованный не хотел мириться с поражением; он велел своим друзьям достать лестницу, по которой они взобрались на крышу помещения, где выступал Иисус, и, разобрав кровлю, начали смело опускать лежанку с больным при помощи верёвок, пока страждущий не оказался на полу прямо перед Учителем. Когда Иисус увидел, что они сделали, он умолк, а все присутствующие были восхищены настойчивостью больного и его друзей. Парализованный сказал: «Учитель, я не стал бы прерывать твою речь, но я твёрдо решил стать здоровым. Я не из тех, кто, исцелившись, сразу же забывает твоё учение. Я хотел бы излечиться, чтобы служить царству небесному». И несмотря на то, что парализованный сам навлёк на себя страдания своей неразумно прожитой жизнью, Иисус, видя его веру, сказал: «Сын, не бойся; твои грехи прощены. Твоя вера  спасёт тебя».
       Когда иерусалимские фарисеи, а также другие книжники и законники, сидевшие вместе с ними, услышали это заявление Иисуса, они начали про себя рассуждать: «Как смеет этот человек так говорить? Разве не понимает он, что это богохульство? Кто, кроме Бога, может прощать грехи?» Иисус, почувствовав в духе, о чём они думают и переговариваются, сказал им: «Почему в ваших сердцах такие мысли? Кто вы такие, чтобы судить меня? Какое имеет значение, скажу ли я этому парализованному: „твои грехи прощены” или: „встань, возьми свою постель и иди”? Но чтобы вы, присутствующие при всём этом, могли, наконец, узнать, что Сын Человеческий имеет на земле власть и могущество прощать грехи, я скажу этому страждущему: „Встань, возьми свою постель и ступай в свой дом”. И когда Иисус произнёс эти слова, парализованный встал и, пройдя мимо расступившихся перед ним людей, вышел из дома. И те, кто видел это, были изумлены. Пётр распустил собрание, и многие молились и прославляли Бога, признавая, что никогда прежде не видели столь необыкновенных вещей.
       Примерно в то же время прибыли гонцы синедриона с приказом для шести шпионов вернуться в Иерусалим. Когда те услышали это сообщение, между ними разгорелся жаркий спор, после чего лидер группы с двумя единомышленниками и гонцами вернулись в Иерусалим, а трое из шпионивших фарисеев начали исповедовать свою веру в Иисуса и, отправившись тотчас на озеро, были крещены Петром и приняты апостолами в братство в качестве детей царства.
       
       
       Второе проповедническое путешествие (док. 149)
       
                            1. Широкое распространение славы Иисуса.
                            2. Отношение людей. 
                            3. Враждебность религиозных лидеров. 
                            4. Ход проповеднического путешествия. 
                            5. Урок об удовлетворенности. 
                            6. «Страх господний». 
                            7. Возвращение в Вифсайту.        
       Второе проповедническое путешествие по Галилее началось в воскресенье, 3 октября 28 года н.э., и продолжалось почти три месяца, завершившись 30 декабря. В нём участвовали Иисус и его двенадцать апостолов, которым помогал вновь набранный корпус из 117 евангелистов и многие другие заинтересованные люди. Во время этого путешествия они посетили Гадару, Птолемаиду, Иафию, Дабаритту, Мегиддо, Изреель, Скифополь, Тарихею, Гиппос, Гамалу, Вифсаиду-Юлию и многие другие города и селения.
       В это воскресное утро, перед тем как отправиться в путь, Андрей и  Пётр попросили Иисуса дать последний наказ новым евангелистам, однако Учитель отклонил эту просьбу, сказав, что не его дело заниматься тем, что с успехом может быть выполнено другими. После должного обсуждения было решено, что с наказом выступит Иоанн Зеведеев. Когда Иоанн закончил краткую речь, Иисус сказал евангелистам: «Идите же в путь и выполняйте этот наказ, а позднее, когда вы продемонстрируете свои умения и преданность, я посвящу вас в проповедники евангелия царства».
       Во время этого путешествия Иисуса сопровождали только Иаков и Иоанн. Пётр и каждый из остальных апостолов взяли с собой примерно по двенадцать евангелистов и поддерживали с ними тесную связь, пока те проповедовали и учили. Как только верующие были готовы вступить в царство, апостолы крестили их. В течение этих трёх месяцев Иисус и двое его провожатых много путешествовали, посещая подчас по два города за один день, чтобы наблюдать за работой евангелистов и поддержать их усилия по установлению царства. Весь смысл второго проповеднического путешествия сводился к тому, чтобы предоставить практический опыт членам этого корпуса из 117 новых евангелистов.
       На всё это время, равно как и позднее – вплоть до последнего отбытия Иисуса и двенадцати апостолов в Иерусалим, – Давид Зеведеев превратил вифсаидский дом своего отца в постоянный центр координации деятельности во благо царства. Этот дом стал информационным центром земных трудов Иисуса и эстафетным пунктом курьерской службы, благодаря которой Давид связывал друг с другом тех, кто трудился в различных частях Палестины и прилегающих районах. Всё это он делал по своей собственной инициативе, но с одобрения Андрея. Давид использовал от сорока до пятидесяти гонцов в этой информационной службе, созданной в рамках растущей и расширяющейся деятельности по установлению царства. Занимаясь этим, он частично обеспечивал себя тем, что некоторое время уделял своему прежнему делу – рыболовству.
       
       1.   Широкое распространение славы Иисуса.
       
       К тому времени, когда лагерь в Вифсаиде прекратил своё существование, слава Иисуса, в особенности как целителя, распространилась на все районы Палестины, всю Сирию и окружающие страны. На протяжении ещё многих недель после того, как Иисус покинул Вифсаиду, сюда продолжали прибывать больные, и, не найдя Учителя, они узнавали о его местопребывании от Давида и отправлялись на поиски. Во время этого путешествия Иисус не совершил по своей инициативе ни одного из так называемых чудесных исцелений. Тем не менее, десятки страждущих восстановили своё здоровье и обрели счастье под действием той возрождающей силы, которую даёт глубокая вера,  побуждающая искать исцеления.
       Со временем этой миссии совпадают и первые случаи особенных и необъяснённых  исцелений, продолжавшихся на протяжении всей оставшейся земной жизни Иисуса. В течение этого трёхмесячного путешествия более ста мужчин, женщин и детей из Иудеи, Идумеи, Галилеи, Сирии, Тира, Сидона, а также из земель за Иорданом, были облагодетельствованы неосознанным целительством Иисуса и, вернувшись в родные места, способствовали распространению славы Иисуса. И они делали это, невзирая на то, что всякий раз, когда Иисус становился свидетелем спонтанного исцеления, он прямо наказывал исцелившемуся «никому не рассказывать».
       Нам никогда не раскрывали, что именно происходило в таких случаях спонтанного, или непроизвольного исцеления. Учитель никогда не объяснял своим апостолам, как происходили эти исцеления, кроме того, что в нескольких случаях он лишь сказал: «Чувствую, что из меня изошла сила». В одном из случаев, когда его коснулся больной ребёнок, он произнёс: «Чувствую, что из меня изошла жизнь».
       С нашей стороны было бы самонадеянным пытаться раскрыть механизм этих случаев спонтанного исцеления в отсутствие непосредственного объяснения Учителя, однако будет позволительно изложить наше мнение обо всех подобных феноменах исцеления. Мы полагаем, что многие из этих якобы чудесных случаев исцеления, произошедших за время земного служения Иисуса, явились результатом совпадения трёх могущественных, действенных и взаимосвязанных факторов:
       1. Присутствия в сердце человека, упорно стремящегося к исцелению, сильной, преобладающей и живой веры, а также того обстоятельства, что человек жаждал исцеления во имя духовных благ, а не только ради восстановления физического здоровья.
       2. Существования, одновременно с такой человеческой верой, великого сочувствия и сострадания со стороны воплощённого и исполненного милосердия Божьего Сына-Создателя, фактически заключающего в себе почти неограниченные и вневременные прерогативы и способности исцеления.
       3. Наряду с верой создания и жизнью Создателя, следует также отметить, что этот Богочеловек являлся персонифицированным выражением воли Отца. Если воля Отца не расходилась с волей Сына, то, при соприкосновении человеческой потребности со способной удовлетворить её божественной силой, они сливались воедино, и исцеление происходило неосознанно для Иисуса-человека, однако немедленно осознавалось его божественной сущностью. Следовательно, объяснение многих из этих случаев исцеления должно заключаться в давно известном нам великом законе, а именно: то, что желает Сын-Создатель и соответствует воле вечного Отца, ЕСТЬ.
       Таким образом, по нашему мнению, в личном присутствии Иисуса некоторые формы глубокой человеческой веры в буквальном и истинном смысле заставляли определённые созидательные силы и личности вселенной, столь тесно связанные в то время с Сыном Человеческим, осуществлять исцеление. Поэтому то, что Иисус действительно часто позволял, чтобы в его присутствии люди исцелялись благодаря своей могучей личной вере, является установленным фактом.
       Многие другие стремились излечиться только в эгоистических целях. Богатая вдова из Тира явилась вместе со своей свитой в поисках исцеления от своих многочисленных немощей; следуя за Иисусом по всей Галилее, она продолжала предлагать ему всё больше и больше денег – как будто силу Бога можно приобрести, предложив самую высокую цену. Но её совершенно не интересовало евангелие царства; она стремилась только к излечению своих физических недугов. 
       
       2.   Отношение людей.
       
       Иисус понимал человеческий разум. Он знал то, что было в сердцах людей, и если бы его учения сохранились в том виде, в каком он их излагал, и единственным комментарием было бы то вдохновенное толкование, которым является его земная жизнь, то все нации и все религии мира очень скоро приняли бы евангелие царства. Действуя из лучших побуждений, ранние последователи Иисуса сформулировали его учения таким образом, чтобы сделать их более приемлемыми для некоторых наций, рас и религий, но это привело лишь к тому, что учения Иисуса стали менее приемлемы для всех других наций, рас и религий.
       В своём стремлении обеспечить учениям Иисуса благоприятный приём со стороны некоторых групп своих современников, апостол Павел написал много посланий директивного и назидательного характера. Так же поступали и другие учителя евангелия Иисуса, однако никто из них не предполагал, что некоторые из этих писаний могут быть впоследствии объединены теми, кто представит их как воплощение учений Иисуса. Поэтому, хотя так называемое христианство действительно содержит больше от евангелия Учителя, чем любая другая религия, в то же время в нём есть многое из того, чему Иисус не учил. Помимо включения в раннее христианство целого ряда доктрин, заимствованных из персидских мистерий, а также многого из греческой философии, были допущены две принципиальные ошибки:
       1. Попытка соединить евангелическое учение непосредственно с еврейской теологией, примером чему является христианская доктрина искупления – учение о том, что Иисус является принесённым в жертву Сыном, удовлетворяющим суровое правосудие Отца и умиротворяющим божественный гнев. Эти учения были порождены похвальным стремлением сделать евангелие царства более приемлемым для неверующих евреев. Хотя эти попытки оказались неудачными в том, что касалось обращения евреев, им удалось смутить и отвратить многие искренние души во всех последующих поколениях.
       2. Вторым огромным просчётом ранних последователей Учителя, упорно повторявшимся всеми последующими поколениями, была организация христианских учений всецело вокруг личности Иисуса.
       Такое чрезмерное  подчёркивание  личности  Иисуса в христианской теологии привело к оттеснению его доктрин на задний план, и всё это сделало принятие учений Иисуса ещё более трудным для евреев, мусульман, индусов и представителей других восточных религий. Мы не станем умалять роль личности Иисуса в религии, которая носит его имя, но мы не можем допустить, чтобы такой довод затмевал его вдохновенную жизнь или вытеснял его спасительное послание: отцовство Бога и братство людей.
       Обращаясь к другим религиям, учителя религии Иисуса должны признавать общие истины (многие из которых прямо или косвенно берут своё начало в проповеди Иисуса) и в то же время воздерживаться от чрезмерного выделения различий.
       Хотя в тот конкретный период времени слава Иисуса опиралась в основном на его репутацию целителя, это не означает, что положение оставалось неизменным. Постепенно всё больше людей начинало обращаться к нему за духовной помощью. Однако именно физическое исцеление производило наиболее непосредственное и сильное впечатление на простых людей. Всё больше жертв морального порабощения и психического угнетения стремились к Иисусу, и он неизменно учил их путям избавления. Отцы спрашивали, как им поступать с сыновьями, а матери приходили за советом в воспитании дочерей. Сидящие во тьме приходили к нему, и он раскрывал им свет жизни. Он всегда был готов откликнуться на скорби человечества, и он всегда помогал тем, кто искал его помощи.
       Когда сам Создатель присутствовал на земле, воплощённый в облике смертной плоти, некоторые необыкновенные вещи просто не могли не произойти. Однако вам никогда не следует рассматривать Иисуса через призму этих так называемых чудесных явлений. Учитесь смотреть на чудо через Иисуса, но не заблуждайтесь, смотря на Иисуса через чудо. И это наставление оправданно, несмотря на то, что Иисус Назарянин является единственным основателем религии, совершавшим сверхматериальные действия на земле.
       Наиболее поразительным и наиболее революционным аспектом миссии Майкиэля на земле было его отношение к женщинам. В то время и в том поколении, когда мужчине не полагалось приветствовать в общественном месте даже свою жену, Иисус осмелился взять с собой женщин в качестве учителей евангелия во время своего третьего путешествия по Галилее. И он обладал высшим мужеством, чтобы поступить так вопреки учению раввинов, утверждавших, что «лучше сжечь слова закона, чем передать их женщинам».
       За одно поколение Иисус вызволил женщин из непочтительного забвения и многовекового тяжкого рабского труда. И самой позорной чертой религии, позволившей себе взять имя Иисуса, является то, что ей не хватило нравственного мужества последовать этому благородному примеру в своём последующем отношении к женщинам.
       Когда люди общались с Иисусом, они убеждались в его полной свободе от присущих тому времени суеверий. Иисус был лишён религиозных предрассудков; он никогда не бывал нетерпимым. Его душе была чужда социальная вражда. Соглашаясь с тем полезным, что было в религии его предков, он не колеблясь отвергал суеверные и кабальные традиции, придуманные людьми. Он имел мужество учить, что природные катастрофы, случайности времени и другие катаклизмы не являются карой или таинственным действием Провидения. Он отвергал рабскую приверженность бессмысленным ритуалам и вскрывал заблуждение материалистического поклонения. Он открыто провозглашал духовную свободу человека и не боялся учить, что смертные во плоти действительно и воистину являются сынами живого Бога.
       Иисус превзошёл все учения своих предшественников, смело заменив чистые руки чистым сердцем в качестве признака истинной религии. На место традиции он поставил реальность и отмёл все тщеславные и лицемерные притязания. И тем не менее, этот бесстрашный Божий человек не давал волю разрушительной критике и не проявлял пренебрежения к религиозным, социальным, экономическим и политическим обычаям своего времени. Он не был воинствующим революционером; он был прогрессивным эволюционером. Он брался за разрушение того, что есть, только тогда, когда одновременно предлагал своим собратьям то лучшее, что должно быть.
       Иисус не требовал от своих приверженцев повиновения – они сами подчинялись ему. Только трое из тех, кто получил его личное приглашение, отказались от предложения стать учениками. Он обладал необычайной притягательной силой, однако был лишён диктаторских замашек. Он внушал уверенность, и ни один человек ни разу не возмутился полученному от Иисуса указанию. Он обладал абсолютной властью над своими учениками, но никто и никогда не возражал против этого. Он разрешал своим последователям называть себя Учителем.
       Учитель восхищал всех, кто встречался с ним, кроме тех, кто придерживался глубоко укоренившихся предрассудков, или тех, кто считал его учения политически опасными. Людей поражали оригинальность и убедительность его учения. Они изумлялись его терпению в отношениях с отсталыми и назойливыми посетителями. Он вселял надежду и уверенность в сердца всех, на кого распространялось его служение. Боялись же его только те, кто не встречался с ним, а ненавидели только те, кто считал его поборником истины, призванной сокрушить зло и заблуждения, которые они решили любой ценой сохранить в своих душах.
       И на друзей, и на врагов он оказывал сильное и необычайно пленительное влияние. Толпы людей сопровождали его неделями только для того, чтобы услышать его милосердные слова и увидеть его простую жизнь. Преданные мужчины и женщины любили Иисуса почти сверхчеловеческим чувством. И чем лучше они узнавали его, тем больше они его любили. Всё это остаётся истинным и сейчас: чем лучше человек будет знать этого Богочеловека, тем вернее он будет любить его и следовать за ним – как сегодня, так и во все грядущие века.
       
       3.    Враждебность религиозных лидеров.
       
       Несмотря на благосклонный приём, который Иисус и его учения встречали среди простых людей, отношение религиозных лидеров Иерусалима становилось всё более настороженным и враждебным. Фарисеи сформулировали систематическую и догматическую теологию. Иисус же являлся учителем, который учил при всяком удобном случае; он не придерживался какой-либо системы. Он учил, опираясь не столько на закон, сколько на жизнь – с помощью притчей. (И когда он пользовался притчей для иллюстрации своего послания, его целью было использовать для этого только один аспект своего рассказа. Можно прийти ко многим ложным представлениям об учениях Иисуса, если пытаться превратить его притчи в аллегории).
       Религиозные лидеры Иерусалима были вне себя после недавнего обращения молодого Авраама и дезертирства трёх шпионов, крещённых Петром и участвовавших теперь вместе с евангелистами во втором проповедническом путешествии по Галилее. Страх и предрассудки всё больше ослепляли еврейских вождей, а их сердца черствели из-за упорного отрицания притягательных истин евангелия царства. Когда человек отвергает призыв, обращённый к пребывающему в нём духу, мало что может быть сделано для изменения его взглядов.
       Когда Иисус впервые встретился с евангелистами в лагере у Вифсаиды, он завершил своё обращение следующими словами: «Вы должны помнить, что в теле и разуме – в том, что касается эмоций, – люди реагируют индивидуально. Единственным одинаковым для людей фактором является пребывающий в них дух. Хотя божественные духи могут в некоторой степени отличаться друг от друга по своей сущности и глубине опыта, они однородно реагируют на все духовные обращения. Только через посредство этого духа и обращение к нему человечество сможет когда-либо достичь единства и братства». Однако многие из еврейских лидеров оставались глухи к духовному призыву евангелия. С того времени они неустанно планировали и готовили гибель Учителя. Они были уверены в том, что Иисус должен быть схвачен, осуждён  и  казнён  как религиозный преступник, осквернитель самих основ еврейского священного закона.
       
       4.   Ход проповеднического путешествия.
       
       Во время этого проповеднического путешествия Иисус почти не выступал перед народом, однако он провёл много вечерних бесед с верующими в большинстве городов и селений, которые ему довелось посетить с Иаковом и Иоанном. На одной из таких вечерних встреч молодой евангелист задал вопрос о гневе, и в ответ Учитель, среди прочего, сказал:
       «Гнев – это материальное проявление, которое, в общем смысле, выражает меру неспособности духовного начала поставить под свой контроль совокупность интеллектуального и физического начал. Гнев свидетельствует о нехватке терпимой братской любви, а также о недостаточном самоуважении и самоконтроле. Гнев подрывает здоровье, ухудшает разум и препятствует духовному учителю человеческой души. Разве вы не читали в Писаниях, что «гнев убивает глупца» и что «человек раздирает себя на части в гневе»? Что «терпеливый человек – человек большого ума», а «раздражительный не разумен»? Все вы знаете, что «кроткий ответ смиряет гнев» и что «оскорбительные слова возбуждают ярость». «Благоразумие делает человека терпеливым», в то время как «человек, неспособный держать себя в руках, подобен беззащитному городу с разрушенными стенами». «Жесток гнев, и оскорбительна ярость». «Сердитые поднимают ссору, и вспыльчивые умножают свои грехи». «Не будь поспешен в духе, ибо гнев живёт в груди глупцов». В той же речи Иисус сказал: «Пусть ваши сердца исполнятся любовью настолько, чтобы вашему духовному проводнику было легко освободить вас от склонности давать выход взрывам животного гнева, несовместимым со статусом божественного сыновства».
       В тот же вечер Учитель беседовал с группой о желательности обладания уравновешенным характером. Он согласился с тем, что большинство людей должны посвятить себя овладению каким-то ремеслом, однако он отвергал любую тенденцию к чрезмерной специализации, к тому, чтобы человек становился узкомыслящим и ограниченным в своей жизни. Он обратил внимание на тот факт, что любая добродетель, доведённая до крайности, может стать пороком. Иисус всегда проповедовал умеренность и учил последовательности – соразмерному приспособлению к проблемам жизни.
       Он подчёркивал, что чрезмерное сочувствие и жалость могут выродиться в серьёзную эмоциональную неустойчивость, что энтузиазм может перерасти в фанатизм. Он обсудил то, что произошло с одним из их бывших товарищей,  чьё  воображение привело его к фантастическим и непрактичным занятиям. В то же время он предупредил их об опасностях невыразительности, к которой приводит сверхконсервативная заурядность.
       После этого Иисус рассмотрел опасности, сопутствующие отваге и вере, ведущие порой неразумные души к безрассудству и самонадеянности. Он также показал, что предусмотрительность и осторожность, зашедшие слишком далеко, приводят к трусости и поражению. Он призывал своих слушателей стремиться к самобытности, избегая при этом любой склонности к эксцентричности. Он призывал к сочувствию без сентиментальности, благочестию без лицемерия. Он учил благоговению, свободному от страха и суеверия.
       Товарищей Иисуса поражало не столько то, что он говорил об уравновешенном характере, сколько тот факт, что его собственная жизнь служила красноречивым примером его учения. И хотя эта жизнь была сопряжена с тяготами и бурями, он ни разу не дрогнул. Его враги постоянно расставляли ему ловушки, но ни разу не поймали его. Мудрецы и учёные пытались сбить его с толку, но он не оступился. Они старались запутать его в споре, однако его ответы были неизменно просветляющими, достойными и исчерпывающими. Когда его прерывали многочисленными вопросами, он всегда давал убедительные ответы, говоря по существу дела. Он никогда не прибегал к недостойным методам, сталкиваясь с постоянным давлением своих врагов, которые нападали на него, не чураясь никаких лживых, несправедливых и нечестивых приёмов.
       Хотя и верно, что многие мужчины и женщины должны усердно заниматься каким-то определённым делом, чтобы иметь средства к существованию, тем не менее, весьма желательно, чтобы люди расширяли своё знакомство с существующей на земле жизнью в широком культурном диапазоне. Истинно образованные люди не могут не интересоваться жизнью и занятиями своих собратьев.
       
       5.   Урок об удовлетворенности.
       
       Когда Иисус навещал группу евангелистов, работавших под началом Симона Зелота, на вечернем собрании Симон спросил его: «Учитель, почему одни люди намного счастливее и довольнее других? Связана ли удовлетворённость с религиозным опытом?» Иисус ответил Симону, в частности, следующее:
       «Симон, некоторые люди от природы счастливее других. Многое, очень многое зависит от желания человека быть ведомым и направляемым живущим в нём духом Отца. Разве ты не читал в Писаниях слова мудреца: «Дух человека – светильник Господа, испытывающий все глубины сердца»? А также то, что такие ведомые духом смертные говорят: «Прекрасна доля, выпавшая мне; да, моё наследство восхитительно». «То малое, что есть у праведника, лучше богатства многих нечестивых», ибо «добрый человек насытится из недр своих». «Весёлое сердце делает лицо весёлым и является вечным пиром. Лучше немногое с почитанием Господа, чем огромное богатство и беды с ним. Лучше есть блюдо зелени там, где любовь, чем откормленного быка там, где ненависть. Лучше немного приобрести правдой, чем много – обманом». «Весёлое сердце благотворно, как лекарство». «Лучше малое с довольством, чем изобилие с печалью и томлением духа».
       Причиной многих скорбей человека является крушение его честолюбивых замыслов и оскорблённая гордость. Конечно, люди должны сами стремиться сделать свою жизнь на земле как можно лучше, но если усилия человека были искренними, то он должен, не унывая, принять свою участь и воспользоваться своей изобретательностью, дабы извлечь как можно больше из того, что выпало на его долю. Слишком многие неприятности человека произрастают на почве страха, таящегося в его собственной душе. «Нечестивый бежит, когда никто за ним не гонится». «Нечестивые подобны разгневанному океану, который не может успокоиться, но воды которого поднимают грязь; нет мира нечестивым, говорит Бог».
       А потому ищите не ложного мира и мимолётной радости, а той твёрдости, которую  даёт  вера, и той уверенности, которую даёт  богосыновство, ибо они приносят спокойствие, удовлетворение и высшую радость в духе».

       Иисус едва ли считал этот мир «долиной слёз». Скорее, он смотрел на него как на сферу рождения восходящих к Раю вечных и бессмертных духов, «долину созидания души».
       
       6.   «Страх господний».
       
       Когда они были в Гамале, Филипп спросил Иисуса на вечернем собрании: «Учитель, почему Писания учат нас «бояться Господа», а ты хочешь, чтобы мы смотрели на Отца небесного без страха? Как нам согласовать эти учения?» И Иисус ответил Филиппу:
       «Дети мои, меня не удивляет то, что вы задаёте подобные вопросы. Вначале человек мог научиться почитанию только через страх, но я пришёл раскрыть любовь Отца, чтобы привлечь вас к поклонению Вечному через осознание признательного встречного чувства в сыне в ответ на полную и совершенную любовь Отца. Я желаю избавить вас от кабалы рабского страха, в объятиях которого вы подвергаете себя утомительному служению ревнивому и гневному Богу-Царю. Я хочу рассказать вам, что Бог и человек связаны отношениями Отца и сына, чтобы с радостью вести вас к такому возвышенному небесному поклонению – свободному поклонению любящему, справедливому и милосердному Богу-Отцу.
       Выражение «страх Господний» имело различные смыслы на протяжении последовательных эпох: от страха, внушённого болью и ужасом, до страха, внушаемого трепетом и почитанием. Теперь же я хотел бы провести вас по восходящему пути от почитания через осознание, постижение и признательность – к любви. Когда человек осознаёт лишь деяния Бога, он склоняется к страху перед Верховным; но когда человек начинает понимать и ощущать личность и характер живого Бога, он начинает всё больше любить такого добродетельного и совершенного, всеобщего и вечного Отца. Именно в таком изменении отношения человека к Богу и заключается миссия Сына Человеческого на земле.
       Разумным детям не нужно бояться своего Отца, чтобы получать из его рук щедрые дары; однако, уже получив в изобилии то, что было посвящено им отцовской любовью к своим сынам и дочерям, эти горячо любимые дети начинают любить своего отца с ответной признательностью и в благодарность за столь щедрое благодеяние. Добродетель Бога ведёт к покаянию; благодетельность Бога ведёт к служению; милосердие Бога ведёт к спасению; в то время как любовь Бога ведёт к разумному и чистосердечному поклонению.
       Ваши предки боялись Бога, потому что он был могущественным и таинственным. Вы же будете поклоняться ему, потому что он величествен в любви, изобилен в милосердии и восхитителен в истине. Сила Бога пробуждает страх в сердце человека, однако величие и праведность его личности порождает благоговение, любовь и добровольное поклонение. Почтительный и любящий сын не боится и не трепещет даже перед могущественным и благородным отцом. Я пришёл в этот мир заменить страх любовью, горе – радостью, опасение – уверенностью, рабскую кабалу и бессмысленные обряды – любвеобильным служением и благодарным поклонением. Для тех же, кто всё ещё сидит во тьме, остаётся верной истина: «Истоки мудрости – в страхе перед Господом». Когда же свет становится ярче, сыны Бога склоняются к прославлению Бесконечного за то, чем он является,  вместо того, чтобы бояться его за то, что он  творит.
       Когда дети малы и неразумны, их приходится увещевать, чтобы они уважали своих родителей; но когда они вырастают и становятся в некотором роде более признательны за те блага, которые даёт им родительская опека и защита, они, через разумное уважение и растущую привязанность, поднимаются на тот уровень опыта, на котором их любовь к родителям как таковым превышает любовь за то, что родители для них сделали. Отец от природы любит своё дитя, однако дитя должно развить любовь к отцу, пройдя путь от страха перед тем, что может сделать отец – через трепет, ужас, зависимость и благоговение – к благодарной и нежной любви.
       Вас учили, что вы должны «бояться Бога и соблюдать его заповеди, потому что в этом – весь долг человека». Я же пришёл дать вам новую и более высокую заповедь. Я хотел бы научить вас «любить Бога и учиться исполнять его волю, ибо такова высшая честь вольных сынов Бога». Ваших отцов учили «бояться Бога – Всемогущего Царя». Я же учу вас: «Любите Бога – всемилостивого Отца».
       В царстве небесном, которое я пришёл провозгласить, нет высокого и могущественного царя. Это царство представляет собой божественную семью. Всеми признанным и безусловно почитаемым центром и главой этого обширного братства разумных существ является мой и ваш Отец. Я его Сын, и вы также его сыны. Поэтому извечной истиной является то, что вы и я суть братья на небесах, и это ещё больше усиливается тем, что мы стали братьями во плоти в земной жизни. А потому перестаньте бояться Бога как царя или служить ему как хозяину; учитесь почитать его как Создателя; чтите его как Отца вашей духовной юности; любите его как милосердного защитника; и, наконец, поклоняйтесь ему как любящему и премудрому Отцу вашего более зрелого духовного осознания и понимания.
       Из ваших неверных представлений о небесном Отце произрастают ложные идеи о смирении и в значительной мере ваше лицемерие. По своей сущности и происхождению, человек может быть тленным червём, но когда в него вселяется дух моего Отца,  этот человек становится божественным в своём предназначении.
       Дух, посвящённый моим Отцом, обязательно вернётся к божественному источнику и вселенскому уровню своего происхождения, и вместе с божественным духом душа смертного человека, который станет возрождённым дитя этого пребывающего в нём духа, обязательно взойдёт к самому присутствию вечного Отца.
       Смирение действительно к лицу смертному человеку, получающему все дары от небесного Отца, хотя всем таким верующим кандидатам на вечное восхождение в небесном царстве присуще божественное достоинство. Бессмысленные, рабские обычаи показного и фальшивого смирения несовместимы с пониманием источника вашего спасения и осознанием участи вашей рождённой духом души. Смирение перед Богом совершенно уместно в глубинах ваших сердец; кротость в отношениях с людьми похвальна; однако лицемерие нарочитой и показной покорности инфантильно и недостойно просвещённых сынов царства.
       Вы правильно поступаете, смиряясь перед Богом и владея собой перед людьми, но пусть ваша кротость несёт в себе духовное начало, а не является насквозь лживой и эгоистической демонстрацией самодовольного превосходства. Слова пророка не случайны: «Живи смиренно перед Богом», ибо хотя небесный Отец является Бесконечным и Вечным, он также пребывает «с теми, кто угнетён разумом и смирен духом». Мой Отец презирает гордыню, не выносит лицемерие и питает отвращение к пороку. Именно для того, чтобы подчеркнуть значение искреннего и совершенного доверия к любвеобильной поддержке и преданному водительству небесного Отца, я столь часто ссылаюсь на малое дитя как пример отношения разума и реакции духа, столь существенных для вхождения смертного человека в духовные реальности небесного царства.
       Пророк Иеремия хорошо описал многих смертных, сказав: «На словах вы близки к Богу, но сердцем далеки». И разве не читали вы сурового предупреждения пророка, сказавшего: «Священники его учат за плату, и провидцы его гадают за деньги. А между тем, они проповедуют благочестие и заявляют, что с ними Господь». Разве не предостерегали вас неоднократно против тех, кто «приветствует ближнего словами мира, а в сердце у них зло», тех, чьи «речи льстивы, а сердце лживо»? Из всех мучений доверчивого человека самое страшное – быть «обиженным в доме верного друга».

       
       7.   Возвращение в Вифсайту.

       
       Посоветовавшись с Симоном Петром и получив одобрение Иисуса, Андрей велел Давиду послать из Вифсаиды гонцов к различным проповедническим группам с инструкциями завершить путешествие и вернуться в Вифсаиду в четверг, 30 декабря. В тот дождливый день все члены апостольской семьи и проповедники евангелия собрались к ужину в доме Зеведея.
       Все они провели субботу вместе, разместившись в домах Вифсаиды и соседнего Капернаума, после чего были отпущены на две недели, получив возможность побывать в своих семьях, навестить друзей или порыбачить. Два-три дня, проведённых ими вместе в Вифсаиде, были поистине радостными и вдохновляющими; даже более опытные учителя извлекли для себя пользу из рассказов молодых проповедников, делившихся своими впечатлениями.
       Из 117 евангелистов, участвовавших в этом втором проповедническом путешествии по Галилее, лишь около семидесяти пяти выдержали практическое испытание и после двухнедельного отдыха были готовы к служению. Иисус, вместе с Андреем, Петром, Иаковом и Иоанном, оставались в доме Зеведея, уделяя много времени беседам, посвящённым благополучию и расширению царства.
       
       
       Третье проповедническое путешествие (док. 150)
                            1. Женский корпус Евангелистов.
                            2. Остановка в Макдале. 
                            3. Суббота в Тивериаде. 
                            4. Отправка апостолов по двое. 
                            5. Что мне делать, чтобы спастись? 
                            6. Вечерние уроки. 
                            7. Пребывание в Назарете. 
                            8. Субботнее богослужение.
                            9. Назарет отвергает Иисуса.         
        В воскресенье вечером, 16 января 29 года н.э., Абнер и апостолы Иоанна прибыли в Вифсаиду и на следующий день встретились с Андреем и апостолами Иисуса. Абнер и его товарищи обосновались в Хевроне и время от времени посещали Вифсаиду для таких встреч.
       Один из многих вопросов, рассмотренных на этой встрече, был связан с практикой помазывания больных определёнными сортами масла при вознесении молитв об исцелении. Иисус в очередной раз отказался принять участие в их дебатах или высказать своё мнение относительно их выводов. Апостолы Иоанна всегда пользовались помазыванием маслом, помогая больным и страждущим, и они пытались сделать это единым правилом для обеих групп, однако апостолы Иисуса отказались связывать себя подобными правилами.
       Во вторник, 18 января, в доме Зеведея в Вифсаиде к двадцати четырём апостолам присоединились около семидесяти пяти испытанных евангелистов для подготовки к началу третьего проповеднического путешествия по Галилее. Эта третья миссия продолжалась в течение семи недель.
       Евангелисты были посланы группами по пять человек, в то время как Иисус и апостолы большую часть времени путешествовали вместе, а когда того требовали обстоятельства, апостолы отправлялись по двое крестить верующих. В течение почти трёх недель Абнер и его товарищи также трудились вместе с группами евангелистов, помогая им советами и крестя верующих. Они посетили Магдалу, Тивериаду, Назарет и все основные города и селения центральной и южной Галилеи – все те места, где они побывали ранее, а также многие другие. Это была их последняя миссия в Галилее, не считая её северных районов.
       
       1.   Женский корпус Евангелистов.
       
       Из всех дерзновенных поступков, совершённых Иисусом в течение своей земной жизни, наиболее поразительным было его внезапное объявление, сделанное вечером 16 января:  «Завтра мы отберём десять женщин для служения делу царства». В начале двухнедельного периода, в течение которого апостолы и евангелисты, получив отпуск, отсутствовали в Вифсаиде, Иисус попросил Давида позвать родителей вернуться домой и отправить гонцов, чтобы призвать в Вифсаиду десять благочестивых женщин, служивших в бывшем лагере и палаточном лазарете. Все эти женщины слушали наставления для молодых евангелистов, однако ни они сами, ни их учителя не догадывались о том, что Иисус решится поручить им проповедовать евангелие царства и ухаживать за больными. Этими десятью женщинами, выбранными и уполномоченными Иисусом, были: Сусанна – дочь бывшего хазана назаретской синагоги; Иоанна – жена Хузы, эконома Ирода Антипы; Елисавета – дочь богатого еврея из Тивериады и Сепфориса; Марфа, старшая сестра Андрея и Петра; Рахиль – свояченица Иуды, смертного брата Учителя; Насанта – дочь Элмана, сирийского врача; Милха – двоюродная сестра апостола Фомы; Руфь – старшая дочь Матфея Леви; Селта – дочь римского центуриона и Агаман – вдова из Дамаска. Впоследствии Иисус добавил к этой группе ещё двух женщин – Марию Магдалину и Ребекку, дочь Иосифа Аримафейского.
       Иисус поручил этим женщинам создать свою собственную организацию и распорядился, чтобы Иуда обеспечил их средствами для обеспечения всем необходимым и вьючными животными. Десять женщин избрали своим руководителем Сусанну, а казначеем – Иоанну. Начиная с этого времени, они сами пополняли свою казну; никогда более не обращались они за помощью к Иуде.
       Это было совершенно поразительное зрелище – женщины, которых в те времена не допускали даже в основное помещение синагоги (ограничивая их женской галереей), признанные в качестве полномочных учителей нового евангелия царства. Наказ, данный Иисусом этим десяти женщинам, которых он избрал для обучения евангелию и опеки, стал провозглашением освобождения всех женщин на все времена; впредь мужчина не должен был смотреть на женщин как на более низкое в духовном отношении существо. Это было серьёзным потрясением даже для двенадцати апостолов. Хотя они много раз слышали слова Учителя о том, что «в царстве небесном нет богатых или бедных, свободных или рабов, мужчин или женщин – все в равной мере являются сынами и дочерями Бога», они были буквально ошеломлены, когда он предложил официально направить этих десятерых женщин в качестве религиозных учителей и даже позволить им путешествовать вместе с ними. Этот шаг взбудоражил всю страну, и враги Иисуса нажили на нём огромный капитал, но повсюду женщины, уверовавшие в благую весть, решительно поддерживали своих избранных  сестёр  и горячо одобряли это запоздалое признание положения женщины в религиозной деятельности. И такое освобождение женщин, дававшее им должное признание, практиковалось апостолами сразу же после того, как Учитель покинул этот мир, хотя последующие поколения вернулись к прежним обычаям. На заре христианской церкви женщины, являвшиеся учителями и священниками, назывались дьякониссами и пользовались всеобщим признанием. Однако Павел, соглашаясь со всем в теории, так и не сделал это частью своего собственного отношения и находил сложным для себя осуществление данных требований на практике. 
       
       2.   Остановка в Макдале.
       
       Когда апостольская партия покидала Вифсаиду, женщины шли последними. Во время собраний они всегда сидели единой группой впереди и справа от говорящего. Всё больше женщин начинало верить в евангелие царства, и поначалу, когда у них возникало желание поговорить с Иисусом или с кем-либо из апостолов, это было источником больших осложнений и нескончаемого смущения. Теперь всё это изменилось. Когда кто-нибудь из женщин желал увидеть Учителя или поговорить с апостолами, они отправлялись к Сусанне и, в сопровождении одной из двенадцати женщин-евангелисток, сразу же принимались Учителем или одним из его апостолов.
       Именно в Магдале женщины впервые продемонстрировали свою полезность и доказали, что их избрание было мудрым шагом. Андрей связал своих товарищей весьма строгими правилами относительно индивидуальной работы с женщинами, особенно с женщинами сомнительной репутации. Когда партия достигла Магдалы, эти десять женщин-евангелистов свободно посещали притоны и проповедовали благую весть непосредственно всем их обитателям. Помогая больным, эти женщины могли находиться рядом со страждущими  сёстрами, которых они опекали. В результате служения в Магдале десяти женщин (впоследствии известных как двенадцать женщин), Мария Магдалина была обретена для царства. Череда несчастий, а также отношение к таким заблудшим, как она, женщинам со стороны благопристойного общества, привели к тому, что она оказалась в одном из гнусных притонов Магдалы. Именно Марфа и Рахиль объяснили Марии, что двери царства открыты даже для таких, как она. Мария уверовала в благую весть и на следующий день была крещена Петром.
       Мария Магдалина стала наиболее эффективным учителем евангелия в этой группе из двенадцати женщин-евангелистов. Как и Ребекка, она была избрана для служения в Иотапате примерно через четыре недели после своего обращения. Мария и Ревекка, вместе с другими женщинами этой группы, были с Иисусом на протяжении всей его оставшейся жизни на земле, преданно и успешно трудясь во имя просвещения и возвышения своих попранных сестёр. И несмотря на то, что в течение последнего и трагического эпизода земной драмы Иисуса все апостолы, кроме одного, бежали, эти женщины оставались на месте, и ни одна из них не отреклась и не предала его.
       
       3.   Суббота в Тивериаде.
       
       По указанию Иисуса Андрей передал женщинам организацию субботних богослужений апостольской группы. Это, конечно, означало, что они не могли проводиться в новой синагоге. Женщины поручили заниматься этим Иоанне, и встреча состоялась в парадном зале нового дворца Ирода, поскольку сам Ирод находился в это время в перейском городе Юлии. Иоанна прочитала отрывки из Писаний, где говорилось о труде женщин в религиозной жизни Израиля, упомянув Мириам, Дебору, Эсфирь и других.
       Поздним вечером Иисус выступил перед объединённой группой с памятной речью «О волшебстве и суевериях». В те дни появление  яркой и якобы новой звезды считалось знаком рождения на земле великого человека. Поскольку незадолго до этого была обнаружена такая звезда, Андрей спросил у Иисуса, есть ли основания для подобных верований. Давая развёрнутый ответ на вопрос Андрея, Учитель приступил к тщательному обсуждению всей проблемы человеческих суеверий. Сказанное Иисусом можно резюмировать на современном языке следующим образом:
       1. Пути звёзд на небесах никоим образом не связаны с событиями человеческой жизни на земле. Астрономия является достойным научным занятием, однако астрология – это скопище суеверных заблуждений, которым нет места в евангелии царства.
       2. Исследование внутренних органов недавно убитого животного не может ничего сказать о погоде, будущих событиях или исходе человеческих дел.
       3. Духи умерших не возвращаются назад для общения с живыми – своими семьями или бывшими друзьями.
       4. Амулеты и мощи неспособны излечивать заболевания, предохранять от несчастий или воздействовать на злых духов; верование в такие материальные средства воздействия на духовный мир является не чем иным, как грубым суеверием.
       5. Хотя жребий и может быть удобным способом разрешения многих мелких трудностей, он не служит методом выявления божественной воли. Такие результаты – всего лишь материальная игра случая. Единственный способ общения с духовным миром заключается в духовном даре человечества – внутреннем духе Отца, а также излитом духе Сына и вездесущем влиянии Бесконечного Духа.
       6. Ворожба, волшебство, колдовство, равно как и заблуждения магии суть предрассудки невежественных разумов. Вера в магические числа, счастливые предзнаменования и дурные предвозвещения является чистым и необоснованным суеверием.
       7. Толкование снов в значительной мере является суеверной и беспочвенной системой невежественных и фантастических предположений. Евангелие царства не должно иметь ничего общего со жрецами-прорицателями примитивной религии.
       8. Добрые или злые духи не могут находиться в материальных символах из глины, дерева или металла; идолы являются всего лишь материалом, из которого они изготовлены.
       9. Ритуалы заклинателей, чародеев, магов и колдунов берут своё начало в суевериях египтян, ассирийцев, вавилонян и древних ханаанеев. Амулеты и разнообразные формы заклинаний неспособны завоевать благорасположение добрых духов или уберечь от мнимых злых духов.
       10. Иисус разоблачил и осудил их верование в заклинания, магические испытания, колдовство, проклятия, приметы, корни мандрагоры, завязанную узлом  верёвку и все другие виды невежественных и порабощающих суеверий.
       
       4.   Отправка апостолов по двое.
       
       На следующий вечер, собрав двенадцать апостолов, апостолов Иоанна и вновь назначенную группу женщин, Иисус сказал: «Вы сами видите: жатва предстоит великая, но работников мало. Так будем же молить Господа жатвы, чтобы послал побольше работников на свои поля. Оставаясь для утешения и наставления новых учителей, я хотел бы отправить опытных учителей по двое, чтобы они могли быстро обойти всю Галилею, проповедуя евангелие царства, пока это ещё можно сделать удобно и мирно». После этого он назвал пары апостолов, которых собирался отправить в путь, и это были: Андрей и Пётр, Иаков и Иоанн Зеведеевы, Филипп и Нафанаил, Фома и Матфей, Иаков и Иуда Алфеевы, Симон Зелот и Иуда Искариот.
       Иисус договорился о дне встречи двенадцати в Назарете и на прощание сказал: «Во время этой миссии не входите в языческие города и в Самарию, а идите к заблудшим овцам дома Израиля. Проповедуйте евангелие царства и возвещайте спасительную истину о том, что человек является сыном Бога. Помните, что ученик не выше своего учителя, а слуга не выше своего господина. Для ученика довольно быть равным своему учителю, как для слуги быть подобным господину. Если некоторые люди посмели назвать главу дома пособником Вельзевула, не тем ли хуже назовут его домочадцев! Но вы не должны бояться этих неверующих врагов. Я заявляю вам, что нет ничего тайного, что не станет явным; нет ничего скрытого, что не станет известным. Тому, чему я учил вас в личных беседах, учите с мудростью открыто. То, что раскрыл вам во внутренних покоях, в должное время вам предстоит возвещать с крыш домов. Говорю вам, мои друзья и ученики, не бойтесь тех, кто может убить ваше тело, но над душой не имеет власти; вместо этого доверьтесь Тому, кто может поддержать тело и спасти душу.
       Не продаются ли воробьи по грошу за пару? Однако я заявляю, что ни один из них не забыт в глазах Божьих. Разве вы не знаете, что даже волосы на ваших головах сочтены? Так не бойтесь: вы ценнее множества воробьёв. Не стыдитесь моего учения; идите в путь, возвещая мир и добрую волю, но не обманывайтесь: не всегда ваша проповедь будет нести мир. Я пришёл, чтобы принести на землю мир, но когда люди отвергают мой дар, то получают вражду и смятение. Когда вся семья принимает евангелие царства, в таком доме воистину воцаряется мир; когда же одни члены семьи вступают в царство, а другие отвергают евангелие, то такая рознь ведёт только к скорби и печали. Ревностно трудитесь над спасением всей семьи, чтобы врагами человека не стали его домашние. Но если вы сделали всё, что могли, для всех в каждой семье, то я заявляю вам, что тот, кто любит отца или мать больше этого евангелия, не достоин царства».

       Выслушав эти слова, двенадцать собрались в путь. И в очередной раз они увиделись друг с другом только в Назарете, куда согласно решению Иисуса они пришли для встречи с Учителем и другими учениками. 
       
       5.   Что мне делать, чтобы спастись?
       
       Однажды вечером в Сунеме, после того как апостолы Иоанна вернулись в Хеврон, а апостолы Иисуса были попарно отправлены в путь, Иисус учил группу, состоявшую из двенадцати молодых евангелистов, трудившихся под руководством Иакова, и двенадцати женщин. Рахиль задала Иисусу вопрос: «Учитель, что отвечать нам, когда женщины спрашивают у нас: „Что мне делать, чтобы спастись?”» В ответ Иисус сказал:
       «Когда мужчины и женщины спрашивают, что им следует делать для спасения, вы должны отвечать: верьте в это евангелие царства; примите божественное прощение. С помощью веры осознайте пребывающий в вас дух Бога, принятие которого сделает вас сыном Бога. Разве не читали вы в Писаниях то место, где сказано: «В Господе моя праведность и сила»? А также то место, где Отец говорит: «Праведность моя близка; скоро я вас спасу, и власть моя обнимет мой народ». «Радоваться будет моя душа в любви Божьей, ибо он дал мне одежды спасения, в ризы праведности одел меня». Разве вы также не читали об Отце, что нарекут имя ему: «Господь – праведность наша». «Снимите с него грязные отрепья самодовольства и облеките моего сына в одеяние божественной праведности и вечного спасения». Извечна истина о том, что «справедливые верой будут живы». Вход в царство Отца свободен, однако для продолжения пребывания в царстве совершенно необходимо развитие – рост в благодати.
       Спасение есть дар Отца, раскрываемый его Сынами. С вашей стороны, принятие спасения через веру приобщает вас к божественной сущности, делает вас сыном или дочерью Бога. По вере вам воздаётся; верой вы спасаетесь; и та же самая вера вечно движет вас по пути постепенного обретения божественного совершенства. По вере воздалось Аврааму, и вера позволила ему осознать спасение благодаря учениям Мелхиседека. Веками та же самая вера спасала сынов человеческих, однако ныне Сын пришёл от Отца, чтобы сделать спасение более реальным и приемлемым».

       Когда Иисус закончил говорить, радость охватила всех, кто слышал эти благодатные слова, и в последующие дни они с новой силой, с удвоенной энергией и энтузиазмом продолжили возвещать евангелие царства. И женщины возрадовались вдвойне, ибо узнали, что и они участвуют в планах установления царства на земле.
       В заключение Иисус сказал: «Вы не можете купить спасение; вы не можете заслужить праведность. Спасение – это дар Бога, а праведность – естественный результат духовного рождения и сыновней жизни в царстве. Не потому  спасётесь вы, что живёте праведной жизнью; скорее вы живёте праведной жизнью потому, что уже спасены, осознали сыновство как дар Бога и служение в царстве как высшее наслаждение в жизни на земле. Когда люди поверят в это евангелие, которое является откровением добродетели Бога, они будут побуждаться к добровольному покаянию во всех известных грехах. Осознание сыновства несовместимо с желанием грешить. Верующие в царство жаждут праведности и всеми силами стремятся к божественному совершенству».
       
       6.   Вечерние уроки.

       
       На вечерних беседах Иисус говорил на многие темы. За оставшееся время, до того как они собрались в Назарете, он обсудил такие темы, как «Любовь Бога», «Сны и видения», «Злой умысел», «Смирение и Кротость», «Мужество и Преданность», «Музыка и Поклонение», «Служение и Послушание», «Гордость и Самомнение», «Прощение в отношении к покаянию», «Мир и Совершенство», «Злословие и Зависть», «Зло, Грех и Искушение», «Сомнения и Неверие», «Мудрость и Поклонение». Ввиду отсутствия старших апостолов, младшие группы мужчин и женщин более активно участвовали в этих беседах с Учителем.
       Проведя два-три дня с одной группой из двенадцати евангелистов, Иисус шёл дальше, чтобы присоединиться к другой группе, узнавая о местонахождении и перемещениях всех этих тружеников от гонцов Давида. Поскольку для женщин это путешествие было первым, они проводили большую часть времени с Иисусом. Благодаря гонцам, каждая из групп обладала исчерпывающей информацией о ходе путешествия, и известия о других группах всегда служили источником воодушевления для этих  удалённых  друг от друга и разлучённых  тружеников.
       До того как расстаться, было условлено, что двенадцать апостолов, вместе с евангелистами и женским корпусом, соберутся в Назарете для встречи с Учителем в пятницу, 4 марта. Соответственно, к этому времени различные группы апостолов и евангелистов начали стекаться со всех районов центральной и южной Галилеи в Назарет. К вечеру Андрей и Пётр, прибывшие последними, достигли лагеря, расположенного на холмах к северу от города и разбитого теми, кто прибыл раньше других. И для Иисуса это было первым посещением Назарета с тех пор, как он приступил к своему общественному служению.
       
       7.   Пребывание в Назарете.
       
       В эту пятницу, пополудни, Иисус шёл по Назарету совершенно незамеченным и неузнанным. Он миновал дом, где прошло его детство, столярную мастерскую и провёл полчаса на холме, где он так любил бывать подростком. Со дня своего крещения Иоанном в Иордане, Сын Человеческий не испытывал такого наплыва человеческих эмоций, всколыхнувших его душу. Спускаясь с холма, он услышал знакомые звуки трубы, оповещающей о заходе солнца, – трубы, которую он столько раз слышал мальчиком, подрастая в Назарете. Прежде чем вернуться в лагерь, он прошёл мимо синагоги, где учился в школе, и в его памяти всплыли многочисленные приятные воспоминания детства. Ранее в тот же день Иисус послал Фому договориться с начальником синагоги о выступлении с проповедью на утреннем богослужении.
       Жители Назарета никогда не славились благочестием и праведностью. С годами это селение всё больше заражалось низкими моральными устоями соседнего Сепфориса. В течение всей юности и отрочества Иисуса назаряне расходились во мнениях о нём; многие были возмущены его переездом в Капернаум. Хотя жители Назарета много слышали о деяниях своего бывшего столяра, их оскорбило то, что он не включил родное селение ни в одно из своих предыдущих путешествий. Конечно, они знали о славе Иисуса, однако большинство горожан были недовольны тем, что он не совершил ни одного из своих чудес в городе своей юности. Уже многие месяцы назаряне обсуждали Иисуса, но в целом их мнения о нём были неблагоприятными.
       Поэтому вернувшегося домой Учителя ждал не тёплый приём, а атмосфера откровенной вражды и ожесточённой критики. Но это было не всё. Зная, что он собирается провести субботу в Назарете и ожидая, что он выступит в синагоге, его враги наняли много грубых и неотёсанных мужчин, которые должны были досаждать ему и чинить всяческие неприятности.
       Большинство старших друзей Иисуса, включая не чаявшего в нём души хазана, – его учителя в юные годы, – либо умерли, либо покинули Назарет, а молодое поколение, снедаемое глубокой завистью, было склонно отрицать его славу. Они уже не помнили его былой преданности семье отца и жестоко критиковали его за то, что он не навещал своего брата и замужних сестёр, живших в Назарете. Отношение к Иисусу со стороны его семьи также подогревало эти недобрые чувства среди горожан. Ортодоксальные евреи позволили себе критиковать Иисуса даже за то, что в это субботнее утро он слишком быстрым шагом шёл в синагогу.
       
       8.   Субботнее богослужение.
       
       В эту субботу выдался прекрасный день, и весь Назарет, как друзья, так и враги, отправились в синагогу послушать своего бывшего земляка. Многим из апостольского окружения пришлось остаться за стенами синагоги, которая не смогла вместить всех желающих. Юношей Иисус часто выступал в этом месте поклонения, и в то утро, когда начальник синагоги передал ему свиток со священными письменами для прочтения отрывка из Писаний, никто из присутствовавших, казалось, не вспомнил, что это был тот самый манускрипт, который Иисус подарил этой синагоге.
       В тот день богослужение проводилось точно так же, как и в те времена, когда Иисус приходил сюда мальчиком. Вместе с начальником синагоги он поднялся на кафедру, и служба началась с чтения двух молитв: «Благословен Господь, Царь мира, образующий свет и творящий тьму, создающий мир и сотворяющий всё; кто, в милосердии своём, даёт свет земле и тем, кто пребывает на ней в добродетели, день за днём и каждый день, возрождает чудеса творения. Благословен Господь наш Бог за славу его творений и за светила, льющие свет и сотворённые им для похвалы своей. Селах. Благословен Господь наш Бог, образовавший светила».
       После короткой паузы они произнесли вторую молитву: «Велика любовь, которую Господь наш Бог неизменно являет нам; огромно сострадание, переполняющее сердце Отца и Царя, жалеющего нас во имя наших отцов, которые верили ему. Ты научил их уставам жизни; будь милостив к нам и научи нас. Просвети глаза наши законом; побуди сердца наши хранить верность твоим заповедям; соедини сердца наши в любви и страхе пред твоим именем, и да не устыдимся до скончания века. Ибо ты Бог, дающий спасение, и ты избрал нас из всех наций и языков, и в истине привёл нас к своему великому имени, – слава тебе, – дабы с любовью возносили мы хвалу твоему единству. Благословен Господь, в любви избравший свой народ Израиля».
       Затем прихожане произнесли Шему – еврейский символ веры. Этот ритуал заключался в повторении многочисленных отрывков из закона и означал, что верующие принимали на себя бремя небесного царства, равно как и бремя заповедей на дневное и ночное время.
       После этого была прочитана третья молитва: «Воистину ты – Яхве, наш Бог и Бог наших отцов; наш Царь и Царь наших отцов; наш Спаситель и Спаситель наших отцов; наш Создатель и оплот нашего спасения; наша помощь и наш избавитель. Имя твоё предвечно, и нет Бога иного, кроме тебя. Новыми песнями воспевали на берегу твоё имя те, кому ты даровал избавление; в один голос прославляли они тебя и называли своим Царём, говоря: Яхве владыкой будет в мире бескрайнем. Благословен Господь, спасающий Израиль».
        Затем начальник синагоги занял своё место перед ковчегом – то есть шкафом, где хранились священные письмена, – и приступил к чтению девятнадцати благодарственных молитв, или славословий. Однако в данном случае было желательно сократить службу, чтобы у высокого гостя осталось больше времени на своё выступление; поэтому были прочитаны только первое и последнее славословия. Первое звучало так: «Благословен Господь наш Бог и Бог наших отцов – Бог Авраама, и Бог Исаака, и Бог Иакова; великий, могучий и грозный Бог, который являет милосердие и доброту, который всё сотворяет, который помнит благодатные обещания, данные нашим отцам, и спасает их детей ради своего имени, в любви. О царь, помощник, спаситель и защитник! Благословен ты, о Яхве, защитник Авраама».
       Затем прозвучало последнее славословие: «Одари же свой народ Израиля великим вечным миром, ибо ты – Царь и Господь всякого мира. Угодно тебе благословлять Израиль миром во все времена и во всякий час. Благословен ты, Яхве, благословляющий миром свой народ Израиля». Пока начальник синагоги читал благодарения, прихожане не смотрели на него. Вслед за славословиями он произнёс  подобающую для данного случая молитву в свободной форме, и когда он закончил её, все прихожане отозвались дружным «аминь».
       После этого хазан подошёл к ковчегу и вынул свиток, который он передал Иисусу, чтобы тот прочитал отрывок из Писаний. Обычно приглашалось семь человек, читавших не менее трёх стихов из закона, однако в данном случае этот обычай был нарушен, чтобы позволить гостю прочитать выбранный им самим отрывок. Взяв свиток, Иисус встал и начал читать из Второзакония: «Ибо заповедь, которую я даю вам сегодня, не скрыта от тебя и не далека. Эта заповедь – не на небе, и вы не можете сказать: „Кто поднимется на небеса и принесёт её нам, чтобы мы услышали её и исполняли?” Эта заповедь не на другом краю света, и вы не можете сказать: „Кто для нас  пересечёт  море и принесёт её нам, чтобы мы услышали и исполняли её?” Нет, это слово жизни очень близко к вам – прямо перед вами и в ваших сердцах, чтобы вы могли знать его и подчиняться ему».
       Закончив читать из закона, он  перешёл  к Исайе и продолжал: «Господь вложил в меня свой дух, ибо он избрал меня благовествовать нищим. Он послал меня возвещать свободу пленным и прозрение слепым, освобождать мучеников и провозгласить год, угодный Господу».
       Иисус закрыл книгу и, отдав её начальнику синагоги, сел и начал беседу с народом. Он начал её словами: «Ныне свершилось писание это». И затем в течение почти пятнадцати минут Иисус говорил о «сынах и дочерях Бога». Многим понравилась его речь, и они восхищались его благодатными словами и мудростью.
       Обычно после официальной части богослужения выступающий оставался в синагоге, чтобы те, кто хотел, могли задать свои вопросы. Так и в это субботнее утро Иисус сошёл с кафедры в толпу, и люди устремились к нему с вопросами. Среди них было много скандальных личностей, затевавших недоброе, а по краям толпы сновали выродки, нанятые чинить Иисусу неприятности. Многие ученики и евангелисты, не попавшие в синагогу, устремились теперь внутрь и быстро поняли, что назревают неприятности. Они попытались увести Учителя, но он отказался уйти с ними.
       
       9.   Назарет отвергает Иисуса.
       
       В синагоге Иисус оказался окружённым огромной толпой врагов и горсткой своих последователей, и в ответ на их грубые вопросы и зловещие насмешки он, полушутя, ответил: «Да, я сын Иосифа; я тот самый плотник, и меня не удивляет, что вы напоминаете мне пословицу „врач, исцели самого себя” и требуете от меня совершить в Назарете то, что, как вы слышали, я совершал в Капернауме; но я призываю вас в свидетели сказанного ещё в Писаниях: „нет пророка в своём  отечестве и среди своего народа”».
       Однако они напирали на него, обвиняюще тыча в него пальцами и говоря: «Ты считаешь себя лучше жителей Назарета; ты уехал отсюда, хотя твой брат – простой труженик, а сёстры по-прежнему живут среди нас. Мы знаем твою мать, Марию. Где они сегодня? О тебе сказывают диковинное, но мы видим, что, вернувшись в родные места, ты не творишь чудес». Иисус ответил им: «Я люблю людей, живущих в городе, где я вырос, и я был бы рад, если бы все вы могли войти в царство небесное, но деяния Бога определяются не мной. Благодать преобразует в ответ на живую веру тех, кто её получает».
       Иисус смог бы добродушно совладать с толпой и успешно умиротворить даже самых агрессивных своих врагов, если бы не тактический просчёт одного из апостолов – Симона Зелота, который, вместе с молодым евангелистом Нагором, собрал в толпе группу друзей Иисуса и воинственно потребовал от врагов Учителя, чтобы те убирались вон. Иисус уже давно внушал апостолам, что кроткий ответ смиряет гнев, однако его последователи не привыкли к тому, что с их любимым наставником, которого они столь охотно называют Учителем, обращаются с такой грубостью и пренебрежением. Это было уже слишком; они не смогли сдержать своего страстного и бурного негодования, чем только пробудили инстинкт толпы в этом сборище дикарей и безбожников. Возглавляемые наёмными бродягами, эти негодяи схватили Иисуса, выволокли его из синагоги и подтащили к уступу находившегося поблизости крутого утёса, намереваясь сбросить его вниз, где он разбился бы насмерть. Но когда они уже были готовы столкнуть его с обрыва, Иисус внезапно обернулся к своим врагам и, глядя на них, спокойно сложил руки на груди. Он не произнёс ни слова, однако его друзья онемели от изумления, когда он двинулся вперёд и толпа расступилась перед ним, позволив ему пройти невредимым.
       В сопровождении своих учеников Иисус проследовал в лагерь, где они обсудили всё произошедшее. В тот же вечер, выполняя распоряжение Иисуса, они приготовились ранним утром следующего дня вернуться в Капернаум. Это бурное окончание третьего проповеднического путешествия отрезвило всех последователей Иисуса. Они начали понимать смысл некоторых его учений; они начали осознавать, что царство придёт только через многие страдания и горькие разочарования.
       Покинув Назарет в воскресенье утром и, следуя различными путями, они собрались в Вифсаиде к полудню в четверг, 10 марта. И они представляли собой не отряд победоносных, полных энтузиазма и преодолевающих любые преграды проповедников, а группу трезвых, серьёзных и лишённых иллюзий проповедников евангелия истины.
       
       
       Время ожидания и обучения у моря (док. 151)
                            1. Притча о сеятеле.
                            2. Толкование притчи. 
                            3. Ещё о притчах.
                            4. Новые притчи у моря. 
                            5. Посещение Хересы. 
                            6. Сумасшедший из Хересы.         
       
       К 10 марта все группы учителей и проповедников вновь собрались в Вифсаиде. В четверг вечером и в пятницу многие из них вышли на рыбалку, а в субботу днём они посетили синагогу, чтобы послушать выступление престарелого дамасского еврея о славе отца Авраама. Большую часть этого субботнего дня Иисус провёл в одиночестве на холмах. В ту же субботу вечером Учитель больше часа говорил собравшимся группам о «предназначении несчастий и духовной ценности разочарования». Это стало достопамятным событием, и его слушатели никогда не забывали полученного от него урока.
       Иисус всё ещё переживал горечь недавнего отвержения в Назарете; апостолы заметили в его обычной радостной манере держаться примесь особой печали. Большую часть времени с ним были Иаков и Иоанн, ибо Пётр был перегружен многочисленными обязанностями, связанными с заботой о новом корпусе евангелистов и управлением его деятельностью. В ожидании отбытия в Иерусалим на Пасху женщины посещали дома, обучая евангелию и помогая больным в Капернауме, окрестных городах и селениях.
       
       1.   Притча о сеятеле.
       
       Примерно в это же время Иисус стал пользоваться притчами, как методом обучения народа, столь часто собиравшегося вокруг него. Из-за того, что он проговорил с апостолами и другими людьми далеко за полночь, мало кто поднялся в это воскресное утро к завтраку; поэтому Иисус в одиночестве отправился на берег и сел в лодку. Здесь, в старой рыбацкой лодке Андрея и Петра, всегда находившейся в его распоряжении, он обдумывал дальнейшие шаги по расширению царства. Однако Учитель недолго был в одиночестве. Вскоре сюда стали прибывать люди из Капернаума и окрестных сёл, и к десяти часам утра на берегу перед лодкой Иисуса собралось около тысячи человек, шумно требовавших внимания. К тому времени Пётр был уже на ногах и пробравшись к лодке, он спросил у Иисуса: «Учитель, поговорить мне с ними?» Но Иисус ответил: «Не надо, Пётр, я расскажу им историю». И он начал рассказывать притчу о сеятеле – одну из первых в длинном ряду таких притч, рассказанных следовавшим за ним толпам. В этой лодке было высокое сиденье, на котором он сидел (ибо в обычае было обучать сидя), обращаясь к собравшейся на берегу толпе. После краткого вступительного слова Петра Иисус сказал:
       «Вышел сеятель сеять, и когда разбрасывал семена, некоторые упали возле дороги и были втоптаны в землю и склёваны небесными птицами. Другие семена попали на каменистые места, где не было достаточно земли, и вскоре проросли, ибо слой почвы там был неглубокий; но когда взошло солнце, оно опалило ростки, так как у них не было корней, которые питали бы их влагой. Другие семена упали среди колючек, и когда колючки выросли, они задушили ростки, так что те не дали зерна. Оставшиеся семена упали на благодатную почву. Они пустили ростки и стали плодоносить и принесли урожай, некоторые дав в тридцать, другие в шестьдесят, а иные в сто раз больше зёрен, чем было посеяно». И, рассказав эту притчу, он сказал народу: «Имеющий уши да слышит».
       Апостолы и их спутники, услышав каким образом Иисус учит людей, были чрезвычайно озадачены. Они долго обсуждали это между собой, а вечером, в саду у дома Зеведея, Матфей спросил у Иисуса: «Учитель, в чём смысл загадочных высказываний, с которыми ты обращаешься к народу? Почему ты предлагаешь притчи тем, кто ищет истину?» И Иисус ответил:
       «Всё это время я терпеливо наставлял вас. Вам дано знать тайны царства небесного, однако отныне непрозорливым толпам и тем, кто стремится погубить нас, тайны царства будут выражаться в виде притчей. И мы будем поступать так для того, чтобы те, кто действительно желает войти в царство, могли различить смысл учения и обрести тем самым спасение, в то время как те, кто слушает только для того, чтобы заманить нас в ловушку, были бы ещё больше сбиты с толку – они будут смотреть, но не увидят, будут слушать, но не услышат. Дети мои, разве вы не понимаете закон духа, который гласит: тому, кто имеет, будет дано в изобилии; у того же, кто не имеет, отнимется и то, что у него есть? Поэтому отныне я буду говорить с людьми в основном притчами, дабы наши друзья и те, кто желает знать истину, могли обрести то, что они ищут, в то время как наши враги и те, кто не любит истину, слушали бы, не разумея, что слышат. Многие из этих людей не идут путём истины. Именно такие непрозорливые души имел в виду пророк, когда сказал: «Ибо огрубело сердце этого народа; их уши не слышат, и глаза их закрыты, чтобы не видеть истину и не понимать её сердцем».
       Апостолы не поняли всего смысла слов Учителя. Пока Андрей и Фома продолжали говорить с Иисусом, Пётр и остальные апостолы перешли в другую часть сада, где приступили к серьёзной и длительной дискуссии.
       
       2.   Толкование притчи.
       
       Пётр и собравшаяся вокруг него группа пришли к заключению, что притча о сеятеле является аллегорией, каждый элемент которой заключает в себе скрытый смысл, и решили пойти к Иисусу за объяснением. Поэтому Пётр подошёл к Учителю и сказал: «Мы не способны проникнуть в смысл этой притчи, и мы желаем, чтобы ты объяснил её нам, раз ты говоришь, что нам дано знать тайны царства». Услышав эти слова, Иисус сказал: «Сын мой, я ничего не хочу утаивать от вас, но что, если вначале вы расскажете мне, о чём вы говорили; каково ваше толкование этой притчи?»
       На мгновение наступила тишина, а затем  Пётр  сказал: «Учитель, мы много говорили об этой притче, и вот толкование, к которому я пришёл. Сеятель – это проповедник евангелия, семя – слово Бога. Семена, упавшие у дороги, означают тех, кто не понимает евангельского учения. Птицы, которые похитили семена, упавшие на  твёрдую  землю, означают Сатану, или лукавого, похищающего посеянное в сердцах невежд. Семена, упавшие на каменистые места и быстро взошедшие, означают тех поверхностных и легкомысленных людей, которые, услышав благую весть, принимают её с радостью; однако из-за того, что истина не укореняется в глубоком понимании, их рвение оказывается недолговечным перед лицом испытаний и гонений. Когда приходит беда, эти верующие спотыкаются; соблазнённые, они отступают. Семена, упавшие среди колючек, означают тех, кто с готовностью слушает проповедь, но позволяет мирской суете и обольщению богатства заглушать слово истины, которое тем самым становится бесплодным. Семена же, попавшие в благодатную почву, взошедшие и принёсшие урожай, – одни в тридцать раз, другие в шестьдесят раз, а иные в сто раз, – означают тех, кто, услышав истину, принимает её  с разной мерой понимания ввиду различных интеллектуальных одарённостей, что проявляется в различной мере религиозного опыта».
       Выслушав толкование притчи, предложенное Петром, Иисус спросил у других апостолов, нет ли у них своих предложений. Только Нафанаил откликнулся на это приглашение. Он сказал: «Учитель, хотя я понимаю, что в том толковании притчи, которое предложил Симон Пётр, есть много хорошего, я не полностью согласен с ним. Вот как я понимаю притчу. Семена означают евангелие царства, сеятель – посланников царства. Семена, упавшие у дороги на твёрдую землю, означают тех, кто мало что слышал о евангелии, а также тех, кто равнодушен к этой проповеди и ожесточил своё сердце. Птицы, которые склевали упавшие у дороги семена, означают образ жизни людей, соблазны зла и желания плоти. Семена, упавшие меж камней, – это те эмоциональные души, которые быстро принимают новое учение и столь же быстро отказываются от истины, столкнувшись с трудностями и реальностями проживания такой истины; им не хватает духовного постижения. Семена, упавшие среди колючек, означают тех, кого влекут истины евангелия: они склонны следовать его учениям, но им мешает жизненная гордыня, ревность, зависть и беспокойства человеческого существования. Те семена, которые упали на добрую почву и приносят плоды, – одни в тридцать раз, другие в шестьдесят раз, а иные в сто раз, – означают различную природную способность мужчин и женщин, в разной мере наделённых духовным озарением, постигать истину и отзываться на её духовные учения».
       Когда Нафанаил умолк, среди апостолов и их товарищей разгорелся серьёзный спор. Вспыхнули жаркие дебаты: некоторые отстаивали правильность толкования, предложенного Петром, в то время как почти столько же спорящих защищали объяснение притчи, данное Нафанаилом. Тем временем Пётр и Нафанаил перешли в дом, где продолжили настойчивые и решительные попытки переубедить друг друга.
       Учитель позволил этим разногласиям достичь апогея; после этого он хлопнул в ладоши и подозвал их к себе. Когда все снова собрались вокруг него, он сказал: «Прежде чем я расскажу вам об этой притче, хотел бы кто-нибудь из вас что-либо добавить?» На мгновение наступила тишина, после чего Фома произнёс: «Да, учитель, я хотел бы сказать несколько слов. Я помню, что когда-то ты предупреждал нас опасаться именно этого. Ты говорил нам, что примеры, которыми мы пользуемся в своих проповедях, должны быть подлинными историями, а не выдумками, и что мы должны выбирать историю, наилучшим образом иллюстрирующую одну центральную и важнейшую истину, которую мы хотели бы раскрыть людям, и что использовав так свой рассказ, мы не должны пытаться извлечь духовный смысл из всех его второстепенных деталей. Я считаю, что и Пётр, и Нафанаил оба ошибаются в своих попытках толкования данной притчи. Я восхищаюсь их способностью делать это, однако я точно так же уверен в том, что любые попытки извлечь духовные аналогии из всех элементов притчи, заимствованной из природы, могут привести только к путанице и серьёзному искажению понимания истинной цели такой притчи. Моя правота полностью подтверждается тем, что если час назад все мы были единодушны, то сейчас мы разделились на две группы, придерживающиеся различных мнений по поводу этой притчи, – причём мы столь ревностно отстаиваем свои взгляды, что это, по-моему, не даёт нам возможности до конца осознать великую истину, которую ты имел в виду, когда рассказывал народу эту притчу и впоследствии просил нас высказать о ней своё мнение».
       После слов Фомы все притихли. Он заставил их вспомнить то, чему учил Иисус в предыдущих случаях, и прежде, чем Иисус продолжил говорить, Андрей встал и сказал: «Я уверен в том, что Фома прав, и я хотел бы, чтобы он рассказал нам, какой смысл он придаёт притче о сеятеле». Иисус кивком дал знак Фоме продолжать, и тот сказал: «Братья мои, я не хотел затягивать это обсуждение, однако если вы того желаете, скажу следующее: я полагаю, эта притча прозвучала для того, чтобы научить нас одной великой истине. И истина эта состоит в том, что сколь бы преданно и действенно мы ни выполняли наше божественное поручение, обучение евангелию царства будет сопровождаться переменным успехом; и что все такие различия в результатах объясняются непосредственно теми условиями, которые заключены в обстоятельствах нашего служения, – обстоятельствах, почти или полностью нам неподвластных».
       Когда Фома умолк, большин